Секретное оружие Гитлера. 1933-1945: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К счастью для союзников, к тому времени, когда эти новые виды вооружения были готовы к серийному выпуску в 1918 году, Германия уже не располагала ресурсами, необходимыми для их производства в достаточных количествах. Однако эти изобретения во многом определили направление развития военно-инженерной мысли во Второй мировой войне.

Воздушный флот в Первую мировую войну был представлен преимущественно легкими и хрупкими бипланами и трипланами, тогда как Юнкере J.I, впервые поднявшийся в воздух в 1917 году, стал первым полностью металлическим военным самолетом, поступившим в серийное производство. Еще более примечательным является тот факт, что вся передняя часть его фюзеляжа, от носа и почти до хвостового отдела, где размещалось место пулеметчика, представляла собой единый блок, заключенный в 5-миллиметровый слой брони. Медленные и неуклюжие (за что экипажи называли их «мебельными фургонами» или «жестяными ослами»), эти самолеты, тем не менее, заслужили уважение своей способностью выдерживать продолжительные атаки. Всего 227 таких машин было выпущено и успело принять участие в военных действиях в течение 1918 года.

В 1914 году пионер самолетостроения граф фон Цеппелин приступил к разработке гигантских самолетов или самолетов класса R. Многочисленные проекты в итоге воплотились в модель «цеппелин-штаакен R. VI», 18 экземпляров которой было выпущено до окончания войны. Эти воздушные гиганты в 1917-1918 годах осуществляли ночные рейды над Британией и Францией, причем каждый из них нес бомбовый груз общим весов 1000 кг. Четыре машины были сбиты союзниками, а еще шесть были потеряны в результате аварий (преимущественно при посадке).

В октябре 1914 года д-р Вильгельм фон Сименс начал работы по проектированию запускаемых с воздуха управляемых торпед дальнего действия, которыми предполагалось оснастить «цеппелины». Направляющие сигналы передавались по тонкому медному проводу, раскручивавшемуся с расположенной над фюзеляжем 4-километровой катушки, а корпуса торпед были оборудованы сигнальными патронами, помогавшими сориентировать их по вектору движения цели перед тем, как будет передан сигнал о запуске торпеды.

Многочисленные учебные запуски таких воздушных торпед осуществлялись с «цеппеллинов» с января 1915 года по август 1918 года с использованием разнообразных конструкций бипланов и монопланов. В конечном итоге был сделан выбор в пользу биплана благодаря его более высокой грузоподъемности. Предполагалось оснастить ими новый бомбардировщик R. VIII, однако до окончания войны ни один такой самолет с новыми планирующими торпедами так и не поднялся в воздух.

Одним из наименее известных, но чрезвычайно интересных изобретений имперского германского военно-морского флота стал телеуправляемый взрывающийся катер или, короче, катер FL. Он представлял собой управляемую по проводному каналу связи 17-метровую моторную лодку, способную развивать скорость в 56 км/час (30 узлов), с 700-килограмовым зарядом взрывчатого вещества, взрывавшегося при контакте с целью. Такие катера были разработаны для использования, в первую очередь, против судов британского военно-морского флота, обстреливавших германские позиции вдоль бельгийского побережья. 28 октября 1917 года британский монитор «Эребус» во время артобстрела Зеебругге был поражен одним из катеров FL. Противоторпедная защита монитора не позволила германскому катеру нанести критический урон, однако «Эребус» был выведен из строя на две недели.

Воспоминания непосредственного свидетеля боевого применения катеров FL и в частности атаки одним из них «Эребуса» (по ошибке названного «Террором», который являлся кораблем того же класса) приводит офицер резерва военно-морских сил Великобритании Чарльз Лайтоллер в своей книге «Титаник и другие корабли»:

