— Теперь моя очередь болеть? — пытаюсь я шутить. Илья с улыбкой подхватывает мою шутку:
— Но не все же мне.
Я перестаю улыбаться и спрашиваю Пестова:
— Потери есть? Что с Борисом?
— Борис жив, он сейчас в реанимации, с ним Нора, воет от горя.
— Почему воет? — равнодушно спрашиваю я. Пестов пожимает плечами, но тут вмешивается Леночка:
— Да любит она его, любит! Когда увидела, что он лежит словно мертвый, так заорала, что чуть крыша дома не обрушилась!
— Поэтому мы теперь в другом доме? — интересуюсь я.
Все как-то дружно повернулись и тревожно посмотрели на меня. Илья присел рядом и взял за руку.
— Зря ты встала, тебе надо еще поспать!
Я поняла, что сказала что-то не то, но сдаваться мне не хочется, и я упорно продолжаю:
— А с остальными все в порядке?
Пестов смотрит куда-то в сторону и говорит глухо:
— Убиты двое охранников, один ранен, но не тяжело, и убит Сергей Львович.
— А как Наташа? — вскидываюсь я. Отвечает на мой вопрос почему-то Илья:
— Знаешь, как ни странно, неплохо, я думал, будет хуже. Она только не отходит от Нины Федоровны. Но завтра похороны, как она их перенесет, не знаю.
— Похороны? Так рано, почему не на третий день? — удивляюсь я.
— Ася! Но ты ведь спала целые сутки! — взволнованно объясняет мне Леночка.
— Значит, все было не сегодня ночью? Странно, я была уверена, что сегодня. Что-то я стала чересчур кисейной, то сознание ни с чего теряю, то сплю целые сутки.
— Почему ты думаешь, что ни с чего? Врач сказал, что ты вся в синяках, — неуклюже утешает меня Илья.
— Чепуха! Какие синяки? Я только щекой приложилась, а меня никто и пальцем не тронул.
Пестов вскинул брови и покрутил головой:
— Ну знаешь ли, не тронул! Да я сам видел, как тебя несколько раз ударили, в том числе и по голове. А ведь я не все видел.
— Ударили меня? Когда?
— А что ты помнишь? — спросил он меня с любопытством.
Я пожала плечами и пересказала всю сцену боя, потом подумала и прибавила:
— То, что время замедлилось, я могу понять, восприятие в этот момент у меня было такое. Но мне не понятно, каким образом я смогла подойти и ударить того типа вазой по голове, если он был гораздо выше меня ростом?
— Ты меня просто удивляешь, Ася! Подошла! Если бы подошла, он бы тебя сразу убил, ведь у него в руке был нож. Ты не подошла, а схватила вазу, прыгнула и уже в прыжке, сверху, огрела его. Никогда такого не видел! А удар был настолько сильным, что я думал, у него голова расколется. Но эта сволочь оказалась на редкость живучей. Как ты падала, я не видел, увидел, когда ты уже на полу была и второй тип бил тебя. Я тогда уже стул в руке держал, примеривался ударить, но все боялся по тебе попасть, но ты умница, как-то извернулась, откатилась, я и врезал ему.
— Странно, что я не все правильно помню, мне как-то по-другому тогда представлялось, наверно, я была в состоянии аффекта.
— Да уж! — буркнул Пестов.