Покорители Америки. Колумб. Кортес: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Момент, когда небольшие суда с гордо раздутыми парусами вышли в озеро Тескоко, был торжественным для всей армии. Постройка флота заняла почти восемь месяцев. Теперь можно было атаковать мексиканскую столицу и с суши, и водным путем. Перед началом штурма Кортес принимал торжественный парад войск. Теперь, как повествует Берналь Диас, у него было 650 человек пехоты, 194 стрелка, 84 кавалериста и вспомогательные индейские отряды численностью 24 000 человек, а также три тяжелые пушки и 15 легких полевых орудий. На второй день троицы, 20 мая 1521 года, началась осада мексиканской резиденции. Вскоре действия экипажей бригантин увенчались настоящим триумфом: в битве была уничтожена вся флотилия индейских каноэ. Протараненные носами страшных вражеских кораблей, легкие лодки индейцев опрокидывались и становились добычей волн.

Кольцо осады вокруг города-острова медленно сжималось. Кортес использовал водный путь и в результате ловкой десантной операции занял крепость Солос, которая была расположена в месте соединения дорог, ведущих по дамбам из Иштапалапана и Койоуакана. Бригантины сослужили хорошую службу и при последующих операциях на дамбах, справа и слева прикрывая фланги от атак вражеских каноэ и не допуская повторения «ночи печали».

Но продвижение по дамбам шло с трудом, с большими потерями. Кортес понял, что прямой штурм бесперспективен. То, что не было достигнуто с помощью оружия, должны сделать голод и жажда — Кортес установил полную блокаду Теночтитлана. Испанцы заняли все дамбы, и бригантины днем и ночью патрулировали озеро, чтобы не допустить подвоза продовольствия индейцами. Испанцы разрушили также крупных размеров акведук, служивший для водоснабжения Теночтитлана. Для ацтеков настало время страданий и смертей. Однако мексиканцы, имеющие большое превосходство в численности, под руководством Куаутемока продолжали сопротивляться с мужеством, граничащим с отчаянием, и еще не один испанец истек кровью на жертвенном камне алтаря Уицилопочтли. Да и самому Кортесу дважды только чудом удалось спастись. Однажды он вырвался из рук врага лишь благодаря храбрости двоих солдат, один из которых погиб.

Вся кампания, казалось, была проиграна, когда вспомогательные отряды индейцев пали духом и отошли. Мексиканским жрецам удалось запугать суеверных индейцев угрозами о том, что бог войны Уицилопочтли предсказал на ближайшие восемь дней гибель испанцев и их союзников. Одни только тласкалтеки и Истлилсочитль, правитель Тескоко, остались с испанцами, но когда по истечении восьми дней предсказание не сбылось, в раскаянии возвратились и остальные союзники. Несмотря на то, что Кортес не переставал обращаться к Куаутемоку с мирными предложениями, правитель ацтеков не отзывался на них. Все упреки в том, что продолжение борьбы будет стоить новых многочисленных жертв, были напрасны; отважный народ ацтеков предпочитал погибнуть, чем пожать руку завоевателя, протянутую ему с предложением дружбы.

13 августа 1521 года назрел момент для штурма города. Кортес еще раз обратился к индейцам с предложением сдаться, которое опять было отвергнуто. Тогда испанцы и их союзники перешли в наступление по всем направлениям и, ведя ожесточенные бои, ворвались в город. Началась битва за каждый дом, и лишь постепенно, прочесывая каждую улицу, завоеватели сумели подавить сопротивление. Борьба за Теночтитлан завершилась.

Согласно данным Кортеса, в боях и в результате голода и эпидемий погибло 70 000 мексиканцев, более половины населения города. В других источниках, например, у индейского историка Истли л сочитля, преемника короля Тескоко, приводится цифра 24 000. Точная численность потерь испанской стороны также не установлена; по крайней мере 100 человек попали в плен и были принесены в жертву языческим богам, примерно столько же погибло. Потери союзников приближались к десяти тысячам.

Когда-то цветущий город-остров Теночтитлан являл собой столь ужасную картину разорения, как будто по нему прошли апокалиптические всадники[21]. Глава ацтеков Куаутемок во время бегства попал в руки испанцев и, закованный в цепи, предстал перед победителями. Эрнан Кортес самостоятельно описал историческую встречу между победителем и побежденным в своем докладе Карлу V, который в эти дни после завершения Вормсского рейхстага находился в Нидерландах.

