Линейный корабль "Император Павел I" (1906 – 1925): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И только авторы капитальнейшего труда по истории отечественного судостроения (чрезвычайно высоко оцененного А.Н. Крыловым) "Судостроение и судостроительные заводы в России и за границей" (С-Пб, 1909, с. 918), инженер-технолог Н.И. Дмитриев (1875–1929, Канны) и военный инженер В.В. Колпычев нашли возможным признать, что одни лишь задержки со стороны механических и броневых заводов по крайней мере на год задержали все судостроение в Петербурге. По этой именно причине даже к началу 1909 г. Балтийский завод все еще не мог закончить работы из-за неполучения значительной части броневых плит.

Оживление в работе внесло неуклонно развивавшееся насыщение корпуса механизмами, системами, устройствами, начатые с 1908 г. монтаж башен и брони, оборудование казематов, а затем и установка орудий. Всеми этими работами, преодолевая традиционное скептическое отношение флота к инженерам-технологам, дирижировал еще в 1904 г. стажировавшийся при постройке корабля в качестве помощника конструктора, а теперь сменивший В.Х. Оффенберга строитель С.Г. Руженцев. Его иногда замещал состоявший помощником морской инженер подпоручик Бенно Эдуардович Штелмеиг (1881 —?). С ними творчески и конструктивно сотрудничал командир П.В. Римский-Корсаков и первые прибывшие на корабль офицеры-специалисты.

Важно было в той сложившейся путанице разграничить обязанности заводских рабочих и экипажа корабля, уже частью принимавшего участие в наладке и обслуживанию механизмов, систем и устройств корабля. Одновременно решались проектно-технологические проблемы.

В марте 1908 г. приступили к установке башен 12-дм орудий. Заказанные 22 июля 1905 г. по договору с обществом путиловских заводов, они отражали доцусимский уровень техники и потому сразу же потребовали разного рода усовершенствований по опыту войны. Сложными были и работы в том же 1908 г. по установке башен для новых, еще не применявшихся флотом 8-дм 50-калибернных орудий. Почти неразрешимой проблемой оставалась несвоевременная доставка брони, которая одновременно требовалась для четырех линейных кораблей '(не считая шедших по своей очереди четырех дредноутов) и крейсеров "Баян" и "Паллада". На апрель 1910 г. пришлось получение "Императором Павлом I" брони казематов 120-мм орудий, на май брони носовой броневой рубки. Запаздывали плиты подводного бронирования, отчего готовность корабля с мая 1910 г. отодвигалась на осень 1910 г. Но и этот срок вызывал у строителя сомнение.

В заседании артиллерийского отдела МТК (журнал № 47 от 7 декабря 1909 г.) при обстоятельном рассмотрении состояния всех предметов поставок выяснилось, что оба додредноута находятся примерно в одинаковой степени обеспеченности броней и артиллерией. На "Император Павел I" все еще не доставлены Обуховским заводом броня крыш 12-дм башен. Все 8-дм пушки на заводе готовы. Из их станков первый будет готов для отправки на полигон 7 марта, а на корабли его обещают отправить в начале апреля 1910 г. Последний из 8-дм станков будет готов в начале июня, отправка его на корабль планируется в начале июля. Прицелы Металлический завод обещает доставить к 15 апреля 1911 г., по МТК настаивал этот срок сдвинуть не позже, чем на 1 сентября 1910 г. Крыша одной 8-дм башни уже находится на Металлическом заводе, для остальных башен Обуховский завод, как обещал, отправил крыши в начале ноября. Башенные установки ожидались готовностью в конце июля 1910 г. Если Путиловский завод к 15 ноября получит наряды на муфты Дженни, то установить их можно будет к 1 июня. Все 120-мм пушки готовы, из их станков первый будет готов 1 февраля 1910 г. и доставлен на корабль в начале марта. Последний будет получен в начале июля.

Из брони не доставлено две кормовых плиты. Броню 8-дм казематов начнут доставлять с января 1910 г., кончат доставку в начале марта и к 1 мая установят полностью. Для брони 120-мм казематов эти сроки составляли соответственно начало февраля 1910 г., начало мая и 1 июля 1910 г. С боевыми рубками положение было почти то же, что и на "Андрее Первозванном". Подкрепление на носовую рубку рассчитывали установить 1 мая 1910 г., броню доставить на корабль 15 мая, а установку закончить на корабле 15 июня 1910 г. Броню для кормовой боевой рубки Ижорский завод обещал доставить через четыре месяца после получения чертежей. К 1 декабря 1909 г. ожидались броневые переборки внутри 12-дм и 8-дм башен. Заказ "на литые броневые кожухи" для защиты приборов 12-дм башен только еще собирались передать от Ижорского завода на Обуховский.

