Свитки Мертвого моря. Долгий путь к разгадке: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Книга премудрости Бен-Сиры была написана на еврейском языке, возможно, в 190 или 180 г. до н. э. Внук автора перевел сочинение Иисуса, сына Сирахова, на греческий вскоре после 132 г. до н. э. Перевод книги составляет часть того, что протестанты называют апокрифами, и присутствует в католическом Ветхом Завете. Оригинальное сочинение снабжает нас некоторой информацией о том, какие произведения Иисус, сын Сирахов (бен Сира), считал авторитетными. Он советует чтить закон Всевышнего и изучать мудрость, пророчества, изречения, притчи и так далее (39:1). Что важнее, мудрец сочинил длинную поэму, восхваляющую знаменитых мужей из библейских времен (гл. 44–50). Порядок, в котором он прославляет древних, указывает на источники, которыми он пользовался, и последовательность, в которой он их находил: он черпает из пяти книг Моисея, Иисуса Навина, Судей, 1–2 Самуила, 1–2 Царей (он приводит некоторый параллельный материал из Паралипоменон и Исайи), Иеремии, Иезекииля (возможно, Сир 49:9 упоминает Иова, но текст спорен), двенадцати пророков и из книг Ездры и Неемии. Если из списка удалить Паралипоменон (и, возможно, Иова), он будет совпадать с порядком книг в еврейской Библии. Единственное отличие — это отсутствие некоторых книг, которые позже были признаны каноническими (например, Руфь, Песнь Песней, Есфирь). Поскольку знаменитые герои служат примерами, вызывающими восхищение автора, по-видимому, он признавал особенно авторитетными книги, в которых он находил сведения об их подвигах и благочестии.

Первые два параграфа из предисловия к переводу внука автора содержат, как представляется, три категории книг, в которых можно найти великое учение, достойное внимательного исследования.

В конце II в. до н. э. внуку известно о трех отделах (некоторые считают их двумя отделами: закон и пророки, прочие), которые составляют авторитетный источник мудрости и наставления. Он описывает эти отделы в несколько иных словах: 1) «закон, пророки и прочие писатели»; 2) «закон, пророки и другие отеческие книги»; 3) «закон, пророчества и остальные книги». В то время как первые две категории знакомы и понятны (хотя он не указывает, какие именно книги к ним относятся), третья отличается заметной неопределенностью («прочие писатели», «другие отеческие книги», «остальные книги»). Последнее из процитированных предложений может подразумевать, что переводчик ставит произведение своего деда на один уровень с сочинениями в трех отделах («не только эта книга, но даже закон…»). Это же предложение подразумевает, между прочим, что греческие переводы всех этих книг, включая книгу деда, тогда уже имелись.

B. 2 Маккавеев 2:13–15

Еще одна из апокрифических или библейских книг, 2 Маккавеев, содержит предложение, которое может иметь некоторое значение в вопросе, какая литература считалась авторитетной. Во втором послании, которое приводится в начале книги (написанной не намного позже 100 г. до н. э.), жители Иудеи пишут некоему Аристовулу и египетским иудеям (после упоминания библейских эпизодов, в которых с неба сошел огонь):

Согласно автору, Неемия собрал книги в свое время (середина V в. до н. э.), а Иуда сделал то же в свои дни (около 166–161 гг. до н. э.). Не сказано, что стоит за этими коллекциями, но Неемии приписано собрание определенных типов книг: «сказания о царях и пророках и о Давиде и письма царей о священных приношениях». Заманчиво увидеть в этих категориях исторические и пророческие книги (Иисуса Навина, Судей, 1–2 Самуила, 1–2 Царей и пророков), Псалмы и Ездру (который содержит царские письма, имеющие отношение к приношениям в храме). Однако автор не распространяется на этот счет.