Пленением императора ацтеков борьба завершилась, и глава сопротивления оказался в руках завоевателей. Осада продлилась ровно 75 дней, и, согласно сообщению Кортеса, не было ни одного дня без боев с индейцами. Однако добыча, захваченная в Теночтитлане, далеко не оправдала напряженных ожиданий испанцев. Стоимость сокровищ, то есть золота и украшений — единственных вещей, имевших ценность в глазах жадной мародерствующей солдатни — по данным Кортеса составляла 130 000 золотых кастильских монет (castellanos). Золотые сокровища Монтесумы исчезли; очевидно, часть своих богатств ацтеки затопили в озере или спрятали в каком-то другом месте.

Вопреки всем обещаниям и гарантиям королевской милости, несколько дней спустя по настоянию королевского казначея Альдерете Куаутемок постыдным образом был подвергнут пыткам, чтобы выяснить местонахождение пропавших сокровищ. Кортес, как единодушно сообщают Берналь Диас и Гомара, испытывал отвращение к подобной жестокости, однако был вынужден согласиться, поскольку противники обвиняли его в том, что он в союзе с правителем ацтеков и забрал сокровища себе. Эти бесполезные мучения не принесли успеха; сокровища Монтесумы так никогда и не были найдены.

Поступки Кортеса во время захвата Теночтитлана создали ему славу беззастенчивого, жестокого конкистадора, имя которого и в сегодняшней Мексике вызывает отвращение. Латинская Америка, в XIX веке стремившаяся к независимости, видела в Кортесе инициатора всего злого — человека, который вверг Америку в иго испанской колониальной зависимости. Сегодня в Мексике нет памятника, который напоминал бы об испанском завоевателе, в то время как его противника, индейца Куаутемока, в стране чтут. Еще при жизни образ завоевателя оценивался по-разному. Наиболее известным из его критиков был доминиканец Бартоломе де Лас-Казас, который вошел в историю как защитник индейцев. Разумеется, Кортес действовал весьма жестко, но иначе небольшая группа завоевателей не смогла бы противостоять сотням тысяч дикарей-каннибалов. С другой стороны, Кортес постоянно искал дружбы и со своим поверженным врагом обращался с изысканной вежливостью. Его натуре было свойственно достигать цели скорее с помощью дипломатии и искусства ведения переговоров, чем с помощью грубой силы, применение которой ему часто ставят в вину. В противном случае как могли индейские народы добровольно предлагать ему свои услуги при завоевании мексиканской столицы? Даже в час тяжелейших испытаний Кортес встречал у своих союзников истинную верность и непреходящую симпатию. Когда в 1530–1540 гг. он жил в Оасаке в добровольном изгнании, индейцы часто приходили к нему со своими горестями или с просьбой рассудить их споры. Эти факты противоречат расхожему представлению о том, что завоевание Мексики было просто результатом беспощадной политики применения военной силы.

КОЛОНИЗАТОР В НОВОЙ ИСПАНИИ:

ПЛАТА И НЕБЛАГОДАРНОСТЬ

После того как население Теночтитлана постигла столь ужасная участь, соседние народы из страха подчинились Испании, и в лагере, сооруженном в Койоуакане, появлялись различные миссии.

Несмотря на то, что большая часть Анауака подчинилась, отдельные области, и прежде всего города на южных склонах Кордильер, все еще оказывали упорное сопротивление. Крупные соединения под командованием Сандоваля и Альварадо были призваны сломить упрямство туземцев и подчинить их белым завоевателям.

Отрезок времени до 1524 года был периодом умиротворения и восстановления. На этот период приходится также основание различных испанских городов. Так, в 1522 году Сандоваль основал Медельин, носящий название города, в котором родился Кортес, а затем заложил города Эспириту-Санто и Колиман в провинции Мичоакан. Педро де Альварадо заложил первый камень города Сакатула на побережье Южного моря[22], а Кортес во время экспедиции в Пануко в устье широкой реки основал портовый город Сантистебан-дель-Пуэрто. Именно здесь было продемонстрировано, что одной из важнейших предпосылок успеха испанского завоевателя была дисциплина в его войсках. Экспедиция под командованием Франсиско де Гараи с Ямайки потерпела у Пануко полное поражение, когда, подобно банде разбойников, грабя и поджигая, шла по селениям индейцев. Судьба этих людей свидетельствует о том, что с подобными недисциплинированными негодяями нельзя было бы завоевать империю ацтеков. Индейцы по одному заманивали жадных до добычи солдат в западню, где уничтожали их. Так погибло более 500 испанцев. Кортес направил туда верного Сандоваля для восстановления спокойствия и приказал депортировать соотечественников, ведущих себя неподобающим образом, на остров Кубу. Он запретил дальнейшие грабежи и назначил заслуженных ветеранов управляющими.

