Леди–призрак. Я вышла замуж за покойника: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он быстро прошел еще несколько шагов и снова обернулся. На этот раз всем телом, и в неожиданном порыве раздражения бросился к ней.

Она остановилась, но не сделала назад ни полушага.

Он приблизился и проревел ей в лицо:

— Поворачивай обратно, ты! С меня хватит, слышишь? Поворачивай, а не то я…

— Мне тоже в эту сторону, — только и сказала она.

И опять обстоятельства были в ее пользу. Если все было наоборот… Но как он, мужчина, мог противостоять ей — позвать полицейского и пожаловаться ему, что одинокая юная девушка преследует его на улице? Курам на смех. Она не оскорбила его, ничего не требовала, она просто шла в том же направлении, что и он. Он был так же бессилен против нее, как и в баре.

Он еще секунду–другую постоял перед ней в угрожающей позе, но в его вызове было скорее желание протянуть время, чтобы с наименьшими потерями выбраться из сложной ситуации. Наконец он круто повернулся, что–то проворчав себе под нос: очевидно, это должно было изобразить воинственный пыл, но на самом деле прозвучало немного беспомощно. Он двинулся прочь, снова направляясь к дому.

Десять шагов, пятнадцать, двадцать. За его спиной, словно по команде, опять послышалось «тук–тук, тук–тук, тук–тук». Безостановочно, как неспешный стук дождевых капель по луже. Она снова шла за ним.

Как и каждый вечер, он завернул за угол и по подземному переходу вышел на лестницу, которая вела на нужную ему платформу. Он остановился наверху, в конце галереи с дощатым полом, ведущей к поездам, и внимательно глядел, не появится ли она из наклонного туннеля.

В приближающемся звуке шагов послышалась металлическая нотка, когда каблуки застучали об обитые железом ступеньки. Через минуту ее голова показалась над промежуточной лестничной площадкой.

Турникет с грохотом захлопнулся за ним, и, оказавшись по другую сторону, он обернулся и приготовился защищаться.

Она миновала лестницу и приблизилась такой естественной, размеренной походкой, словно и не замечала, что он стоит прямо за турникетом, к которому она направилась. Она уже держала наготове монету, зажав ее в пальцах. Она оказалась рядом, лишь турникет разделял их.

Он отвел руку назад и, размахнувшись изо всех сил, уже был готов ударить девушку, от такого удара она наверняка не удержалась бы на ногах и отлетела к перилам. Он ощерился, как собака:

— Убирайся вон! Проваливай, откуда пришла!

Он протянул руку и быстро закрыл отверстие турникета большим пальцем, едва она собралась опустить монету.

Она не протестовала, лишь перешла к соседнему турникету. Мгновенно он опять оказался перед ней. Она вернулась к первому турникету. Он снова передвинулся и загородил ей путь. Задрожали рельсы: приближался один из редких ночных поездов.

Каждый раз, заступая ей дорогу, он держал руку за спиной, наготове для удара. На этот раз он с силой выбросил ее вперед. Такой удар мог бы сбить ее с ног, если бы он достиг цели. Она увернулась в сторону, брезгливо поморщившись, как будто почувствовала неприятный запах. Удар пришелся по воздуху.

Тут же совсем рядом послышался повелительный стук по стеклу. Дежурный по станции высунулся по пояс из боковой двери маленькой запыленной будки:

— Прекратите немедленно! Вы что, хотите помешать пассажирам входить на станцию? Я вам покажу!

Он повернулся, чтобы как–то оправдаться, табу теперь можно было нарушить, так как не он первый искал заступничества.

— У этой девицы, похоже, не все дома: ее надо отправить в психушку! Она увязалась за мной по улице, я не могу от нее отделаться.

Она сказала все тем же бесстрастным голосом:

— Разве вы единственный, кто имеет право ездить по этой ветке?

Он снова воззвал к дежурному, который все еще торчал из своей будки, взяв на себя роль третейского судьи:

— Спросите ее, куда она едет. Она сама не знает!

Ее ответ был адресован дежурному, но скрытый смысл слов предназначался вовсе не ему.

— Я еду на Двадцать седьмую улицу. До Двадцать седьмой улицы, между Второй и Третьей авеню. Я имею право пользоваться этой станцией, не так ли?

Лицо человека, преграждающего ей путь, вдруг побледнело, как будто в названии места, которое она произнесла, было что–то страшное для него. Так оно и было. Он жил именно там.

Она заранее знала, куда он едет. Попытки оторваться от нее были бесполезны.

Дежурный объявил свое решение, сделав величественный жест рукой: