О научно-фантастической литературе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К научно-фантастической литературе принято относиться пренебрежительно, в лучшем случае — снисходительно. Ученые отрицают за ней право на научную экстраполяцию. Техники, практики упрекают ее за оторванность от реальной жизни. Литераторы и писатели смотрят на научно-фантастическую литературу свысока, считая ее второстепенным, несолидным, несерьезным занятием. Одним словом, «специалисты» литературы, науки, техники, экономики считают ее «дилетантизмом». Однако, эта литература имеет наибольшее число читателей. И вследствие наплевательского отношения со стороны «специалистов» эта литература действительно нередко попадает в руки «дилетантов», неучей и халтурщиков, опошляется и извращается. Эти обстоятельства должны, наконец, обратить на себя внимание общественности, ибо распространение научно-фантастической литературы делает из нее огромный общественный фактор, роль и значение которого нельзя недооценивать. В самом деле, научно-фантастическая литература может играть колоссальную положительную роль. Она ценна не только как увлекательное чтение, захватывающее необъятными перспективами. Она ценна не только как богатейший источник бодрости и веры в будущее. Она крайне важна еще тем, что направляет мысли изобретателей, останавливает их внимание на неиспользованных данных науки, толкает ученого, инженера, рационализатора, рабочего в область вопросов, им, быть может, забытых и обойденных, научает смотреть на человека, на быт как на продукт экономики и техники. Она толкает к изобретательству, к усовершенствованию, к рационализации. Научная фантастика позволяет преподать науку в такой форме, что читатель сразу может увидеть целесообразность этих сведений, читатель ощущает тогда науку не как багаж знаний сомнительной практической ценности, а как мощное орудие, преобразующее мир. Научная фантастика вербует новых пионеров и энтузиастов науки и техники. И в этом ее колоссальная незабываемая заслуга. Мало того, правильно задуманная, научно рассчитанная, действительно научная фантастика — это не просто фантазия или сказка, это быль будущего.

И потому наилучшие научно-фантастические произведения являются предвидениями и рано или поздно осуществляются на деле.

Так, например, знаменитый «Наутилус» из «80 000 лье под водой» Жюля Верна превратился в грозное реальное орудие морской войны. Так, например, совсем недавно «алланит» из «Туннеля» Б. Келлермана перестал быть фантазией и превратился в знаменитую сталь «видно», заменяющую алмаз.

Можно было бы привести немало примеров осуществившихся научных фантазий.

Это значит, что научная фантастика требует от автора очень широкого образования, действительного знания науки и техники и экономики его эпохи. Таким высоко образованным романистом был Жюль Верн, родоначальник научной фантастики.

Однако, в настоящее время на Западе имеются полчища писателей, претендующих на звание «жюльвернов», ежедневно забрасывающих рынок печати бойкой массовой продукцией сомнительного качества. Причина этого лежит, с одной стороны, в том, что жажда наживы, движущая издательским делом в буржуазном обществе, естественно вызывает рост количества продукции за счет ее качества. С другой стороны, поскольку массовая печать в буржуазном обществе главным образом старается усыпить, убаюкать читателей, отвлечь умы от острых социальных проблем, научно-фантастическая литература выбором тематики, отвлеченностью фантазии приспосабливается для этой цели, превращается в отрицательный фактор прогресса. Вот почему во всех капиталистических странах пышным цветом расцвели бесчисленные пестрые и крикливые «magazines» (иллюстрированные журналы), наполненные фантазиями, по возможности ненужными, по возможности удаленными от здравого смысла и реальной действительности, но никогда не забывающими воспеть «великий творческий дух капитализма».

Ну, а у нас как обстоит дело с научной фантастикой? Ну, а в наших условиях, где нет конкуренции, где вопрос о наживе не представляет собой «движущего начала» издательств, где научная фантастика, казалось бы, должна явиться мощным орудием социальной пропаганды, орудием политехнизации, научного просвещения и т. д. и т. д., — что представляет собою научная фантастика? Создано ли у нас в этой области что-либо яркое, новое, живое?

