Злой умысел: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот, посмотри сюда! — пробормотал бродяга. — Что я говорил!

Джеффри протянул ему бумажник и раскрыл права. Номера он разглядеть не мог, но это было и не важно.

— Черт, кажется, вы были правы. — Он притворился, будто читает что-то в правах, и дал мужчине пять долларов. Тот с жадностью схватил их и зажал в кулаке. Но тут из-за спины у него появился другой бродяга, схватил его за руку и вырвал деньги.

— Отдай! — заорал человек в рваном пиджаке.

Другие бродяги возникли за спиной у Джеффри.

Тогда он достал из кармана еще горсть мелочи и со словами «Вот вам еще» бросил монеты на землю. Мелочь зазвенела о битый кирпич. Все ринулись в темноту и стали на коленях собирать жалкие центы. Он же решил воспользоваться ситуацией и с максимальной скоростью преодолел пустырь в направлении улицы.

Только оказавшись в своей комнате в отеле и захлопнув за собой дверь, Джеффри раскрыл права, положил их на край раковины в ванной и принялся сравнивать свое лицо с приклеенной фотографией. Нос был явно другой, и с этим уже ничего не поделаешь. Но если покрасить волосы и зачесать их назад при помощи геля или чего-нибудь еще, надеть темные очки, то все должно получиться, и неплохо. Но самое главное — у него наконец-то был личный номер, закрепленный за вполне конкретным именем и адресом: Франк Амендола, 1617 Спэроу Лэйн, Фрэмингам, Массачусетс.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Среда

17 мая 1989 года

6.15

Трент Хардинг обязан был прийти на работу к семи, однако уже в шесть пятнадцать он переодевался в раздевалке хирургического отделения больницы Святого Жозефа. С того места, где он стоял, ему были хорошо видны раковины и зеркала над ними, в которых отражался он сам. Трент напружинил мышцы шеи и рук, чтобы они вздулись буграми, потом выгнул спину и расправил трапециевидные мышцы, чтобы посмотреть на контур тела. То, что он увидел в зеркалах, ему очень понравилось.

Не меньше четырех раз в неделю Трент ходил в спортзал, где на комплексе «Наутилус» доводил себя до полного изнеможения. Его тело напоминало скульптуры античных атлетов. Люди неизменно замечали это и выражали свое восхищение. Однако сам Трент не успокаивался. Ему казалось, что он мог бы еще поднакачать бицепсы. Да и ножные трицепсы явно нуждались в тренировке. Он собирался заняться ими вплотную на следующей неделе.

У Трента вошло в привычку приходить рано, но сегодняшнее утро было особенное, и он явился не просто рано, а намного раньше обычного. Он уже проснулся взволнованным, не захотел залеживаться и решил отправиться на работу, предпочитая сделать все не торопясь. Что-то необыкновенно волнующее и таинственно возбуждающее было в процессе замены ампулы маркаина в коробке, предназначенной для анестезии в этот день. От волнения у него по телу пробегала приятная дрожь. Эта ампула — словно бомба замедленного действия. И он единственный человек, который знает об этой неминуемой опасности. И единственный, кто ее контролирует.

Облачившись в повседневную униформу медперсонала, Трент еще раз огляделся. В раздевалке кроме него находились еще трое. Они отработали ночную смену и собирались уходить домой. Один плескался под душем, напевая какую-то мелодию Стива Уандера. Другой стоял в туалете напротив унитаза. Третий возился у своего шкафчика, практически скрытый его дверцей.

Трент опустил руку в карман белого халата и достал оттуда ампулу маркаина. Зажав ее в ладони так, чтобы ни один человек в раздевалке ничего не увидел, он переложил ампулу в карман штанов. Ампула была холодной и какой-то неудобной. Трент, недовольно скривившись, поправил ее еще раз. Потом он закрыл свой шкафчик и вышел в вестибюль.

В комнате отдыха персонала хирургического отделения приятно пахло свежезаваренным кофе. Здесь собрались сестры-хозяйки, анестезистки и несколько врачей. Скоро их смена закончится, они пойдут домой. Никаких срочных операций не предвиделось; все необходимое для работы дневной смены уже приготовлено. В комнате царила веселая атмосфера.

Трента никто здесь не знал, поэтому сказать ему «привет» было некому. Через комнату отдыха Трент прошел в хирургическое отделение. У расписания никого не было, огромную черную доску уже расписали для дневной смены. Трент остановился и окинул взглядом две графы: в какой операционной сегодня должны проводиться операции и где потребуется эпидуральная или спинномозговая анестезия. К огромной его радости, их было несколько. Трент почувствовал, как по спине снова пробежал легкий холодок удовольствия. Значит, вполне возможно, что его марками будет использован уже сегодня.

Он прошел дальше по коридору, свернул к центральному холлу, который располагался как раз в центре операционного блока. В больнице Святого Жозефа он имел форму буквы U, где все операционные находились на внешней ее стороне, а центральный холл — внутри.

Трент шел уверенной и спокойной походкой человека, который знает, куда и зачем идет. Со стороны можно было подумать, что его цель — оперблок, где он должен взять какой-нибудь набор инструментов. Трент обошел все отделение, сейчас пустое. Между шестью пятнадцатью и шестью сорока пятью утра у персонала блока не было никаких дел. Удовлетворенный осмотром, Трент прямиком направился в ту секцию, где хранились растворы, ненаркотические и не подлежащие строгому контролю препараты. Ему не надо было искать, где находятся местные анестетики. Он узнал это давным-давно.

