Джордж дал газ на полную, «пиранья» буквально летела. Джессика возмущенно вздохнула и вытащила из-под сиденья выдвижной ящик с противоперегрузочным жилетом. Потом так же молча стала в него втискиваться.
— Посмотрим!.. — повторял Джордж.
— О Боже, когда-нибудь ты повзрослеешь?
Он не ответил, но ноздри его покраснели от ярости.
На дисплее появилась дежурная:
— Получено согласие вашего противника, сэр. В дорожных ведомостях вы уже стоите как взаимные соперники. Прошу вас соблюдать установленные правила и желаю удачи.
Девушка исчезла. Джордж перевел машину в режим автопилота и полез за своим противоперегрузочным жилетом. Спустя несколько секунд он снова перешел на ручное управление.
— Ну, держись, недоносок, сейчас я тебе покажу!
100 миль в час… 110 миль в час… 120 миль в час…
Теперь он стремительно настигал «меркурий». На скорости 120 миль в час мастеркомп «шевроле» замигал и предложил смену режима. Джордж нажал на селектор, лезвия остановились, и телескопические руки-пилы втянулись в корпус, превратившись в декоративные наплывы на крыльях. Колеса ушли под корпус, и включилась воздушная подушка. Теперь машина скользила на высоте двух дюймов над покрытием шоссе.
Идущий впереди «меркурий» тоже перешел на воздушную подушку. 120 миль в час… 135 миль в час… 150 миль в час…
— Джордж, это безумие! — просипела Джессика. В такие минуты она всегда походила на сорокопута. — Ты не рокер, Джордж. Ты — семейный человек, и это — семейный автомобиль.
Джордж зловеще рассмеялся:
— Я знаю, как себя вести с этими сволочами. В прошлом году… Ты помнишь, как в прошлом году… Помнишь, один скот едва не столкнул нас с моста? Я тогда поклялся, что никогда не допущу подобного. Зачем, по-твоему, я установил на машине все эти опции?
Джессика вытащила аварийный поднос. Достав баллон с антиожоговой мазью, она принялась распылять ее на лицо и руки.
— Как я жалею, что позволила тебе поставить в машину эту лазерную штуку!
Джордж снова нехорошо рассмеялся. Сволочи, дерьмо, погань!
Он чувствовал, как уверенно несется вперед «пиранья», мощный мотор типа «стерлинг» всасывал горячий воздух, и тяга нарастала. В отличие от устаревшего бензинового двигателя «меркурия», ядерный реактор не давал выхлопа, и машина шла почти беззвучно. Огромный стабилизатор на хвостовом радиаторе рассекал раскаленные газы, что позволяло ровно идти по трассе на высоте двух дюймов над дорогой.
Джордж знал, что догонит кроваво-красного врага, И тогда паршивый выскочка поймет, что нельзя нарушать закон и подрезать на шоссе порядочных людей.
— Подай пистолет! — велел Джордж.
Джессика покачала головой и вытащила из «бардачка» здоровенный пистолет сорок пятого калибра в сбрасывающейся наплечной кобуре. Джордж перешел на автопилот, всунул руки в ремни, ощупал маслянистую кожу кобуры и, удовлетворенный, вернулся к ручному управлению.
— О Господи, — простонала Джессика, — снова на трассе Джон Диллинджер.
— Слушай! — заорал Джордж, распаляясь с каждой произнесенной ею глупостью. — Если не помогаешь, то хотя бы заткнись! Я бы тебя с удовольствием высадил, но я на дуэли, понимаешь? Я на дуэли!
Она согласно кивнула, и Джордж замолк.
Из приемника послышался писк вызова. Изображения не было. Только голос. Очевидно, водитель «Меркурия». Стандартный трюк рокеров, — передавая с антенны на антенну узконаправленные сигналы, они изводили свои жертвы.
— Эй, старый, решил со мной потягаться, а? Совсем спятил? Ладно, сейчас малыш притормозит и отвесит тебе пару горячих, пора тебя немного поучить.
Голос у водителя был жесткий, безжалостный, мерзкий голос человека, поднаторевшего в дорожных разборках.
— Слушай, щенок, — Джордж старался, чтобы его слова тоже звучали угрожающе, — это я тебя немного поучу!
В ответ раздался резкий хохот:
— Старый, а ты шутник!