Посмотрите столь бойко читаемые журналы «Мир приключений», или «Борьбу миров», или «Вокруг света», или «Всемирный следопыт».[2] И вы с изумлением увидите, что все эти журналы мало чем отличаются от своих праотцов, издававшихся в дореволюционной России, а в отношении научной фантастики эти журналы представляют собой сплошь либо перевод научно-фантастической макулатуры Запада, либо рабское ей подражание, да и то с худшими техническими средствами. Вы не найдете здесь ни одного научно-фантастического романа, где ставились бы актуальные проблемы планового народного хозяйства этой или будущих пятилеток, где делалась бы серьезная попытка какого-то синтетического предвидения в области техники и социалистической экономики. Ничего подобного. Например, западные читатели усиленно загоняются на Луну. В особенности в данный момент их отвлекают от жестокого кризиса на капиталистической земле рассказами и фильмами о полетах на Луну. И вот в наших журналах и, увы, даже в газетах бесчисленные рассказы, очерки, фантазии говорят в разных видах о поездке на Луну как о чем-то крайне важном и необходимом сегодня. А зачем, собственно говоря, нам нужна эта Луна, какая цель преследуется полетом на Луну? Цель — обычно довольно туманная и неясная. Я не намерен, конечно, настоящим кратким обзором претендовать на полную критику научно-фантастической литературы, хотя бы в нашем Союзе. Я хочу лишь на примере нескольких наиболее широко распространяемых у нас произведений показать, как искажается основная великая задача научно-фантастической литературы, даже у нас. Если я опустил некоторые немногие произведения, стоящие литературно высоко, то должен заметить, что с точки зрения научной и технической, увы, даже эти произведения достаточно неудовлетворительны и научно неграмотны. Поэтому мне казалось интересным взять такие примеры, где отрицательные стороны особенно ярко выступают, обнажая основные изъяны научно-фантастической литературы.

Тематика романов охватывает следующие вопросы. Романы «Эфир-Альфа» Байи, «Лунный перелет» Гайля, его же «Астрополис» заняты вопросом полета на Луну. Роман Зеликовича «Следующий мир» представляет собой описание идеального социального строя где-то на спутнике Юпитера, куда случайно попадает европеец с Земли. Роман Меррита «Живой металл» держится нашей грешной земли, но ставит «проблему» о возможности существования в одном из забытых уголков земного шара живых металлических организмов. Наконец, я рассмотрю книгу Любке «Человек и техника в 2000 году», претендующую на предвидение всей техники будущего.

Сюжеты трех первых «лунных» произведений различны. Роман «Эфир-Альфа» — это небольшая новелла о том, как американец Малькольм, изобретатель корабля «Эфир-Альфа», благодаря использованию внутриатомной энергии, летит на Луну с целью научного исследования, по пути он мимоходом женится на земной женщине, — как полагается, дочери миллионера. На Луне он сталкивается с враждебными жителями Луны, похищающими у него жену; посредством своих изобретений он побеждает селенитов и возвращается в полном здравии и благополучии с супругой на землю. Роман написан «высоким штилем», и поэтому, летя назад, «они ощущали на губах пьянящую сладость поцелуя Бесконечности».

Роман «Лунный перелет» Гайля отличается отсутствием любовных сцен. Его сюжет — описание экспедиции на Луну. Смелый германский изобретатель Гардт на деньги американских газетных магнатов строит аппарат, на котором совершает экспедицию на Луну. После ряда приключений он возвращается на землю. Роман Гайля представляет собой попытку увлекательным описанием путешествия добиться средств на осуществление аппарата, изобретенного реально существующим инженером Обертом, другом Гайля. Гайль хочет доказать осуществимость идей Гардта-Оберта и соблазняет американцев возможностью легкой наживы. «Немцы, — говорит он, — имеют идеи, а американцы на них наживаются». Издательство «Красная газета» сочло необходимым выпустить перевод книжки Гайля дешевым изданием «для народа». Издательство, по-видимому. было крайне тронуто социальными идеями Гардта.

Ну, как не издать дешевым изданием столь решительного рецепта против возникновения войны! Достаточно пополнить запасы энергии и, — как утверждает Гайль, — «на земле возродится изобилие благосостояния, и счастливый человеческий род будет жить свободным и единым». Таким образом, незачем тратить силы на революционную борьбу. Надо только немедленно, не дожидаясь ни минуты, убедить капиталистов жертвовать в пользу Оберта-Гардта. Такова социальная идея научно-фантастического романа, выпущенного в количестве 50 000 экземпляров.