Предстояли переделки уже готовых (под прежние боезапасы) погребов. Готовились к установке ПУАО. Начинали монтаж элеваторов к 8-дм пушкам.

В итоге проведенного разбирательства были еще раз уточнены ожидаемые сроки готовности кораблей (в скобках сроки, назначавшиеся ранее — в феврале и марте 1909 г.): "Андрей Первозванный" — 15 августа 1910 г. (весна 1910 г.), "Император Павел I" — 1 сентября 1910 г. (осень 1910 г.). С 1910 г. на корабле начали действовать котлы, обеспечивая пробу и обслуживание вспомогательных и главных механизмов и системы парового отопления. Уточнялись и остававшиеся ранее в стороне важные подробности проекта, который во всех его деталях внутреннего расположения и палубного оборудования продолжал, в силу традиций прошлого, формироваться в процессе постройки корабля. Наличие полного комплекта рабочих чертежей, без чего иностранные заводы постройку не начинали, продолжало в России оставаться несбыточной мечтой строителей.

В числе первых работ 1910 г. на "Императоре Павле I" потребовалось переустройство люков для погрузки мин и перенос погребов мокрой провизии в помещение бывшего носового минного аппарата. 23–30 января 1910 г. Балтийский завод представил в МТК три проекта рисунков кормового орла и надписи названия корабля. Командир тогда предлагал остановиться на рисунке по образцу броненосца "Георгий Победоносец", который позволял чистить название и "орла" непосредственно с верхней палубы и не требовал спуска людей к надписи на беседках. Но министр И.К. Григорович избрал более свободное размещение надписи, приказав вместо римской цифры I поставить арабскую 1.

Линейные корабли "Андрей Первозванный" и "Император Павел I".

(Сведения о кораблях, опубликованные в английском справочнике "JANE'S FIGHTING SHIPS". 1909.)

Принципиальное разрешение получил и способ погрузки угля на корабль, который капитан 1 ранга П.В. Римский-Корсаков предложил МТК еще в 1907 г. В обстоятельной записке он провел анализ известных на флотах мира способов погрузки, включая и знакомый ему по Дальнему Востоку японский (передача угля маленькими порциями из рук в руки), и для каждого из этапов работы (от подхода баржи до погрузки угля в ямы корабля) обосновал преимущества, достигаемые посредством предложенных им приспособлений и организации работ. В своем постановлении от 11 декабря 1909 г. Совет командиров строившихся и ремонтируемых кораблей одобрил схему, предложенную для "Императора Павла I", и предложил применить ее и на "Андрее Первозванном".

По отзыву А.Н. Крылова, устройство получалось в два раза легче и в 2 раза дешевле, чем прежде предусматривавшиеся на серии "Бородино" устройство с применением стрел Темперлея. От них, как было известно А.Н. Крылову, на "Князе Суворове" и "Императоре Александрове III" отказались, а на "Славе" никогда не пользовались. Каждое из 8 приспособлений "при спокойной работе" позволяло принять на корабль 48 т/час, что в сумме составило почти 400 т.

В докладе, составленном для товарища морского министра, А.Н. Крылов характеризовал предложение командира "как оригинальный самостоятельный труд, вносящий важное усовершенствование в дело первостепенного значения для военного корабля". Испытания подтвердили, что скорость погрузки по этому способу может быть доведена до 400 т/час. Этот способ будет применен на "Андрее Первозванном" и, вероятно, с некоторыми изменениями по местным условиям также и на других кораблях.

О том, были ли предприняты меры поощрения со стороны начальства, в документах и воспоминаниях А.Н. Крылова и И.Е. Григоровича ничего не встречается. Косвенным тому подтверждением могут быть последующее назначение (в 1911 г.) П.В. Римского-Корсакова председателем приемной комиссии, после чего он и был перемещен в 1913 г. на должность командира Владивостокского порта. Изобретение командира "Императора Павла I" оценил и Морской генеральный штаб, начальник которого вице-адмирал А.А. Эбергард в письме председателю МТК от 22 апреля 1910 г. выражал полное одобрение и считал необходимым "в текущем году" установить предложенную систему не только на обоих кораблях, но также на крейсерах "Баян", "Паллада" и на черноморских кораблях "Иоанн Златоуст" и "Святой Евстафий" (так поначалу называли этот корабль).