Окинув помещение быстрым взглядом, Трент открыл коробку с пятипроцентным маркаином. В каждой ампуле было по тридцать миллилитров раствора. Он ловко наклонил коробку и приподнял крышку. Там оставалось только три ампулы — из пяти. Трент быстро заменил одну на свою, а ту засунул в карман штанов и зажмурился. Ампула показалась ему очень холодной. Трент закрыл крышку и положил коробку на место.

Он снова обвел оперблок внимательным взглядом. Пусто. Взглянул на коробку с маркаином, и внутри у него что-то сладко защемило. Ему опять это удалось! И ведь никто не подозревает! Всегда все происходит так легко, и теперь зависит только от расписания операций и удачи. Возможно, его ампулу используют даже сегодня утром!

В какое-то мгновение ему захотелось вынуть из коробки остальные две ампулы, чтобы ускорить события… Теперь, когда его ампула уже была в коробке, он сгорал от нетерпения увидеть, какую панику она вызовет в больнице. Но, подумав, решил оставить все как есть. До сих пор он никогда не рисковал, зачем же нарушать правило? Вдруг кто-то считает, сколько ампул использовано и сколько осталось?

Трент вышел из центрального холла — теперь можно выпить кофе и расслабиться. Если ничего не случится, Где-то во второй половине дня он снова вернется, чтобы проверить, взяли его ампулу или нет. Если только ее возьмут, он очень скоро об этом узнает. Слухи о таких происшествиях, как смерть пациента, распространялись со скоростью звука.

Пока же он мысленно представил, как его ампула невинно лежит в коробке вместе с двумя другими в ожидании своей очереди. Что-то типа русской рулетки. Трент почувствовал сексуальное возбуждение и поспешил в раздевалку, чтобы успокоиться. Если бы это был Дохерти! Если бы именно он взял ампулу! Об этом можно только мечтать.

Подумав о Дохерти, Трент даже сжал зубы. Имя этого анестезиолога снова привело его в ярость. Он вспомнил, как днем раньше тот жестоко его унизил. Подойдя к своему шкафчику, Трент размахнулся и ударил по нему ладонью. Все, как по команде, посмотрели в его сторону, но он этого не увидел. Проблема заключалась в том, что прежде Дохерти ему нравился. Он даже был вежлив с этой тварью.

Трент со злостью крутанул цифровой замок и открыл дверцу шкафчика. Придвинувшись, он достал из кармана ампулу и переложил ее в карман своего белого пиджака. Может быть, для Дохерти следовало бы придумать что-нибудь особенное.

Джеффри запер дверь и с облегчением вздохнул. Уже начало двенадцатого. Он на ногах с половины десятого и ни разу не присел — были срочные покупки. Мотаясь по городу, он подвергал себя реальной опасности встретить кого-нибудь из знакомых, попасть на глаза Дэвлину. Видя полицейских, он их обходил, предпочитая не сталкиваться с ними даже взглядом. Но и при таких мерах предосторожности поход по магазинам заставил его понервничать.

Разложив покупки на кровати, Джеффри открыл самую маленькую коробочку. Там, в числе разных предметов, была бутылочка с красящим шампунем для волос под названием «Черная полночь». Джеффри не стал медлить. Раздевшись, он сразу же направился в ванную и проделал все, что было написано в инструкции. Зачесав волосы назад, он посмотрел в зеркало: перед ним стоял совсем другой человек. Джеффри сказал бы, что теперь он выглядит, как продавец подержанных автомобилей или как персонаж фильмов об Америке тридцатых годов. Сравнив свое отражение в зеркале с фотографией Франка Амендолы, он решил, что вполне сойдет за него, если никто не станет присматриваться. Начало переменам было положено.

Вернувшись в комнату, Джеффри открыл большую коробку и достал оттуда новый темно-голубой полистироловый костюм, который он купил в подвальчике «У Файлина» и затем перешил в ателье «Пасифици» в Бостоне. Майк, главный портной, с готовностью взялся ему помочь и, пока Джеффри ждал, менял все, что тот попросил. Джеффри не стал подгонять костюм к своей фигуре, он хотел, чтобы костюм сидел на нем немного мешковато. Поэтому от некоторых предложений Майка ему пришлось отказаться.

Из следующей коробки он извлек несколько белых рубашек и пару неприметных галстуков. Надев рубашку и повязав галстук, он облачился в новый костюм. Порывшись в куче бумаг и коробок, нашел солнцезащитные очки с затемненными стеклами и снова вернулся в ванную. Еще раз сравнив свое отражение в зеркале с фотографией на правах, он невольно улыбнулся. В целом он выглядел, конечно, ужасно. Но в отношении сходства с Франком Амендолой все было довольно-таки хорошо. Его поразило, какую незначительную роль играют черты лица в том впечатлении, которое производит человек на окружающих. Оказывается, главное здесь — общий внешний вид, одежда.

Купил Джеффри и новую брезентовую сумку с ремнем через плечо. В ней было около шести различных карманов и отделений. Он быстро рассовал по ним пачки с деньгами. В такой одежде и с дипломатом в руке он бы выглядел смехотворно. К тому же полиция может опознать его по дипломату — определенно он упомянут при описании его внешнего вида.

Оставалась еще одна процедура. Джеффри достал из дипломата шприц и ампулу сукцинилхолина. Опасаясь все утро возможной встречи с Дэвлином, как это уже было в аэропорту, он наконец придумал одну вещь. Осторожно набрал в шприц сорок миллиграмм сукцинилхолина, закрыл иглу колпачком и положил шприц в боковой карман пиджака. Он еще точно не знал, как использует сукцинилхолин в случае опасности, но пусть лучше он будет у него под рукой. В данной ситуации шприц скорее предназначался для самоуспокоения, а не для защиты.