MoreKnig.org

Генерал Алексеев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Цветков Василий



Шрифт:

Нельзя сказать, что Савинков был чем-то близок Алексееву по взглядам. По оценке князя Г. Трубецкого, «с свойственной ему энергией и ловкостью, Савинков тотчас принялся обделывать свое дело. Прежде всего, он подъехал к генералам Каледину и Алексееву и предложил себя в качестве посредника с демократией… Генерал Алексеев лично не питал, конечно, никакого доверия к Савинкову, но, не отличаясь силой воли, он уступал перед железной волей всегда спокойного и всегда знающего, чего хочет, Савинкова»{97}.

Алексеев поддерживал контакты с Москвой, Петроградом, Киевом. Связь с Москвой осуществлял Савинков, получивший от генерала полномочия для организации московского отделения Союза, которое стало весной—летом 1918 г. центральным звеном в Союзе, переняв его наименование и полномочия. Благодаря авторитетности «имени» Алексеева, Савинкову удалось создать многочисленную военную организацию из офицеров (3—4 тысячи) во главе с полковником А.П. Перхуровым, также прибывшим с Дона. Московские кадеты и правые политики, несмотря на определенную «политическую антипатию» к бывшему «террористу», договорились о принятии савинковским «Союзом» политической программы Добровольческой армии.

В Петрограде генерал Алексеев поддерживал контакты с организацией генерал-лейтенанта А.В. Шварца (своего бывшего сотрудника но работе в «крепостном комитете») и другого своего сослуживца по Ставке — действительного статского советника Орлова (будущего начальника контрразведки Военного управления Особого совещания). В Киев, получив полномочия от Алексеева и Корнилова, отправился бывший комиссар 8-й армии Юго-Западного фронта В.К. Вендзягольский. Савинков, Вендзягольский, а также известные на Дону представители демократии П.М. Агеев и С.П. Мазуренко входили в состав общественного «Совещания при генерале Алексееве», составляя «демократический фланг» политического фронта, на который опиралась Добрармия. Ожидались пополнения и с Румынского фронта. Как отмечал в письме к Главнокомандующему армиями фронта генералу Щербачеву Корнилов, «все стремления, как мои, так и генералов Алексеева и Каледина, в настоящее время сводятся, главным образом, к скорейшему набору добровольцев и обеспечению армии вооружением, снаряжением, боевыми припасами и денежными средствами, причем, конечно, особенно важно получить бойцов и оружие»{98}.

Для Алексеева было очевидно, что эпизодические, персональные контакты явно недостаточны для того, чтобы обеспечить активное, «всероссийское сопротивление захватчикам власти — большевикам». По опыту создания «Союза защиты Родины и свободы» формировались новые подпольные военно-политические организации — т.н. «Центры Добровольческой армии». Через них генерал надеялся преодолеть один из существенных недостатков подрывной антисоветской работы — отсутствие должной централизации и координации действий. С этой целью предусматривалось образование областных Центров, а также связанных с ними губернских и уездных структур. Первоначально они были полностью автономны в своей деятельности и, хотя формально они подчинялись Алексееву и его Политической канцелярии во главе с полковником Я.М. Лисовым (с 3 июня 1918 г. — Военно-политический отдел Добровольческой армии), но получали для себя лишь общие указания по работе и незначительные финансовые поступления{99}.

Вообще, говоря о периоде формирования южнорусского Белого движения, нельзя не отметить, что планы, проекты его развития представлялись Алексееву достаточно обширными и носили, несомненно, «общегосударственный», «всероссийский» характер. Генерал тщательно вел «черновую закулисную работу», отслеживал все возможные контакты с антибольшевистскими структурами, причем даже с такими, которые в ноябре 1917 г. не могли еще однозначно определить свое отношение к совершавшимся в России событиям.

К сожалению, практически вся документальная база этого периода оказалась безвозвратно утраченной и может в некоторой степени компенсироваться только косвенными свидетельствами. Полковник Лисовой вспоминал: «По приказанию генерала, я, с болью в сердце, руководил сжиганием всех дел и документов Политического Отдела Добровольческой Армии, а в последний день — день ухода армии из Ростова (начало Ледяного похода. — В.Ц.) — за отсутствием свободных лиц (все уходили в поход — я же, по приказанию генерала Алексеева, оставался в Ростове) — я сжигал оперативные и другие дела Штаба Добровольческой Армии. В огне погибли: Протоколы заседаний Политического Совещания Добровольческой армии, переписка с общественными и политическими деятелями Москвы, Петрограда, Киева, Полтавы и других городов, проект организации Союза хлеборобов г. Полтавы, предусматривавший в деталях разветвление этой организации на всю Украину, переписка генерала Алексеева с Карпатороссами и Чехословаками, переписка Вождей Добровольческой Армии с Донским Атаманом, необычайно интересная и поучительная переписка между генералами Алексеевым и Корниловым, оперативные дела, проекты разворачивания, снабжения и вооружения армии, первоначальные проекты организации Центров, прокламации и листовки, коллекция печатей и различных штампов (около 200) для изготовления различных документов и паспортов (весьма важные для деятельности антисоветского подполья. — В.Ц.) и много разных других материалов — лишь совершенно случайно удалось найти впоследствии обгоревшие остатки этих дней»{100}. Подобный «пробел» в источниках, несомненно, является «невознаградимой потерей» истории Белого движения.