Наконец, небольшой рассказ «Астрополис» того же Гайля в журнале «Вокруг света» представляет собой третье лунное произведение; в нем рассказывается о постройке промежуточной станции в мировом пространстве между Луной и Землей — дальнейший этап работы Оберта.

Попробуем разобраться в этих произведениях с точки зрения научно-технической. По словам издательств и редакторов, все эти произведения научно обоснованы и безупречны. Во всех предисловиях звучит знаменитое рекламное: «нигде кроме, покупайте только у нас». Так, роман «Эфир-Альфа», как об этом громко вещает журнал «Мир приключений», удостоен в Париже премии Жюля Верна в 1929 г. Мало того, жюри признало, что это произведение написано в духе Жюля Верна, что оно основано на удивительном грядущем, которое нам открывает наука. Автор, как замечает французское предисловие, впервые взял за отправную точку современные гипотезы об эфире, о распаде материи, о «пляске атомов». Если Гайль и не удостоился сравнения с Жюлем Верном, то зато он выдержал семь изданий в Германии и переведен на французский, голландский, датский, норвежский, финский и венгерский языки (замечательно, что именно американцы не наживаются на издании идей Гайля-Оберта), о чем повествует в предисловии к русскому изданию Я. Перельман. По его словам, роман Гайля технически реален. «Перед нами не утопия, не фантазия, а повесть о будущем, может быть, уже не столь далеком». В столь же отменных выражениях аттестуется рассказ того же автора «Астрополис». Таким образом все выбранные мною лунные произведения научно дипломированы и признаны авторитетами у нас и за границей.

Рассмотрим прежде всего, на чем летят на Луну Байи и Гайль, из чего сделаны их аппараты и чем приводятся они в движение. Выясним пригодность их и, говоря техническим термином, их патентоспособность.

Аппарат «Эфир-Альфа» черпает энергию из разложения атомов и изготовлен из эфира. Не того эфира, который нюхают эфироманы, а того знаменитого вещества «мировой эфир», который, по взглядам современной физики, вообще не существует, а по взглядам физики прошлого столетия, заполнял все пространство между атомами. Сделан аппарат из эфира для того, чтобы он мог легко проходить сквозь тела между его атомами, т. е. для того, чтобы аппарат мог двигаться без трения. «Чтобы прийти к этому результату, я должен был заставить эфир перейти из одного состояния в другое. Сделать его сначала жидким, потом твердым» — говорит герой романа. Заметим, однако, что если бы даже эфир существовал и если бы его удалось сделать твердым, то он немедленно потерял бы способность проходить сквозь тела. Следовательно, твердый эфир не обладает достоинствами эфира. «Прозрачное вещество моего аэроплана состоит из эфира, плотность которого больше плотности воды». Итак, этот потерявший способность проникновения в материю эфир имеет плотность больше единицы. Зачем же понадобился автору эфир? Мало разве у нас веществ с большей плотностью, чем вода (плотность воды равна единице)? «Много неудобств представляло то, что эфир в твердом виде прозрачен; я просто впустил в него фуксина, и этим объясняется его красный цвет». Странно: если, по мнению Байи, эфир проходит сквозь все тела, то и фуксин точно так же проходит сквозь эфир и не может его окрасить. Автор напрасно старается подкрасить свое желе в кондитерской. Если же автору удалось на самом деле его окрасить, то это значит, что эфир потерял свои полезные свойства и как материал негоден. Как же движется этот аэроплан? Оказывается, он будет «направляться могучими волнами из моей лаборатории». Дальше, однако, сказано: «без бомбардировки атомами мы бы упали». Что хочет этим сказать автор — понять трудно. Аэроплан бомбардируется струей атомов, которые его и удерживают от падения. Но ведь струя атомов — это ветер, просто-напросто ветер, несмотря на мудреные слова. Итак, гениальная мысль автора состоит в том, что из лаборатории дует искусственный ветер и удерживает аэроплан от падения. Но кроме того имеются какие-то волны, которые помогают аппарату лететь. Эти электромагнитные волны гонят эфирный аппарат к Луне. Байи получает энергию для полета на Луну из «диссоциации атомов». В восторге от этой идеи, он вычисляет, что «в одном грамме металла скрыта атомная энергия, равная 6 миллиардам лошадиных сил». Заметим, во-первых, что если это верно, то это относится не только к металлу, но и к любой материи, даже «самой не металлической». Во-вторых, заметим, что энергию в лошадиных силах мерить так же трудно, как и в литрах. В лошадиных силах измеряется не энергия, а мощность, т. е. расход энергии в секунду.