Большую часть времени главнокомандующий проводил в Койоуакане, откуда лично руководил восстановлением Теночтитлана. В эти годы Кортес как колонизатор обнаружил столь же большие способности, как завоеватель и полководец. В Мексике испанские конкистадоры столкнулись с совершенно новыми задачами, ведь здесь им пришлось иметь дело не с примитивными туземными племенами Вест-Индских островов, а с высокоразвитой индейской цивилизацией. Новый испанский режим возник в условиях соединения гораздо более многочисленного местного населения с европейским меньшинством. По воле Кортеса путем слияния древнеамериканской индейской культуры и уклада жизни христианского Запада должна была возникнуть новая иберо-американская культура. В мудром предвидении он и на будущее сохранил государственные учреждения погибшей империи, даже использовал старые налоговые кадастры Монтесумы. По политическим соображениям он решил возродить Теночтитлан на прежнем месте, хотя многие советовали заложить новый испанский город в другом, более безопасном месте. Кортес сознательно опирался на политические традиции ацтеков. Сто тысяч человек были заняты восстановлением столицы, и новые сооружения вырастали в удивительно короткий срок.

В этот период Кортес отправил своему монарху третий доклад, завершенный 15 мая 1522 года в Койоуакане, вместе с королевской пятой частью, в том числе и великолепный изумруд в форме пирамиды, основание которой было размером с ладонь. В путь через океан отправились всяческие редкости из Нового Света, например, украшения из перьев, дикие звери и другие ценности. Для плавания в Испанию были выбраны двое испытанных капитанов — Авила и Квиньонес. Однако ни одному из посланников не благоприятствовала фортуна. Квиньонес во время промежуточной стоянки на Азорских островах был убит в драке. Авила, продолживший путешествие в одиночку, попал в руки французских пиратов. Золотые сокровища, предназначенные Карлу V, попали в руки его большого недруга Франца I из династии Валуа.

Алонсо де Авила был взят в плен, но сумел передать доверенные ему доклады в надежные руки, так что они в конце концов попали в Испанию.

Третий доклад Карл V получил после своего возвращения осенью 1522 года. В конце марта следующего года доклад Кортеса появился в печати у немецкого книгоиздателя Кронбергера в Севилье. Королевский указ положил конец коварству епископа Фонсеки, и Карл V разрешил спор между Диего Веласкесом и Эрнаном Кортесом в пользу завоевателя. Кортес был назначен губернатором и генерал-капитаном Новой Испании. Одновременно в Мексику были направлены королевские чиновники, и следователь собирался произвести проверку деятельности нового губернатора.

Последовали годы интриг и соперничества, что, несомненно, неблагоприятно сказалось на окончательной колонизации Мексики. Однако в 1522–1524 гг. строительство города Теночтитлана продвигалось быстрыми темпами. На месте храма Уицилопочтли вскоре поднялся новый францисканский собор, а в различных районах города возникло еще 33 культовых сооружения. В стороне от индейского города рос отдельный испанский квартал, сооружаемый в плавучих садах Мексики. Испанский форт был вооружен семьюдесятью орудиями, отлитыми уже в Новой Испании. Усилия сохранить независимость от испанской метрополии и Кубы увенчались успехом. В своем четвертом докладе Эрнан Кортес с гордостью указывал на то, что столица уже вновь насчитывает 30 000 жителей и повсеместно наблюдается прежний порядок в торговле и обмене.

Большой прогресс был достигнут и в обращении индейцев в христианство. Кортес просил короля прислать миссионеров «доброй и образцовой жизни». Он хотел, чтобы обращение язычников было поручено членам монашеских орденов, например, францисканцам, которые дали обет бедности. По мнению конкистадора, богатая церковь Испании не смогла бы достичь такой силы убеждения в среде индейцев, чьи языческие жрецы жили в бедности и целомудрии.

