О. — Чем меньше мы с ней виделись, тем было лучше.
В. — Должен ли я понимать, что у вас не было взаимопонимания?
О. — Она вышла замуж за В. Л., не за меня!
Судья (все тот же). — В. Л.?
О. — Вернер Лежанвье.
В. — Теперь мне придется перейти к деликатной теме… Правда ли, что в то время обвиняемый, как выяснило следствие, испытывал к вам особый интерес сентиментального характера?
О. — Да, и физиологического.
В. — Суд не нуждается в столь пикантных подробностях! Шла ли речь в данном случае о кратком взаимном увлечении или обвиняемый собирался соединить свою судьбу с вашей?
О. — Он хотел меня похитить, увезти за границу. На Азорские острова.
В. — И вы решились за ним последовать?
О. — Да. Он мне нравится.
Именно в этот момент Жоэль, случайно подняв глаза, встретила влажный и требовательный взгляд Лазара и поняла, что он всегда предпочитал ее Диане.
В. — Вероятно, вы хотите сказать, что он вам тогда нравился?
О. — Нет, я хочу сказать, что он мне нравится по-прежнему.
Заместитель прокурора. — Несмотря на то, что он оказался виновен в убийстве?
О. — Это еще требует доказательств.
(Волнение в зале.)
Председатель. — Вы сами вынуждаете меня не щадить вас больше, задавая вопросы… Знали ли вы тогда, что обвиняемый женат?
О. — Да. Разведен и женат вторично.
В. — Знали ли вы, что он являлся любовником жертвы, как это доказывают некоторые записки, с которыми суд уже ознакомился?
О. — Да. Ему были нужны деньги, она их ему давала.
В. — И такое положение вещей вас не возмущало?
О. — Нет. Это встречается сплошь и рядом. (Протесты и свист, предупреждение председателя.) Любит он меня.
Защита. — Уверены ли вы, — вы свидетельствуете под присягой! — что вам было плохо, когда вы вернулись, что вы выпили аспирин и заснули? Не было ли у вас — это объяснило бы ваше нежелание говорить — свидания с обвиняемым в тот вечер, как и во все другие вечера?
О. — Нет.
Защита. — У вас с обвиняемым не вошло в привычку видеться каждый день?
О. — Мы встречались мельком.
Защита. — Вы обменивались записками, назначали тайные свидания?
О. — Он подавал знак.
Защита. — А в тот день он не подал знака?