Теперь обратимся, однако, к сути вопроса об использовании внутриатомной энергии, поскольку этим источником энергии буквально бредят романисты. Физика учит, что все атомы состоят из положительного и отрицательного электричества (протонов и электронов). Всякий раз, когда материя переходит из неустойчивого состояния в устойчивое, или из менее устойчивого в более устойчивое, всякий раз при этом выделяется, получается энергия. Таким образом, только в процессе перехода из менее устойчивого в более устойчивое состояние атомы могут быть использованы как источник энергии. Поскольку протоны и электроны друг к другу притягиваются, диссоциация материи есть процесс, связанный с затратой энергии, и источником энергии служить не может. Наоборот, ассоциация, синтез атомов мог бы служить источником энергии.

Далее, если бы удалось сдавить, сжать атомы настолько, чтобы протоны и электроны слились в одно целое (это, вероятно, также невозможно), — вещество превратилось бы в свет, в лучистую энергию. Так, если бы удалось этим путем превратить в свет один грамм любой материи, мы получили бы от этого одного грамма 20 тысяч миллиардов калорий, что соответствует 30 миллионам тонн угля. Наоборот, если бы, например, удалось получить путем синтеза из простого атома водорода сложный атом гелия, то образование одного грамма гелия доставило бы нам колоссальное количество энергии (приблизительно 240 000 тонн угля), но до сих пор не видно опытных путей к разрешению этой задачи. Наоборот, если бы мы попытались диссоциировать, распылить какую-либо материю на протоны и электроны, нам пришлось бы затратить гигантское количество энергии.

Нередко люди, не знакомые с физикой, в своих надеждах на использование разрушения атомов опираются на радиоактивность. Радиоактивные атомы (радий, эманация; торий, уран и т. д.) неустойчиво и медленно распадаются, переходя в устойчивые. При этом переходе (радиоактивном распаде) на самом деле выделяется энергия. Использовать ее, однако, невозможно, во-первых, вследствие медлительности процесса и невозможности какими бы то ни было средствами изменить или ускорить ее, во-вторых, вследствие того, что вещества эти крайне редки. Иногда романисты ссылаются на опыты Резерфорда по искусственному разложению элементов как на метод возможности использования внутриатомной энергии. И это неверно. Резерфорд действительно искусственно разрушал устойчивые атомы с целью выяснения их строения посредством очень быстрых частиц, вылетающих из радиоактивных веществ. Иначе говоря, он затрачивал энергию распада атомов радиоактивных веществ на разрушение, диссоциацию обычно устойчивых атомов. И все.

Таким образом, можно заранее утверждать, что герой Байи будет затрачивать: энергию, а не приобретать ее.

В таком случае, спросит читатель, может ли он в самом деле методом новоявленного Жюля Верна улететь на Луну? Увы, ни в коем случае. Однако, независимо от этой печальной ошибки, у Байи имеется другая, которая продолжала бы существовать, даже если бы энергетический вопрос был разрешен правильно. Дело вот в чем. Эфир, из которого сделан аэроплан Малькольма, как мы говорили, проходит через любое тело насквозь, вроде как решето проходит сквозь воду, а это значит, что аэроплан не увлечет пассажиров, как это делает обычно не эфирный аэроплан. Наоборот, эфирный аэроплан (ежели он только обладает свойствами эфира, как утверждает автор) пройдет сквозь пассажиров, просочится сквозь мягкие кресла, предусмотрительно устроенные автором для своих героев, и достопочтенная парочка останется спокойно на земле со всем своим, с позволения сказать, не эфирным барахлом. А аппарат «Эфир-Альфа», невидимый и неосязаемый, умчится в заоблачные выси, пролетит сквозь луну и другие встречные небесные тела и никакой атомный ветер не повлияет на аппарат, ибо ветер проходит сквозь него, как сквозь пустоту. Эфир — это «ничего». Из ничего ничего и не вышло. Полный и безнадежный конфуз — «удивительное грядущее».