Сам Кортес на протяжении всей жизни пользовался доверием туземцев, для которых он часто выступал в качестве адвоката и которые, по свидетельствам очевидцев, очень уважали и почитали его. Очарование, исходившее от его личности, значительно облегчило быстрое перерождение империи ацтеков. Для того, чтобы испанцы «оставались в стране, а не думали каждый день о том, чтобы покинуть ее и вернуться в Испанию», Кортес издал свои «Распоряжения», согласно которым каждый, женившийся в Испании или на Кубе, должен доставить сюда жену. Холостяки также должны подыскивать себе супругу, если не хотят лишиться своей земельной собственности. Кроме того, все владельцы вновь полученных земель, если хотят сохранить свои привилегии, должны дать обещание в течение восьми лет возделывать свой участок земли. Этим делалась попытка избежать практики, сложившейся, как известно, на островах Вест-Индии, когда испанцы, истощив землю и приведя ее в негодность, отправлялись дальше. Конкистадоры стали колонизаторами. Кортес сам подавал хороший пример и привез с Кубы свою супругу донью Каталину. Правда, она вскоре умерла, и Кортес позднее женился на представительнице одной из самых знатных аристократических семей Испании.

Неприятным происшествием того периода была измена его капитана Кристобаля де Олида, которого Кортес в 1523 году послал с флотилией из шести судов в Гондурас, чтобы на северном берегу основать поселение. Считалось, что эта местность богата золотом, и, кроме того, предполагали, что в районе сегодняшнего Панамского канала имеется пролив, дающий выход в Тихий океан. Олиду предстояло найти возможность выхода в Тихий океан. Но капитану, скорее смелому, нежели умному, по-видимому, ударили в голову самостоятельность и доверенная ему власть. Во всяком случае, он проявил достаточно тщеславия, чтобы основать собственную империю. Но капитан не был вторым Кортесом, а командир его не был Диего Веласкесом. Эрнан Кортес послал в Гондурас несколько кораблей под командованием своего двоюродного брата Франсиско де Лас-Казаса, чтобы наказать мятежника и образумить его. Он осознавал, что на этом примере должен дать другим наглядный урок, чтобы раз и навсегда отбить у них охоту к подобным действиям. Лас-Казасу, который вначале попал в руки Олида, удалось с помощью заговора офицеров убить своего противника.

Тем временем Кортес, долгое время не имевший вестей о ходе карательной операции, решил сам отправиться в Гондурас. Все приводившиеся доводы о том, что в его отсутствие могут возникнуть новые волнения в Мексике, не изменили его решения. Назначив заместителя, он в середине октября 1524 года в сопровождении блестящей свиты, соответствовавшей его положению губернатора и генерал-капитана, отправился в Гондурас. Для собственной безопасности он вез в составе своей свиты в качестве заложников насильно взятых Куаутемока, которому, как правителю, оказывались прежние почести, вождя Таку бы и других представителей высшей мексиканской знати. Его сопровождали также донья Марина, верная спутница и в хорошие, и в трудные времена, и испытанные офицеры Гонсало де Сандоваль и Луис Марин.

Предприятие не ознаменовалось большим успехом. Следует отметить два события: Кортес выдал донью Марину замуж за испанского идальго Хуана Харамильо и в качестве приданого подарил ей землю на родине, у Коасакоалько, где она и жила в дальнейшем. Второе событие бросает тень на характер завоевателя. В Ишансанаке, в провинции Акалан, ацтекский вельможа, обращенный в христианство, сообщил ему о якобы существующем заговоре мексиканцев против белых. В ответ на это Кортес приказал заковать индейских вождей в цепи и допрашивать по отдельности. Во время допросов с применением пыток они сознались лишь в том, что ранее однажды строили подобные планы, которые, однако, не встретили одобрения со стороны Куаутемока и короля Такубы. Но их заверения в своей невиновности успеха не имели. Все они были приговорены к смерти и повешены на ветке старого дерева-великана.

Обвинение, суд военного трибунала, оглашение приговора и приведение его в исполнение последовали в течение неполных 12 часов. Так последний правитель ацтеков умер позорной смертью на виселице 28 февраля 1525 года. Францисканец Торквемада в 1615 году писал в своей «Monarchia Indiana»:

[21] Символ чумы, войны, голода и смерти. — Прим. перев.

[22] Тихого океана.