Легенда советской разведки - Н. Кузнецов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Так что «Почетный чекист» Медведев пройти в здание своего родного наркомата беспрепятственно уже не мог.

Стояла бы под дерзким письмом какая-нибудь другая подпись, автора конечно же немедленно бы арестовали. Но арестовать капитана госбезопасности можно только с санкции наркома! Значит, в такой ситуации этого самого «голодающего» Медведева арестовать втихую в набитом людьми зале Курского вокзала, к тому же возле бюста вождя, вряд ли удастся. Человек он опытный, возможно вооружен. Может случиться и большой скандал. Было над чем призадуматься…

Необычная история с письмом Медведева к вождю нации по любым временам, тем — особенно, имела прямо-таки беспрецедентное завершение.

На следующий день один из ответственных сотрудников Секретариата НКВД отправился на Курский вокзал и доставил Дмитрия Медведева в наркомат. Медведев не стал распространяться: сам нарком или кто-нибудь из его замов принимал тогда его на Лубянке. Известно только принятое решение: смутьяна из кадров НКВД совсем не увольнять, однако перевести его из Главного управления государственной безопасности на работу в какую-либо строительную организацию в системе НКВД. Так Дмитрий Николаевич оказался вместо ставшей ему родной Украины на далеком Севере, вначале в Медвежьегорске, а затем в Норильске.

Здесь Медведев вскоре «отличился». Его возмутило, что лагерное начальство под надуманными предлогами арестовывало заключенных, подлежащих освобождению по окончанию срока наказания, и выносило новые приговоры, более суровые, чем предыдущие. Аресты производились без соблюдения процессуальных норм, даже без формальной санкции прокурора. Своей властью капитан госбезопасности Медведев освободил из-под ареста большую группу повторно арестованных.

Когда об этом стало известно высокому начальству, от него потребовали объяснения. Медведев сослался на указания ЦК ВКП(б) о необходимости всем органам НКВД впредь соблюдать все нормы социалистической законности. Терпеть подобное самоуправство во стороны Медведева никто не хотел. И особоуполномоченному НКВД СССР майору госбезопасности Алексею Стефанову было поручено с ним «разобраться». Тот приехал и «разобрался». По докладу Стефанова в ноябре 1939 года Берия подписал приказ об увольнении в отставку капитана госбезопасности Д.Н. Медведева «за допущение массового необоснованного прекращения следственных дел».

Так Дмитрий Николаевич в возрасте сорока одного года оказался в отставке. Он переехал в Москву, некоторое время снимал частную комнату, а потом купил полдома в дачном поселке Томилино по Казанской железной дороге, где и поселился с женой Татьяной Ильиничной и престарелым отцом Николаем Федоровичем.

В первые же дни войны Медведев написал в наркомат докладную записку, в которой обосновал идею о благоприятных условиях, которые создаст массовое партизанское движение для широкого развертывания и ведения во вражеском тылу активной разведывательной работы при участии профессиональных чекистов. Далее он подробно сформулировал принципы действия чекистских спецгрупп, которые после заброски на оккупированную территорию развертывались бы в сильные партизанские отряды.

Докладную Медведев отвез в Москву и передал из рук в руки давнему сослуживцу, одному из немногих уцелевших старых чекистов Петру Петровичу Тимофееву, уже ранее упоминавшемуся.

Тимофеев, в свою очередь, передал записку «товарищу Андрею», то есть Судоплатову, уже возглавлявшему Особую группу. Тот мгновенно оценил предложения Медведева, в основном совпадавшие с его собственными. К тому же оказалось, что «товарищ Андрей» отлично помнит Дмитрия Николаевича (по возрасту и стажу службы старше его самого) по работе на Украине в конце двадцатых годов. Еще лучше знал Медведева по совместной службе в Донбассе Виктор Александрович Дроздов.

«Товарищ Андрей» и Дроздов, наделенные большими полномочиями, добились того, что капитан госбезопасности Медведев был восстановлен в кадрах наркомата и вернулся в строй.