Но оставим неутомимого оптимиста Байи строить эфирные замки и обратимся к человеку дела Гайлю, немцу, «который имеет идею». Аппараты его героя Гардта существуют в двух видах. Первая модель — это ракета, начиненная спиртом, годная лишь для быстрых полетов на земле, вторая модель начинена жидким водородом и кислородом. В первом случае горящий спирт, во втором — горящий водород устремляются в узкие трубы из ракеты наружу. Этот стремительный вылет горящих газов наружу сообщает ракете поступательное движение. Ракета показывает, что применение спирта и водорода с кислородом принципиально возможно. Допустим. На самом деле это — крайне выгодное горючее. Но допустим, что автор прав. Значит, аппарат Гайля, если только он не взорвется (ибо гремучий газ, т. е. смесь водорода с кислородом — очень опасное взрывчатое вещество), полетит на Луну в самом деле. Аппарат Гардта сделан из сплава бериллия и алюминия. Приблизительно такой же аппарат у Гайля в рассказе «Астрополис». Итак, если попытка Байи безнадежна, то идея Гайля не абсурдна, по крайней мере.

Посмотрим теперь, как представляют себе авторы отдельные детали этой экспедиции. И Байи и Гайль заставляют героев вылезать из ракеты в пустое мировое пространство и гулять по безатмосферной Луне. Для этого авторы припасли для героев удобные для спорта и работы костюмы, внутри которых можно создать: 1) атмосферное давление, 2) приятную комнатную температуру, несмотря на царящий в пустоте холод и несмотря на палящие лучи солнца. Эта одежда напоминает особый водолазный костюм. Путешественники снабжены «тяжелыми металлическими шлемами» у Гайля и «алюминиевым шлемом» у Байи. Сам же костюм сделан из резины, или из прорезиненной кожи. Такой костюм в пустоте, конечно, раздуется словно пузырь и скорее всего лопнет, что приведет к гибели героя. Но допустим, что я пессимист, допустим, что костюм останется цел. В таком случае непонятно, как сможет герой передвигаться таком раздутом пузыре. В нем невозможно двинуть рукой или ногой. А Гайль заставляет своих героев работать и охотиться в таких нарядах. Но самое печальное, что такой костюм не может защитить героя от холода, царящего в пустоте. Байи далек от того, чтобы уделить этому вопросу хотя бы немного внимания, но это не опасно, поскольку его влюбленные на Луну не полетят. Но Гайль-Оберт готов, по словам предисловия, не сегодня-завтра в самом деле улететь на Луну, рискует погибнуть там от своей непредусмотрительности. Его герой говорит: «воздух в надутом водолазном костюме и зеркально гладкая внешняя оболочка защищают от потери тепла. Если бы наши костюмы долго сохраняли воздух, то не было бы никакой опасности замерзнуть». Сущность всякой «теплой» одежды состоит в том, чтобы не допускать ухода, потери тепла. Как бы гладка ни была поверхность кожи или резины, она не отразит полностью уходящего от человека лучистого тепла. Для этого потребовалась бы полированная металлическая поверхность. Резиновая одежда будет далее терять лучистое тепло в пустоту. Сначала промерзнет резиновая оболочка, затем к ней начнет примерзать воздух внутри костюма. От этого давление в костюме резко упадет, и человек, если он до того не замерз, теперь погибнет немедленно от отсутствия атмосферы. Он просто лопнет внутри замечательного костюма. Итак, я не рекомендую Оберту лететь на Луну в таком костюме, ежели ему жизнь дорога, а предприимчивые американцы могут на этом деле серьезно прогореть.

Еще меньшую предусмотрительность проявляет Гайль в рассказе «Астрополис». Здесь его герои строят вокзал-планету между Землей и Луной из легкого металла натрия. Обычно натрий мягок, но, по словам Гайля, при столь низкой температуре, какая царит в мировом пространстве, натрий прочен, как железо (позволим себе в этом усомниться). И вот герои строят вокзал из таких замерзших натриевых листов: «человек держит кончиками пальцев огромный лист натрия». Рекомендуем автору самому взять кончиками пальцев даже сквозь резину кусок металла при страшной температуре около -273°! «Не утопия, не фантазия, а повесть о будущем», по мнению Я. Перельмана. Вот уж действительно приятная перспектива. Кстати, для дыхания герои Гайля берут с собой баллоны с кислородом. Как известно, чистым кислородом дышать невозможно. Водолазам обычно приходится разбавлять кислород азотом или другим газом. Снабдив героев кислородом, Гайль снова чуть было не погубил их. И только исключительная живучесть бумажных героев спасла роман.

