Я поднялся, но Мишка, который тоже вскочил с места, опередил меня.
— Геннадий Николаевич, — сказал он, — Верезин тут ни при чем…
И коротко рассказал, как было дело.
Задумывались ли вы, как человек выражает самую высокую степень счастья? Может быть, он улыбается? Или смеется? Может быть, морщится, пытаясь скрыть радостные слезы?
Если судить по Геннадию Николаевичу, человек, испытывающий полное счастье, начинает очень быстро тереть подбородок. Когда наш классный наконец опустил руку, подбородок его был совсем красного цвета. Геннадий Николаевич немного побледнел, отчего цвет подбородка стал особенно заметен.
— Вот что, ребята, — сказал Геннадий Николаевич удивительно чистым и ясным голосом. — Мне не нужно другого подарка, кроме…
— Знаем, знаем! — закричали мы. — Чтобы мы слушались… Но мы все равно купим вам что-нибудь!
— Я ничего не возьму, — сказал Геннадий Николаевич сердито и в то же время счастливо.
— Все равно купим! Принесем и убежим!
— Тихо! — вдруг прикрикнул на нас Геннадий Николаевич. (Мы сейчас же замерли.) — Гуреев, к доске!
Сашка, захватив дневник, пошел к учительскому столу.
— Гуреев докажет нам теорему… — начал Геннадий Николаевич. Но, взглянув на Сашку, он неожиданно спросил: — Что это у тебя за галстук?
Под кителем у Сашки сегодня действительно красовался галстук. Темно-зеленый, с золотыми пальмами, с обезьянами и даже с голой женщиной.
Этот галстук подарил ему Григорий Александрович: Сашка вчера пропустил занятия, чтобы выстоять вместо нашего тренера очередь за телевизором.
Гуреев очень гордился подарком, но немного стеснялся его. На уроках он тщательно прятал галстук под кителем, а на переменах расстегивался и давал нам разглядывать пальмы, обезьян и голую женщину. Когда подходили девочки, Саша смущенно прикрывал женщину ладонью. Ребята одобрили подарок. Только Синицын страдал от зависти и уверял, что Сашке с его бритой головой такой модный галстук совсем не идет.
К концу школьного дня Гуреев обнаглел и даже на уроках сидел в расстегнутом кителе.
— Что это за галстук? — насторожившись, спросил Геннадий Николаевич.
— Да так! — замялся Сашка.
— А чего? — сказал Володька Герман. — Покажи. Эх, и галстук у него! Я себе такой же заведу.
Сашка неуверенно оглянулся на ребят и распахнул китель.
— Ух ты! — насмешливо сказал Геннадий Николаевич. — Тебе нравится?
— Мексиканский, — буркнул Сашка.
— Где ты выкопал такую красоту?
— Почему это «красоту»? — обиженно возразил Гуреев. — При чем тут красота? У вас у самого пиджак с разрезом.
Геннадий Николаевич вспыхнул.
— С ума сошел?! — закричали на Сашку ребята. — Спятил, да? Геннадий Николаевич, не обращайте на него внимания! Эти боксеры из-за своего Званцева совсем спятили.
Ребята наперебой стали рассказывать, что Сашка весь вчерашний день простоял за телевизором.
— Из-за этого ты пропустил школу? — сердито спросил Геннадий Николаевич.
Сашка промолчал.
— Вызовешь завтра отца.