Между тем уже 29 июня и 18 июля 1941 года руководством страны были приняты важнейшие директивы о разжигании на оккупированной врагом советской территории партизанской войны. Повсеместно население приняло и поддержало лозунг: «Пусть земля горит под ногами оккупантов!»

…Очень скоро немцы почувствовали на себе всю силу народного гнева. С каждым днем удары партизан по вражеским гарнизонам, транспортным артериям, коммуникациям связи становились все ощутимее. Такого организованного сопротивления со стороны населения гитлеровцы не ожидали. Их расчеты поддерживать «новый порядок» на советской земле «обычными», проверенными в Западной Европе мерами и сравнительно малочисленными полицейскими частями и подразделениями не оправдались. Против партизан пришлось бросать целые дивизии вермахта, в том числе и отозванные с этой целью с фронта. Уже 16 сентября 1941 года начальник штаба верховного главнокомандования вооруженными силами Германии генерал-фельдмаршал Кейтель издает пресловутый приказ «О подавлении коммунистического повстанческого движения». Приведем некоторые выдержки из этого приказа:

Фашистский вермахт, а не только войска СС, руководствуясь этим страшным приказом, принимал прямое и широкое участие в массовом истреблении населения оккупированных областей СССР.

…Первый экзамен на зрелость бойцам и командирам ОМСБОН предстояло сдать в суровых осенних и зимних боях на подступах к Москве. Одними из первых сдавали его медведевцы. Потому что ко времени начала битвы за столицу тридцать три бойца партизанского спецотряда «Митя», а точнее разведывательно-диверсионной резидентуры (РДР) № 4/70 — под командованием Д. Медведева уже действовали во вражеском тылу. Районом действий отряда была определена в основном родина командира — Брянщина. Иначе говоря, отряд чекистов воевал на одном из важнейших стратегических направлений наступления немецких войск на Москву.

Отряд ушел за линию фронта 7 сентября 1941 года и вернулся обратно 12 января 1942 года. При этом он вырос… в десять раз!

Своей активной разведывательной и боевой работой, организацией партизанского движения на Брянщине и Орловщине спецотряд «Митя» много сделал для срыва наступления немцев на Москву и последующего их разгрома. Была собрана и передана в Центр для Верховного и фронтового командования Красной Армии важная информация. Наиболее серьезными из полученных данных были сведения о мероприятиях немецкого командования по обеспечению наступления на Москву, а затем по срыву его попыток ликвидировать последствия разгрома, информация о скоплении в конце декабря в Брянске, Орджоникидзеграде, Жиздре, Жуковке и других пунктах войск и танков противника, о передвижении в тот же период по шоссе, большакам и железным дорогам в сторону Рославля, Смоленска, Брянска и Гомеля потрепанных под Москвой частей противника; о подвозе большого количества горючего из Гомеля в Брянск; о происходящих значительных погрузках военной техники в эшелоны на железнодорожной станции Брянск-II; о спешном строительстве немцами сильных укреплений на восточных окраинах Брянска, Орджоникидзеграда, Белых Берегов, в поселках Городище и Урицкий, по западным берегам рек Десна и Болва, у шоссейных и железных дорог и мостов (в Москву были отправлены схемы и характеристики строящихся укреплений, их вооружения) и многом другом.

За 120 дней в тылу врага партизаны-медведевцы провели свыше 50 боевых операций, взорвали три вражеских эшелона, уничтожили двух генералов, семнадцать старших офицеров, свыше четырехсот солдат и офицеров (не считая убитых при взрыве эшелонов), подбили и сожгли 9 самолетов, большое количество автомашин, взорвали 7 шоссейных и 3 железнодорожных моста, несколько промышленных предприятий, захватили большое количество трофейного оружия.

В одном из боев Дмитрий Николаевич был ранен в колено. Его вынес на себе и доставил в безопасное место адъютант, один из самых сильных людей в стране — абсолютный чемпион СССР по боксу Николай Королев.

17 февраля 1942 года Д.Н. Медведев был награжден орденом Ленина. Высоких правительственных наград были удостоены многие бойцы и командиры отряда «Митя».

