Таким образом, он начал с цветочного магазина, куда из холла вела выгнутая дверь голубого стекла. Он вошел и спросил:
— Не могли бы вы рассказать, какие цветы предпочитает мисс Мендоса? Как я понимаю, вы часто доставляете ей букеты.
— Ничем не могу вам помочь, — возразил продавец.
Вытащив из кармана банкнот, Ломбард повторил свой вопрос, как будто в первый раз он говорил недостаточно громко.
Видимо, так оно и было.
— Посетители всегда посылают ей привычные цветы вроде орхидей, гардений. Но я–то случайно узнал, что в Южной Америке, откуда она приехала, эти цветы ценятся не слишком высоко, они там растут где попало. Если вы действительно хотите ей угодить, — продавец понизил голос, словно сообщая бесценные сведения, — то я вам скажу: когда она несколько раз заказывала цветы сама, чтобы украсить номер, всякий раз это был розовый душистый горошек.
— Я беру все, что у вас есть, — немедленно отозвался Ломбард. — Чтобы не осталось ни единого цветка. И дайте мне две карточки.
На одной карточке он нацарапал коротенькое послание по–английски. Достав карманный словарик, он перевел каждое слово на испанский язык и надписал вторую карточку. Затем выбросил первую.
— Отправьте это мисс Мендосе вместе с цветами и позаботьтесь, чтобы все было сделано сейчас же. Сколько времени вам понадобится?
— Цветы будут у нее через пять минут. Она у себя, а посыльный воспользуется скоростным лифтом.
Ломбард вернулся в холл и стал нетерпеливо прохаживаться около стойки регистратора; глаза его неотрывно следили за стрелкой часов, словно он считал чей–то пульс.
— Да, сэр? — осведомился служащий.
— Еще нет, — ответил Ломбард.
Он хотел точно рассчитать, когда она получит цветы.
— Пора! — сказал он через минуту так неожиданно, что служащий отскочил. — Позвоните в номер мисс Мендосы и спросите, может ли она на минуту принять джентльмена, пославшего ей цветы. По фамилии Ломбард, но не забудьте упомянуть цветы.
Служащий вернулся с совершенно ошеломленным видом.
— Она сказала «да», — пробормотал он изумленно. Только что на его глазах было нарушено одно из неписаных правил отеля. Нашелся человек, которого приняли по первой просьбе.
Тем временем Ломбард стремительно, словно ракета, поднимался в башню. Он вышел из лифта, чувствуя легкую дрожь в коленях. У приоткрытой двери стояла, встречая его, молодая женщина. Видимо, личная горничная, судя по изящному черному форменному платью.
— Мистер Ломбард? — спросила она.
— Да, это я.
Очевидно, здесь ему предстояло пройти последний досмотр, прежде чем получить окончательное позволение войти.
— Вы не по поводу интервью прессе?
— Нет.
— И не за автографом?
— Нет.
— И не за рекомендательным письмом?
— Нет.
— И не ради какого–нибудь счета, который… э–э… — она деликатно подыскивала слово, — который ускользнул от внимания сеньориты?
— Нет.
Последний пункт, по–видимому, был решающим. Продолжения не последовало.