Итак, герои Байи и Гайля по пути должны были по крайней мере лопнуть и замерзнуть. Однако, благодаря оптимизму гениальных авторов они все же не только попадают на Луну, но и гуляют по ней. Правда, на Луне они подвергаются нападению. У Байи нападающими являются живые «радии» — селениты. Эти селениты имеют вид насквозь проэлектризованных звезд. Они бесчувственны, но мыслят и строят героям разные электрические пакости. Героев Байи спасает алюминиевый шлем, ибо он сделан «из изолирующего вещества». До сих пор алюминий был прекрасным проводником электричества, неужели в «удивительном грядущем» он станет изолятором?

Герой побеждает «радиев» посредством «пушки для бомбардировки электронов». Вот уж в самом деле из пушек по воробьям! Пушка эта производит «магнитное сотрясение», понятие неизвестное земной физике. Таким образом, едва не лопнувшая парочка возвращается на Землю. Так же после долгих и странных перипетий возвращаются и герои Гайля. Во всем этом мало научного смысла, и фантазия лунных романов довольно беспочвенна. Но во всем этом есть одна скрытая мысль, о которой еще следует сказать пару слов. Ведь все эти Оберты и Годдарды и другие готовят, в сущности говоря, не лунные звездопланы, а дальнобойные ракетные снаряды для будущей земной войны, а все эти романы Байи, Гайля и др. не только отвлекают читателя от печальной действительности, а главным образом служат дымовой завесой военщины. Курьезно, что в советском предисловии к роману Гайля говорится о самых разнообразных земных и космических применениях ракеты Оберта, исключая главное — военное. Потому-то так и наивны построения Байи и Гайля-Оберта, что авторы всерьез о Луне не думают. И только жаль, что они находят столь наивных издателей и редакторов.

Такова «лунная» научная фантастика. Обратимся теперь к роману Зеликовича «Следующий мир». Как я уже говорил, это — прежде всего социальная фантазия. Автор заставляет не верующего в социализм англичанина убедиться воочию в правильности установки коммунистов. Вернувшись из заоблачных краев на Землю, убежденный фактами англичанин решает помочь СССР строить социализм на Земле. Отнюдь не плохая затея показать коммунизм не в период становления, а в качестве совершившегося факта. К сожалению, однако, у автора оказывается крайне странное представление о коммунизме. Его жители коммунистической страны «живут действительно не для того, чтобы работать, — вот одна из замечательных особенностей коммунистического общества». Я полагаю, что читатель также изумится этому замечательному представлению автора. По мнению Зеликовича, коммунистический строй — это строй абсолютного безделья, праздного разгуливанья, без обязанностей. Жители счастливой страны предаются от безделья иногда науке и искусству. В этой стране «решающим моментом в экономии работы оказалась проблема энергии». Таким образом, роман Зеликовича, с одной стороны, претендует на социальную фантазий с другой, он пытается подвести ее материальную базу: приобретение новых источников энергии. О социальных прогнозах Зеликовича я уже говорил. Теперь речь идет о технических.

— Чем же знаменуется у вас современная эпоха? — спросил земной житель туземца страны Айо.

— Вы уже знаете — лучами, которые получаем в десятках видов путем разложения атомов.

Итак, жители Айо, по мнению Зеликовича, разложили атомы и приобрели лучи, которые затем пустили в работу. С открытием, таким образом, способа утилизации внутриатомной энергии, по мнению автора, отпала необходимость в электростанциях, добыче угля, использовании ветра, воды и солнечного тепла. «А отсюда выводы: полное упразднение морских судов, электрических и паровых подземных и надземных железных дорог и соответствующих служб, а также тяжелой индустрии». Прочитав эти ужасные строки, я подумал сначала, что автор изображает какое-то гигантское вредительство в Айо. Но нет, автор говорит всерьез, с упоением, с восторгом, ему снится страна, которую «очистили от всего этого хлама». Жаль, что, упраздняя всю современную технику, автор не познакомился с ее основами, — тогда бы он понял, какой вред он причиняет людям.

[2] Журналы «Мир приключений» и «Всемирный следопыт» — теперь закрыты.