Отдыха, однако, Медведеву не выпало никакого. Его ожидала напряженная и спешная работа. Первым этапом ее был тщательный анализ деятельности «Мити» во вражеском тылу. Самой объективной оценке подвергнуты были все проведенные бои, операции, решения командира. В равной степени изучались и успехи и неудачи. Еще бы! Боевой опыт «Мити» должен был стать достоянием, своего рода школой для многих отрядов и групп, которые готовились к отправке и отправлялись один за другим в ближний и далекий тыл немецких войск.

Затем последовал ряд докладов руководству и совещаний. И везде Медведев высказывал и обосновывал мысль: жесточайший полицейский режим, установленный гитлеровцами на оккупированной территории, режим, продуманный карательными органами до мелочей, предельно затрудняет действия небольших разведывательных групп, тем более одиночных разведчиков.

Вывод: успешная, систематическая, глубокая и надежная деятельность разведки в таких условиях возможна только при наличии прочной базы, каковыми должны стать сильные, достаточно крупные партизанские соединения.

Действия «Мити» явились убедительным свидетельством правильности этой концепции. Данную точку зрения разделяло и большинство сотрудников центрального аппарата наркомата, глубоко изучивших (в том числе и на личном опыте) ситуацию в оккупированных районах.

Именно в такие мощные отряды, пополнившись местными жителями, окруженцами и пленными, бежавшими из лагерей, превратились в короткие сроки боевые группы С.А. Ваупшасова, A.K. Воропаева, Ф.Ф. Озмителя, М.С. Прудникова, Е.И. Мирковского, К.П. Орловского, А.П. Бринского, Н.А. Прокопюка, В.А. Карасева, A.M. Рабцевича. Сам Медведев принимал участие в подготовке семи из двадцати специальных отрядов, ушедших за линию фронта в феврале-марте 1942 года.

К этому времени массовое партизанское движение охватило все республики, области, города и районы, захваченные войсками гитлеровской Германии и ее союзников. В ряде случаев партизаны и подпольщики устанавливали двустороннюю связь с командованием Красной Армии, оказывали ему существенную помощь и боевой работой и разведданными. Появились и крупные партизанские соединения, способные решать серьезные задачи: C.A. Ковпака и С.В. Руднева, А.Н. Сабурова, А.Ф. Федорова и другие.

В Центр стекалось множество информации о действиях партизан из больших и малых отрядов, от командования Красной Армии. О силе ударов народных мстителей можно было судить и по захваченным немецким документам. Из последних следовало, что партизаны, особенно их действия на транспорте и линиях связи, стали настоящим кошмаром для оккупантов. Все большее число регулярных войск командование вермахта вынуждено было отвлекать от фронта для охраны своих коммуникаций, складов, мостов. Это уже было существенной помощью Красной Армии.

В середине марта решался вопрос о дальнейшей службе Медведева. Все эти недели он считался ответственным сотрудником центрального аппарата наркомата. Руководство чрезвычайно ценило его опыт, особенно сказавшийся при подготовке все новых и новых опергрупп. Дмитрий Николаевич также понимал всю важность этой работы, относился к ней в высшей степени добросовестно, но был убежден, что как разведчик может принести куда большую пользу, командуя новым, более крупным отрядом, лично участвуя в осуществлении своих планов. Он настаивает на этом в нескольких рапортах руководству.

В одном из них — от 4 апреля 1942 года — он пишет: «…ни моя совесть, ни Родина не простят мне, если я не сумею добиться немедленного проведения в жизнь этого плана».

9 апреля он снова обращается к наркому с резким требованием направить его во вражеский тыл. На этот раз добивается своего: он назначается командиром (оперативный псевдоним «Тимофей») специального чекистского отряда «Победители», которому предстояло решать разведывательные задачи особой важности в городе Ровно. Вскоре Дмитрий Николаевич уже смог приступить к формированию личного состава «Победителей» — для этого требовалось отобрать примерно сто человек.