— Милая, даже если кто-то меня узнает, это не имеет никакого значения. В бегах у нас ты. Хочешь, чтобы я пошел с тобой?
— Я была бы рада. Конечно, если это не вызывает у тебя отвращения. Только для того, чтобы возблагодарить Господа.
— Что ж, мне есть за что его благодарить. Конечно, пойду.
Она и не предполагала, что ждет ее после первой мессы в Лондоне.
Найдя нужный автобус и выяснив, в какую сторону ехать, они пересекли на нем Килбурн-Роуд и пошли за толпой в шалях и поднятых воротниках. Там были и поляки, и итальянцы.
И никакого сравнения с Лох-Глассом. «Доброе утро, миссис Хэнли, мистер Фоули, Дэн, Милдред, мистер Хики, мать Бернард, миссис Диллон. Привет, Лилиан, привет, Питер. Рада снова видеть тебя, Мора. Как поживаешь, Кэтлин? А ты, Стиви?» Пока доберешься до церкви, замучаешься. А в самой церкви тебе будет знаком чих и кашель каждого. Как и проповедь, которую прочитает отец Бейли…
Когда они вышли из церкви, Лена ощущала покой и умиротворение.
Рядом располагался газетный киоск.
— Здесь продают все ирландские газеты, — сказал Льюис. — Давай купим, а потом сходим куда-нибудь и отметим воскресенье… О’кей?
Лена кивнула, просматривая заголовки. Тут были хорошо ей знакомые «Керримен», «Корк экземинер», «Эхо Уэксфорда», «Коннахт трибюн»… И среди них газета, которую каждую пятницу доставляли в аптеку. Там печатали расписание киносеансов, объявления о продаже недвижимости, новости о земляках, которые добились известности, вступили в брак или отпраздновали золотую свадьбу.
Она уже хотела отойти, когда увидела на первой странице фотографию Хрустального озера с плывущими по нему лодками. Под ней красовался заголовок:
Раскрыв глаза от изумления, она прочитала об исчезновении Элен Макмагон, жены известного лох-гласского аптекаря Мартина Макмагона, которую в последний раз видели гуляющей у озера в среду, 29 октября. Водолазы и добровольцы обыскали заросшие камышом участки озера, в честь которого был назван Лох-Гласс, но ничего не нашли. Была обнаружена перевернутая лодка, после чего решили, что лодку взяла миссис Макмагон, но не сумела с ней справиться из-за нередкого в этих местах шквалистого ветра.
— Ну что, покупаете? — спросил киоскер. Элен дала ему полкроны и отошла, сжимая в руке газету. — Эй, она дорогая, но не до такой степени! — окликнул он. — Возьмите сдачу!
Но Лена его не слышала.
— Льюис… — хрипло позвала она. — О боже, Льюис…
Ей помогли подняться. Каждый предлагал свое: расстегнуть воротник, выпить бренди, виски, воды, чаю, пройтись или посидеть.
Киоскер, пытавшийся отдать Лене сдачу, настаивал, чтобы деньги положили ей в сумочку. В конце концов он помог Льюису не то довести, не то дотащить Лену до Килбурн-Роуд. Ей же нужно было только одно: как можно скорее добраться до места, где они смогут посидеть вдвоем. Льюис твердил, что ей нужен врач.
— Поверь мне, все в порядке. Просто отведи меня куда-нибудь.
— Пожалуйста, дорогая, пожалуйста.
В ближайшем баре было полно ирландцев, но это не имело значения. Они интересовались только своими делами и не обращали внимания на мужчину и женщину, которые сидели за столиком, не прикасаясь к бренди, и читали невероятный отчет о поисках Элен Макмагон.
— Надо же… Поднял на ноги весь городок, полицию, сыщиков из Дублина… — покачал головой Льюис.
— Значит, он не нашел письмо, — сказала Лена. — И подумал, что я утонула… О боже! Что я наделала!
— К тому времени мы были уже за тысячу миль оттуда. Где ты оставила письмо?
— В его спальне.
— Как он мог его не заметить? Как, скажи мне?
— Может быть, он туда не заходил…
— Лена, приди в себя. Ведь там была полиция. Она наверняка перерыла весь дом.
— Но он не мог сделать этого специально. Не мог так травмировать детей — заставить их думать, что я лежу на дне озера, как бедная Бриди Дейли.
— Кто это?
— Неважно. Мартин не мог так поступить с детьми.