6 мая командир напоминал, что надо не забыть заподлицо заделать в доке отверстие в форштевне, оставшееся после снятого носового минного аппарата.

Во всем повторяя все заботы ранее начавшего кампанию "Андрея Первозванного", "Император Павел I" 22 и 25 мая 1910 г. провел заводские швартовые испытания механизмов. Преодолев трехлетний срок постройки и такой же трехлетний период достроечных работ у заводской стенки, корабль готовился к последнему этапу — испытаниям в море. Предстояло окончание сборки башен 12-дм и 8-дм орудий, установка еще отсутствовавших казематных 8-дм и 120-мм орудий и завершение всего того множества работ, без которых корабль не может вступить в строй.

Подъем катера на борт линкора "Император Павел I"

5. "Павел I" поднимает пары

Борьба строителя и командира за ускорение достройки своего корабля столкнулись с новым фактором: мнением бюджетного комитета Государственной Думы. Ее члены не были уверены в достаточном продвижении готовности "Императора Павла I" и потому вычеркнули его из программы плавания на 1910 г. Собрав все силы убеждения, командир 8 марта 1910 г. обращался в ГМШ с доводами, которые должны были преодолеть сопротивление новой, уже политической бюрократии.

Он был убежден в том, что по ходу работ корабль весной мог перейти в Кронштадт, выполнить доковые работы и заводские испытания. Надо только твердо решить, что и предварительную и сдаточную пробы провести непременно силами заводских специалистов. Завершиться должны и работы по артиллерии (журнал МТК № 47 по артиллерии еще в декабре назначил их срок к 1 сентября 1910 г.). К такому ускорению работ был готов и завод.

Настояния командира Римского-Корсакова поддержал начальник ГМШ контр-адмирал А.А. Эбергард (1856–1919). В докладе товарищу Морского министра И.К. Григоровичу он подчеркивал чрезвычайную важность введения "Павла I" в строй к осени 1910 г., что позволяло бы весной 1911 г. сформировать на Балтике бригаду линейных кораблей. Поэтому, по его мнению, следовало бы в смете 1910 г. восстановить кредит на плавание "Павла I". Решение, однако, состоялось половинчатое — корабль 29 июня 1910 г. зачислили в вооруженный резерв, что дало возможность начать первичную организацию.

В первом, далеко не полном составе, как видно из строевого рапорта командира за этот день, значилось всего восемь офицеров. Это были командир Римский-Корсаков, старший офицер капитан 2 ранга A.M. Пышнов (1873-?), старший артиллерийский офицер старший лейтенант В.Е. Егорьев (1883–1967), герой боя на крейсере "Россия", второй артиллерийский офицер лейтенант барон Н.А. Типольт (1884–1967, Париж), старший минный офицер Н.М. Ратьков (1885-?), старший судовой механик полковник Э.Э. Гаевский (1860-?), бывший наблюдающий на Балтийском заводе за постройкой механизмов корабля, младший судовой механик подпоручик А.А. Грибовский (1885-?), старший судовой врач надворный советник Н.И. Августовский (1870-?), участник обороны Порт-Артура. К ним, как писал в своем дневнике барон Н.А. Типольт, присоединились прибывший ему на смену его соплаватель по "Анадырю" в Цусиму лейтенант А.Д. Боднек (1885-?), третий артиллерийский офицер порт-артурец лейтенант С.А. Изенбек (1883-?), штурманский офицер лейтенант Ю.А. Башмаков (1883-?), вахтенный начальник мичман Шевелев, трюмный механик К. Белов.

Вместе с матросами было всего 170 человек (в "Описании" на это же время упоминается 250 матросов, по это была, видимо, более поздняя численность). Все они разместившиеся в далеко еще не оборудованных помещениях, начали освоение корабля. Надо было спешить с уходом, чтобы успеть ввести его в строй к исходу года и освободить заводскую стенку для также энергично готовившихся к спуску дредноутов.

Исторически сложившееся со времен Петра Великого и ставшее с тех пор мистическим ритуалом обыкновение ускорять готовность корабля переводом от петербургской верфи в Кронштадт, неукоснительно, несмотря на возражения строителей, сохранилось и в послецусимский период. Отличием была лишь ставшая возможным благодаря морскому каналу готовность корабля к ходовым испытаниям.