C. Филон. О созерцательной жизни, 25

Еврейский философ Филон жил в Александрии, Египет, примерно с 25/20 г. до н. э. приблизительно по 50 г. н. э. В своем трактате «О созерцательной жизни» он описывает иудейскую секту в Египте, названную терапевтами. Они представляли особый интерес для исследователей свитков, поскольку имели ряд общих черт с ессеями. Филон говорит о них:

По-видимому, Филону знакомы категории, упоминаемые внуком Иисуса, сына Сирахова: «законы» и «прорицания пророков» у Филона очень напоминают «законы, пророков» внука, а филоновские «гимны и другие книги» могут соответствовать еще менее конкретным «остальным книгам» внука. Упоминание «гимнов» (псалмов) перед «другими книгами» может указывать, что книга Псалмов считалось наиболее важной или, по крайней мере, первой из неюридических, непророческих сочинений.

D. Лука 24:44

У Луки в разделе, не имеющем параллелей в других синоптических Евангелиях, автор изображает сцены, в которых воскресший Иисус является своим одиннадцати ученикам, путникам, идущим в Эммаус, и другим сподвижникам. Когда он убедил их, что он — не призрак, съев в их присутствии немного рыбы, то объявил им: «Вот то, о чем я вам говорил, еще быв с вами, что надлежит исполниться всему, написанному о мне в законе Моисеевом и в пророках и в псалмах». Этим Иисус хочет сказать, что о страданиях, смерти и воскресении мессии говорят все писания. Продолжение столь же многозначительно: «Тогда отверз им ум к уразумению писаний» (24:45). Он сумел направить их внимание на все писания, назвав три категории: закон Моисея, пророков и псалмы. Возможно, что термин псалмы включал не только книгу под этим наименованием, хотя у нас нет доказательств, что автор Луки использовал его в таком более широком значении.

E. Матфей 23:35

Некоторые утверждают, что манера, в которой Иисус говорит о нескончаемой истории праведного мученичества, предполагает, что первая (Бытие) и последняя (2 Паралипоменон) книги еврейской Библии уже заняли эти места в официальных перечнях конца I в. н. э., когда был написан Матфей. В тексте сказано: «да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле, от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахиина, которого вы убили между храмом и жертвенником». Иисус упоминает два случая: о смерти Авеля повествует Быт 4:8, а смерть Захарии, сына Иодая, описана в 2 Пар 24:20–22 (в Библии нет мученичества Захарии, сына Варахиина; Захария, сын Варахиин, — это пророк, чьи слова содержит книга, носящая его имя). Защитники взгляда, согласно которому слова Иисуса подразумевают канон, настаивают, что он выбрал примеры из первой и последней книг Библии, чтобы показать, что подобные поступки охватывают все писания. Этот аргумент имеет под собой некоторые основания, прежде всего потому, что Иисус определенно указывает, что он выбрал случаи из начала и конца («вся кровь праведная… от… до…»). Если бы он хотел привести примеры из самого раннего и самого последнего отрезка на библейской шкале времени, то не выбрал бы Захарию, ибо имелись и более поздние примеры (например, Годолия в 2 Царей 25:22–26). Но даже если бы мы разрешили этот вопрос, из утверждения в Матфее все равно не явствует, какие книги находились между Бытием и 2 Паралипоменон в подобных перечнях.

F. 4 Ездры 14:23–48

4 Ездры,[56] еврейская книга, не относящаяся к апокрифам, а классифицируемая как один из псевдоэпиграфов, была написана после 70 г. н. э., года, в котором римляне разрушили Иерусалим и храм. Она включает пространное размышление о серьезных вопросах, вызванных этим разрушением. Согласно автору, писания были также утрачены во время этого катастрофического события, поэтому они должны быть открыты вновь, если Израиль собирается ими руководствоваться. Ездра, мнимый герой книги, молится, чтобы Святой дух вдохновил его на написание всего, что содержалось в законе Божьем (обозначает здесь все писание). Он подготовил материалы для выполнения этой задачи, осушил сильнодействующий напиток[57] и, когда его дух и уста раскрепостились, продиктовал пяти писцам 94 книги, не останавливаясь в течение Моисеева 40-дневного периода.