«Они модифицировали то, что мы называем электрической моторной лодкой или, сокращенно, ЭМЛ. Эти катера работали на двигателях внутреннего сгорания и управлялись с берега по электрическому проводу присоединенному к лодке. На их корме была установлена катушка с проводом в мили длиной, по которому корректировалось направление движения катера. Аэроплан с воздуха выискивал цель и по радиосвязи сообщал на береговую управляющую станцию координаты корабля и направление, в котором должен двигаться катер. В носовой части катера, развивавшего скорость почти в 30 узлов (56 км/час), размещался заряд взрывчатого вещества. Из-за такой высокой скорости его почти невозможно было подбить. Мы на наших эсминцах всегда могли уклониться от него, уйдя с траектории, если позволяло время, или вытравив якорные цепи, если его не было. Однако с неповоротливыми мониторами была совсем другая история, так как они не могли ни быстро вытравить цепь, ни увернуться в сторону. В результате, они просто видели перед собой пенную дорожку (а это было все, что можно было увидеть) и начинали палить из всех орудий, что у них были, в слабой и почти тщетной надежде поразить мчащийся к ним снаряд. Конечно, мониторы были оборудованы противоторпедной защитой, так называемыми блистерами, по ватерлинии, так что реальной опасности затонуть на самом деле не было. Но в одном случае германская ЭМЛ заставила команду монитора больше поволноваться за свои жизни, чем за судьбу корабля, когда катер ударил в блистер «Террора» по касательной и, выпрыгнув по инерции из воды, взорвался прямо на его палубе. Ущерб был немаленький… Эти катера… они мчались по воде под углом почти в 30 градусов, задрав нос и опустив хвост. Именно по этой причине тот катер и смог запрыгнуть на блистер «Террора», чтобы потом взорваться на его палубе».

Переоснащение арсенала, 1919-1939 годы

Запрет на производство таких ключевых видов вооружения, как танки, самолеты и подводные лодки, был частично преодолен после учреждения в Швеции и Нидерландах подставных компаний, продолжавших разрабатывать эти виды вооружения для иностранных заказчиков. Кроме того, Германия обратилась за помощью к России, еще одному европейскому изгою. В секретном дополнении к договору Рапалло, подписанному в 1922 году, советское правительство санкционировало создание германских военных и авиационных баз на территории России.

Эти базы главным образом использовались для исследований и разработок вооружения, запрещенного по условиям Версальского договора, равно как и для тактических учений с применением этого оружия. Со своей стороны, Германия разрешила Красной Армии проводить военные учения вместе с силами Рейхсвера и обязалась делиться своими промышленными и военными технологиями.

В 1925-1926 годах компании «Райнметалл-Борциг», MAN, «Крупп» и «Даймлер-Бенц» получили заказы от Рейхсвера на создание прототипов легких танков весом от 10,2 до 12,2 тонн и средних танков весом до 23,4 тонн, которые в документах завуалировано именовались «тракторами». Эти машины проходили секретные испытания в России, в Камском танковом училище под Казанью, между 1930 и 1933 годами. Легкие танки VK 31, выпускавшиеся под названием «ляйхте трактор (легкий трактор)», были оснащены установленной на башне 37-миллиметровой пушкой KwK L/45 и спаренным пулеметом. Средние танки, сначала названные «армееваген 20», а позже переименованные в «гросстрактор» (большой трактор), были вооружены 75-миллиметровой башенной пушкой и тремя или четырьмя пулеметами, установленными в двух малых башнях. И хотя обе эти машины нельзя было назвать полностью удачными, они предоставили германским военным конструкторам бесценную информацию, которую тем предстояло использовать уже в недалеком будущем.

Разработка «нойбауфарцойг» (подвижного состава нового выпуска) началась в 1933 году, когда Рейхсвер заключил контракты на создание «гросстрактора» одновременно с «Райнметаллом» и «Круппом». Выпущенные обеими компаниями прототипы очень походили один на другой, и практически единственное различие между ними заключалось в расположении вооружения. Каждая машина имела главную башню с 75-миллиметровой основной пушкой KwK L/24 и спаренной 37-миллиметровой пушкой KwK L/45. У «Райнметалла» дополнительное орудие размещалось над 75-миллиметровой пушкой KwK L/24, тогда как в танке «Круппа» оно было установлено рядом с 75-миллиметровой основной пушкой KwK L/24. Обе модели располагали маленькими пулеметными башенками, позаимствованными у танка «Панцер I», находившимися спереди и сзади от главной башни.

