Леди–призрак. Я вышла замуж за покойника: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Великолепно, — горячо согласился он, хотя кадык его незаметно дернулся, — так вот, однажды вечером мой друг…

Больше он в этот раз не успел сказать ничего. Горничная, которая уже прекратила обмахивать прическу, снова появилась в комнате:

— Сеньорита, Вильям пришел за указаниями на сегодня.

— Извините, я на минуту. — Она повернулась к двери.

Рослый парень в шоферской униформе вошел и почтительно остановился у двери.

— Вы не нужны мне до двенадцати. Я отправляться на ленч в «Кок Блю», так что будьте внизу в десять часов. — Затем она добавила, не меняя интонации: — И вы лучше заберите эту штуку, пока вы здесь, вы оставлять это.

Парень подошел к туалетному столику, на который она показывала, взял кованый серебряный портсигар, сунул в карман и опять отошел с совершенным безразличием.

— Это не из «Пять–и–десять», [2]вы знаете, — сказала она ему вслед, как показалось Ломбарду, с некоторой злостью. В ее глазах что–то промелькнуло, и, судя по этому блеску, Вильяму не приходилось на многое рассчитывать.

Чуть поостыв, она опять повернулась к Ломбарду.

— Я как раз говорил, что один из моих друзей однажды пришел на представление с дамой. Поэтому я и пришел к вам.

— Как?

— Я пытаюсь найти эту даму для него.

Она неправильно поняла. Ее глаза вспыхнули новым интересом.

— Ах, роман! Я любить роман!

— Боюсь, что нет. Это дело жизни и смерти. — Как и в разговорах с остальными, он не решался рассказать все подробности, чтобы не отпугнуть ее.

Но ей, по–видимому, это понравилось еще больше.

— Ах, тайна! Я любить тайна, — она пожала плечами, — пока это случаться не со мной.

Вдруг что–то заставило ее замолчать. Очевидно, произошло большое несчастье, если судить по произведенному эффекту. Певица уставилась на крошечную, инкрустированную бриллиантами вещицу, украшавшую ее запястье. Неожиданно она вскочила и принялась громко щелкать пальцами, треск при этом напоминал фейерверк. Служанка поспешно влетела в комнату. Ломбард подумал было, что сейчас его бесцеремонно выставят, чтобы освободить место для следующего посетителя.

— Вы знаете, который час? — язвительно проговорила певица. — Я не говорил вам следить внимательно? Вы очень безответственны. Вы едва не пропустили время. Доктор сказал, на каждый час. Один раз на час. Принесите микстуру…

Прежде чем Ломбард успел сообразить, в чем дело, вокруг него во всю мощь уже бушевал тайфун, которые, по–видимому, случались здесь регулярно.

Скорострельный испанский диалог, душераздирающий визг, горничная, бегающая вокруг комнаты в тщетной попытке поймать Биби, — от всего этого Ломбарду вскоре показалось, что он стоит в центре вращающейся карусели.

Наконец и он присоединил свой голос к общему гвалту.

— Может быть, вам лучше резко остановиться и повернуться в обратную сторону? — закричал он, стараясь перекрыть гвалт.

Этим все и кончилось. Биби с разбегу налетел на горничную, а та влила микстуру в Биби.

Когда с приемом лекарства было покончено и Биби с несчастным видом вцепился в хозяйку, обняв ее за шею обеими руками, так что казалось, будто у нее выросла борода, Ломбард продолжил свои расспросы.

— Я понимаю, мало надежды на то, что вы вспомните одного–единственного человека из того моря лиц, которое вы видите перед собой каждый вечер. Я понимаю, что вы выступали в течение целого сезона, давая по шесть вечерних и по два утренних представления в неделю и всякий раз зал бывал переполнен…

— Я ни разу в жизни не выступать в пустом зале, — сообщила она со свойственной ей скромностью. — Даже пожар не сравняться со мной. Однажды в Буэнос–Айрес театр загореться, так, вы думать, они уходить?

Он подождал, пока она договорит.

— Мой друг и эта женщина сидели в первом ряду у прохода. — Он сверился с клочком бумаги, который достал из кармана. — Слева от вас, когда вы стоите лицом к залу. Так вот, единственная подсказка — это то, что она вскочила с места во время второго или третьего куплета вашей песни.

Ее глаза недоверчиво блеснули.

[2] «Пять–и–десять» (five–and–ten), — магазины, торгующие предметами домашнего обихода и личного пользования, большинство товаров в которых стоят от пяти до десяти центов.