Надев затемненные очки и перекинув через плечо брезентовую сумку, Джеффри еще раз окинул комнату беглым взглядом, проверяя, не забыл ли он что-нибудь, но если честно говорить, то просто оттягивал время ухода. Потому что знал: за порогом комнаты он вновь окажется во власти страха перед возможной встречей с кем-нибудь из знакомых. Но ему надо обязательно попасть в Мемориальную больницу, и существовал только один способ сделать это — пойти туда и устроиться на работу уборщиком.
Дэвлин вышел из лифта и решительно направился в офис Москони, не обращая внимания на людей, встречавшихся на его пути. Он испытывал особое удовольствие, шокируя этих пижонов в их роскошных деловых костюмах, и втайне надеялся, что хоть один из них захочет оказаться героем и остановить его.
Настроение у Дэвлина было препаршивейшее. Почти всю ночь провел он, скорчившись на переднем сиденье своей машины и наблюдая за домом Роудсов, будучи уверен, что Джеффри заявится домой после полуночи и постарается проскользнуть под покровом темноты. Или, по крайней мере, Кэрол должна спешно покинуть дом. Но ничего так и не произошло. В восемь утра Кэрол вылетела на своей «Мазде RX7» из гаража и, оставив на дороге длинный след от протекторов, скрылась за поворотом.
Уже ни на что не надеясь, Дэвлин завел мотор и поехал за ней. Она мчалась, постоянно выезжая на встречную полосу и обгоняя автомобили как ей хочется. Он следовал за ней до самого центра, но она приехала прямо к офису и поднялась к себе, на двадцать седьмой этаж одного из новейших офисных зданий. Дэвлин решил пока не тратить на нее время и прекратил наблюдение. Он хотел кое-что узнать о Джеффри, чтобы определить, как действовать дальше.
— Ну? — вопросительно бросил Майкл, когда Дэвлин появился в дверях.
Дэвлин ничего не ответил, прекрасно зная, что приводит этим Майкла в бешенство — тот всегда был взвинчен и заводился с пол-оборота. Он молча рухнул на диван, положил ноги на маленький кофейный столик и только тогда открыл рот.
— Что «ну»? — раздраженно спросил он.
— Где доктор? — Москони явно рассчитывал услышать от Дэвлина, что доктор Роудс давным-давно сидит в тюрьме.
— Водит меня за нос, — коротко пояснил Дэвлин.
— Что это значит? — Москони все еще надеялся, что Дэвлин просто решил его разыграть.
— По-моему, все предельно ясно.
— Для тебя, может быть, и ясно, а для меня — нет!
— Я не знаю, где сейчас этот ублюдок, — наконец признался Дэвлин.
— Черт побери! — заорал Москони. — Ты же наобещал, что найдешь его без всяких проблем! Ты должен его найти! Теперь уже не до шуток!
— Дома он так и не появился, — сказал Дэвлин.
— Черт! Черт! Черт! — в голосе Майкла нарастали панические нотки. Он резко оттолкнул кресло и встал: — Я выхожу из игры!
Дэвлин нахмурился: Майкл всерьез разошелся. Этот неизвестно где затерявшийся доктор действительно причинил ему немало неприятностей.
— Не волнуйся! — попытался он успокоить Москони. — Я его найду. Скажи, что еще ты о нем знаешь?
— Ничего! — выкрикнул Майкл. — Я рассказал тебе все, что знал!
— Ни черта ты мне не рассказал! Как насчет какой-нибудь другой семьи, где он мог укрыться, или что-нибудь в этом роде? Что ты знаешь о его друзьях?
— Я еще раз тебе повторяю: ничего не знаю об этом человеке! — выкрикнул Майкл. — Единственное, что мне известно — у него все в порядке с домом, на его частное владение есть закладная. А ты знаешь что-нибудь еще? Эта сволочь надула и меня. Сегодня утром мне позвонил Оуэн Шаттерли из банка и сказал, что Джеффри Роудс увеличил срок выплаты своей ипотеки до того, как были заполнены мои документы на долговое удержание дома. Теперь даже ссуда под залог не покроет внесенной суммы.
Дэвлин рассмеялся.
— Что тут смешного? — рявкнул Майкл.
Дэвлин покачал головой.
— Смешно то, что маленький паршивенький докторишка причиняет нам столько хлопот.
— А вот мне кажется, здесь нет ничего смешного! Оуэн также сказал, что Роудс взял наличными эти сорок пять тысяч долларов, на которые он увеличил ипотеку.
— Хм! Теперь понятно, почему дипломат был такой тяжелый! — усмехнулся Дэвлин. — Меня еще никогда не прикладывали по башке такой кучей бабок.
— Смейся, смейся, — со злостью процедил Майкл. — Ситуация превращается из просто плохой в ужасно дерьмовую. Слава Богу, у меня есть в полиции свой человек, Альберт Норстадт. Полиция ничего не станет делать, пока он не вмешается.
— Они думают, что доктор еще в городе? — спросил Дэвлин.
— Насколько я знаю, они почти ничего не делали, проверили только аэропорт, автостанцию и железнодорожный вокзал, да еще агентства по аренде автомобилей и таксопарк.