Модель «Райнметалла» была названа «PzKpfw NbFz V», что означало «Панцер-Кампфваген Нойбау-Фарцойг V», а разработка «Круппа» получила наименование «PzKpfw NbFz VI». Предполагалось, что эти две машины станут тяжелыми «флагманскими» танками новых «панцерваффе» (бронетанковых войск), однако на деле они оказались очень сложными и ненадежными. Впрочем, исследовательские работы по их усовершенствованию продолжались с целью накопления необходимого опыта в создании многобашенных танков.

В 1934 году «Райнметалл» построил два прототипа с башнями собственной разработки, а в 1935-1936 годах там же были изготовлены еще три прототипа с полным комплектом вооружения, но с башней «Круппа». Три такие машины приняли участие во вторжении в Норвегию в 1940 году, но при этом главной их задачей было ввести в заблуждение разведку союзников.

В ответ на требования «дурхбрухваген» (принципиально новое транспортное средство) в январе 1937 года Геншель приступил к разработке более мощного современного тяжелого танка. Его исследования привели к появлению двух последних довоенных моделей: среднего танка VK3001 (Н) и тяжелого танка VK3601 (Н). Обе они представляли собой вполне добротные боевые машины, которые могли быть вооружены скорострельными 75-миллиметровыми пушками или 105-миллиметровыми (VK3001 (Н)) и 128-миллиметровыми (VK3601 (Н)) гаубицами ближнего боя.

Однако германские победы 1939-1940 годов стали причиной излишней самоуверенности командования в своих силах, и новые модели танков так и не были приняты на вооружение. Лишь столкновения с танками Т-34 и КВ-1 в ходе осуществления операции «Барбаросса» заставили Германию усомниться в несокрушимости ее танковых войск и положили конец бездеятельности.

Новый военно-морской флот: карманные линкоры и План «Z»

Тем не менее, это судно являло собой выдающееся технологическое достижение благодаря полностью сваренному (а не клепанному, что в те времена было общепринятыми стандартами) корпусу и установленным на нем дизельным двигателям. Его 28-сантиметровые главные орудия были сосредоточены на двух встроенных башнях, что стало дальнейшим развитием новаторской идеи по снижению веса, впервые опробованной на австро-венгерском линкоре «Тегеттхоф» перед самым началом Первой мировой войны. «Дойчланд» и последовавшие за ним суда того же класса произвели настоящий фурор в мировом кораблестроении, так как теоретически они способны были потопить любой крейсер, а в скорости превосходили любой линкор. Лишь нескольким британским линейным крейсерам, таким как «Худ», «Ринаун» и «Ри-палс», по силам было догнать их, и угроза, которую представляли собой эти новые корабли, заставила французские военно-морские силы спешно построить два новых быстрых линкора класса «Дюнкерк».

Признанная мировым флотом высокая репутация «карманных линкоров» привела к появлению еще двух модифицированных судов, «Панцершифф Д» и «Панцершифф Е». Названные «Шарнхорст» и «Гнайзенау» соответственно, они были вооружены уже девятью, а не шестью, 28-сантиметровыми орудиями. Англо-германское военно-морское соглашение, подписанное 18 июня 1935 года, в соответствии с которым Германии разрешалось строить боевые надводные корабли тоннажем, не превышающим 35% тоннажа британских военных судов, и подводные лодки тоннажем не более 45% тоннажа британских субмарин, помогло Германии лишний раз поверить в собственные силы, вследствие чего Гитлер переименовал «рейхсмарине» (имперский флот) в «кригсмарине» (военно-морской флот).

К 1938 году в недрах «кригсмарине» был разработан План «Z», ставший результатом ожесточенных дискуссий между «консерваторами», ратовавшими за традиционный боевой флот, способный по всем параметрам превзойти самые мощные военно-морские силы мира, и «новаторами», отдававшими предпочтение крупному подводному флоту, с помощью которого предполагалось уничтожать торговые суда противника.

В конечном итоге верх взяла точка зрения традиционалистов, в результате чего возник соответствующий план проектирования и строительства двух линкоров («Бисмарк» и «Тирпиц»), а также трех тяжелых крейсеров («Адмирал Гиппер», «Блюхер» и «Принц Ойген»). Затем предполагалось построить (и к 1945 году большая часть этих планов была выполнена) следующие виды судов:

• четыре авианосца;

• шесть линкоров класса Н;

• три линейных крейсера класса О;

• двенадцать бронированных крейсеров класса Р;