В этих коротких словах подразумевается очень многое. Число 24 — это одна из нумераций книг в еврейской Библии/ Ветхом Завете (берущая за образец 24 буквы в греческом алфавите). Следовательно, весьма вероятно, что автор имеет в виду полную еврейскую Библию, когда говорит о 24 книгах, которые Ездра написал первыми. То, что они были записаны в начале, дает им формальный приоритет, но они предназначены для широкой аудитории («достойных и недостойных»), а не для одних праведников. Что же тогда представляют собой 70 книг, написанных позже, но рассчитанных на привилегированную аудиторию, книги, названные проводником разума, мудрости и знания? Как кажется, в некотором смысле автор наделяет их более высоким статусом, чем первые 24, то есть книги Священного писания. Возможно, что число 70 — символическое, выражающее убеждение писателя, что вдохновенными являются намного больше книг, чем библейские 24, но что требуется особая эрудиция, чтобы правильно их истолковать. По крайней мере, автор не сводит вдохновенные сочинения к двадцати четырем, представленным в еврейской Библии.

G. Иосиф Флавий. Против Апиона, 1.3 7-43

Еврейский историк написал «Против Апиона» в 90-х гг. н. э. В этом сочинении он отстаивает правдивость древних писаний, из которых можно узнать историю его народа, и противопоставляет их хроникам греков, которые противоречат друг другу.

Число 22 — еще один из широко засвидетельствованных способов подсчета книг в полной еврейской Библии (возможно, основанный на еврейском алфавите, в котором 22 буквы). Книги Моисея легко выявляются в описании Иосифа Флавия — от Бытия до Второзакония, в последней главе которого говорится о «смерти Моисея». «Пророки» в обычной еврейской трактовке — это исторические, а также строго пророческие сочинения (Иисус Навин — Цари, Исайя — Малахия). Упоминание Артаксеркса в конце пророческого ряда является веским указанием на то, что Ездра и Неемия включены в эти пророческие тексты, поскольку Артаксеркс — последний персидский правитель, названный в них. Тринадцатью книгами могут быть: Иисус Навин, Судьи, 1 Самуила, 2 Самуила, 1 Царей, 2 Царей, Ездра-Неемия (одна книга?), Есфирь, Исайя, Иеремия, Иезекииль, Даниил и двенадцать (малых) пророков (одна книга). «Остальные четыре книги», содержавшие «песнопения и житейские правила», предположительно включают Псалмы и Притчи, возможно Иова и Екклесиаста.

Семь текстов, представленных выше, являются наиболее прямыми свидетельствами об истории канона. Они показывают, что их авторы разделяли священные книги на три категории: закон, пророки и остальные сочинения, наиболее известным из которых были Псалмы. Ряд других текстов, не рассматривающихся здесь, упоминают лишь две категории: закон и пророки. Только 4 Ездры и Иосиф Флавий указывают количество книг (оба, очевидно, подстраиваются под количество букв в алфавите), и лишь один Иосиф приводит достаточно сведений, позволяющих читателю определить практически все его 22 книги. Тем не менее сохраняется некоторая неопределенность в отношении того, какие именно книги включили в свой список все процитированные авторы. Например, все ли они предполагают, что среди священных книг была Песнь Песней? Между ними существует определенное согласие в отношении ключевых книг (закона, пророков с Псалмами и, возможно, некоторых других), но в источниках не просматривается единодушия относительно всех деталей канона. Не следует также забывать, что иудаизм включал в себя различные группы в течение столетий, охватываемых текстами, процитированными выше. Фарисеи и саддукеи могли расходиться во мнениях о точных рамках своих писаний, и то же самое могло быть в случае других групп. Мы не знаем, когда в еврейских общинах закончились в целом споры о каноне. Обычно считалось, что так называемый совет в Ямнии (Явне) — раввинское собрание — принял окончательные решения около 90 г. н. э. Однако современные эксперты в вопросах канона опровергли это утверждение и подчеркивают, что единственные дискуссии о каноне среди ямнийских руководителей касались лишь того, следует ли считать подлинно библейскими одну или две книги (например, Есфирь). У нас нет данных, что ямнийские раввины определили канон или издали о нем какой-то авторитетный указ. По-видимому, некоторая неопределенность в отношении таких книг, как Есфирь и Песнь Песней, продолжала иметь место и намного позже 100 г. н. э.

