Долгие поиски: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На автобус стояла длинная очередь. Первый снег под ногами прохожих растаял, но на газонах еще лежал. Пахло морозом. Хорошо!

— Слушай, пойдем пешком.

— Пойдем.

Выговорила наконец «пойдем», а не «пойдемте»! Хотя это еще, конечно, ничего не значит.

Мы шли, сталкивались плечами, иногда толпа нас разъединяла, тогда мы искали друг друга, протискивались между прохожими.

— Дай я тебя за руку возьму, а то все время расталкивают.

Я люблю ходить, по-детски держась за руки. Настроения и чувства передаются мгновенно из пальцев в пальцы — куда там чинному гулянию под руку!

Мы дошли до памятника «Стерегущему» и свернули в парк. Жанна осторожно ступила на незатоптанный снег, оставила четкий след.

— Знаешь, Синекдоха, у эскимосов есть обычай: в знак любви нужно протоптать снег до земли. Там снег толстый, знаешь как трудно! — Я люблю придумывать небылицы, причем сообщаю их всегда с самым серьезным видом.

— Значит, эскимосским донжуанам у нас раздолье, да?

— Точно. У нас надо бы наоборот: из снега домик построить. Бывает, за всю зиму не наберешь. — Я скатал снежок. Влажный снег легко лепился. — А еще у них такое колдовство: слепить снежок в форме сердца, подбросить и попасть стрелой. Действует, как у нас приворотное зелье.

Я подбросил снежок.

— Хорошо, что стрел нет.

— Что ж хорошего? Сейчас бы и приворожил.

Конечно, я шутил. Но мне приятно было шутить на эту тему, так что получалась не совсем и шутка. Я снова взял Жанну за руку. Несколько минут мы шли молча. Аллея повернула, и мы опять оказались на проспекте.

— Слушай, Синекдоха, а давай зайдем в спортивный магазин: может, там стрелы продаются!

Жанна вдруг резко выдернула руку, повернулась и пошла сутулясь, крупными мужскими шагами. Я с трудом догнал.

— Ты что, Синекдоха?

— Смеешься потому что. Все время смеешься. И Синекдохой зовешь.

— Ну что ты. Я не смеюсь. Я правда.

— Кто-нибудь на меня пальцем покажет, и ты вместе с ним посмеешься.

— За кого ты меня принимаешь, Синекдоха?

— Опять Синекдоха!

— Я же любя.

— Любя?

Она притихла и снова дала взять себя за руку. Потом вдруг вырвалась, шепнула «до завтра» и убежала так порывисто, как делают только в кино. Я видел, как она вскочила в уходящий трамвай.

Вечером я сидел один в своей комнате. Я представлял, как по ней ходит Жанна, смотрит мои книги, говорит:

— Фуфло!

Хочет сесть. Я ей говорю: «Осторожно, у этого стула ножка сломана».

— Веники это все.