3. Свидетельства из Кумрана

Тексты, которые были доступны до 1947 г., проливали некоторый, хотя и тусклый свет на эволюцию канона священного писания, но они оставляли много проблем нерешенными. Могли ли к писаниям по-прежнему добавляться книги в последнем веке до нашей эры и в I в. н. э., и если да, добавлялись ли они фактически? Или процесс определения канона состоял только в исключении некоторых книг (таких, как Бен-Сира) из устойчивой основы, которая принималась всеми? Все ли евреи соглашались с тем, что говорят тексты, процитированные выше, либо их авторы выражают взгляды небольших групп (или даже частные мнения)? И, что важнее для нашей задачи, вносят ли тексты из Кумрана хоть какую-то лепту в прояснение темной истории эволюции канона? На последний вопрос мы можем ответить, что они вносят определенную лепту, но одновременно поднимают несколько новых опросов. Считалось, что один из свитков — Некоторые из предписаний Торы (4QMMT) — упоминает три отдела книг, которые нам теперь знакомы: «[И кроме того] мы [писали] тебе, что ты должен понимать книгу Моисея и книг[и про]роков и Дави[да, и деяния] каждого поколения» (С 9-10; р. 227).

Однако Юджин Ульрих привел убедительный довод, что нельзя говорить о свидетельстве этого манускрипта, поскольку полная формулировка в этом фрагментарно сохранившемся контексте не ясна. Слова, переведенные как «книга Моисея»/«и книг[и»/«про]роков и Дави[да» находятся на трех отдельных кусочках кожи (4Q397 фраг. 18,17 и 15). Непонятно, составляют ли они единое целое.

Расположение фрагмента 17, который очень мал и содержит только слова «]в книге[», весьма неопределенное. Соответственно, утверждение, что 4QMMT свидетельствует о трех отделах книг — Моисее, пророках, Давиде, — имеет под собой зыбкую основу.

A. Критерии

Первый вопрос, который необходимо решить, — это установление ряда критериев, с помощью которых можно определить, считали ли кумраниты священной ту или иную книгу. Ни один из свитков не указывает прямо, что документ — канонический, поскольку не употребляются эквивалентные слова. Также неясно, существовало ли какое-то слово, соответствующее нашему термину Библия. Вместо подобных маркеров мы вынуждены собирать сведения о том, что книга считалась особенно авторитетной. Один из способов сделать это — проверить, цитируется или называется она в качестве авторитетного источника и как она цитируется. Например, полезным указателем являются слова «так говорит Господь». Другой способ — посмотреть, как данное сочинение преподносит себя. Если какой-то кумранский текст цитирует книгу X как авторитетный источник и книга X преподносит себя как откровение Бога, тогда мы, вероятно, имеем дело с книгой, которую кумранский автор считал исключительно авторитетной. Еще один критерий — проверить, не стала ли книга X объектом комментариев типа пешер, то есть таких, чьи авторы находят в пророческом тексте замысел Бога в отношении последних дней. Невероятно, чтобы кто-то комментировал книгу в манере пешер, считай он ее просто хорошей книгой, ничем не выделяющейся из общего ряда. Не следует также забывать, что комментарии могут содержать вдохновенные интерпретации, внушенные Учителем; если это так, они должны претендовать на особую авторитетность.

B. Авторитетные книги

Используя критерии, определенные выше, мы можем идентифицировать ряд книг, которые в Кумране считались чрезвычайно авторитетными.

(1) Книги, цитируемые как авторитетные

В сочинениях кумранской общины мы обнаруживаем цитаты из многих библейских книг, хотя и не из всех. Слова из них иногда предваряются формулами, например «ибо написано так». Однако следует заметить, что подобные вступления также встречаются в случае некоторых книг, которые не стали частью еврейской Библии (см. ниже b.2).

[56] В православной Библии это 3-я книга Ездры.

[57] Этот напиток, который напоминал воду, но цветом «был подобен огню» (4 Ездры 14:39), сопоставим с напитком старших в Уставе кумранской общины и с эпизодом в Деян 2:1–4, где апостолам являются «как бы огненные языки» и все «исполняются Духа святого».