В конце декабря произошла окончательная «легализация» Алексеевской организации. Правда, произошло это только после перехода большей части добровольцев из Новочеркасска в Ростов-на-Дону, который прежде формально не входил в территорию Войска. В Рождественские дни, 26 декабря 1917 г., было официально объявлено об образовании Добровольческой армии, основой которой стала Алексеевская организация. В ее «Декларации», опубликованной 27 декабря, излагались общероссийские цели Добровольческой армии: «…дать возможность русским гражданам осуществить дело государственного строительства Свободной России; стать на страже гражданской свободы, в условиях которой хозяин земли Русской, ее народ, выявит через посредство Учредительного собрания свою державную волю». Заявлялось и о том, что необходимо сделать в ближайшее время: «…противостоять вооруженному нападению красных на юг и юго-восток России».

Командующим Добровольческой армией неофициальным распоряжением генерала Алексеева от 25 декабря был назначен генерал Корнилов. Тем самым первенствующее значение генерала Алексеева в иерархии антибольшевистского сопротивления сохранялось, и, хотя он не занимал никакого официального положения, теперь и навсегда в истории Белого движения он остался как «Основатель Добровольческой армии». «Создание Добровольческой армии — мое последнее дело на земле», — эти слова генерала как нельзя лучше передавали его отношение к формированию новой вооруженной силы, призванной «спасти Отечество»{101}.

Первоначально официальное положение Добровольческой армии не выходило за региональные рамки: ее кадры формально входили в состав войск Ростовского округа под командованием генерал-майора A.M. Назарова. Уже тогда было ясно, что Добровольческая армия ставит задачу восстановления кадровой Российской армии. Не случайно среди первоначальных вариантов переименования «Алексеевской организации» был и такой: «Союз Возрождения армии» — но аналогии с «Союзом Возрождения России». Ориентация, прежде всего, на военные традиции, на сохранение военной преемственности в значительной степени влияла на будущее «политическое credo» южнорусского Белого движения.

Теперь, чтобы исключить повторение печального опыта прошедшего года, военно-политическое руководство движения сразу же провозгласило безусловный приоритет интересов фронта перед интересами тыла. Правда, в декабре 1917-го еще не утверждалось, что армия будет не только вести вооруженную «борьбу с большевизмом», но и сама станет ядром возрождения нового государственного устройства, создания новых органов политического управления.

Алексеев вернулся к ставшему уже привычным для него рабочему ритму. Ему и его приехавшей в Новочеркасск семье удалось поселиться в пустовавшей купеческой конторе, где в передней разместились канцелярия и приемная. В соседних комнатах жили адъютант Шапрон и двоюродный брат дочери Клавдии — доктор Н.Н. Кельин, наблюдавший за здоровьем генерала. Из бывшего склада после перепланировок были сделаны комнаты, где жили жена и дети. Вместо вагонного куне с тускло горящими свечами появилась собственная комната и у генерала. Ему снова приходилось работать по 18 часов в сутки, бывали и бессонные ночи. Но Михаил Васильевич себя уже не щадил. «Последнее дело» его жизни требовало полной самоотдачи. Дважды на генерала готовились покушения, и только смелость его адъютанта и юнкерского конвоя спасала ему жизнь.

Не оставляя надежд на укрепление Юго-Восточного союза, Алексеев дважды приезжал в Екатеринодар, предполагая встретиться с кубанским атаманом полковником А.П. Филимоновым. Кроме того, но поручению Алексеева с секретной миссией в столицу Кубани ездили генерал Лукомский и известная разведчица-доброволец Зинаида Готгард. 23 ноября состоялась его встреча с атаманом, и вечером того же дня генерал участвовал в заседании Кубанского войскового правительства под председательством И.Л. Макаренко. В сохранившихся тезисах отмечалась необходимость «единения» по всем вопросам гражданского управления «Союза», организации военных сил на территории «Союза» — не только казачьих, но и других — охраны железных дорог и наблюдения за «революционными» частями стихийно демобилизующегося Кавказского фронта.

В январе 1918 г. пришли известия с Терека, где также шла подготовка контрреволюционных сил. В начале января 1918 г. генерал Корнилов совещался с председателем Терского войскового круга П.Д. Губаревым. После этой встречи командующий Добрармии обратился к Алексееву с письмом, в котором предлагал оказать «содействие Войсковому Правительству Терского Казачьего Войска в восстановлении порядка на территории Области», а также оказать финансовую поддержку формирующимся в Пятигорске добровольческим частям. Алексеев поддержал предложения Корнилова и в письме от 19 января согласился помочь терцам и из скудных средств Добрармии «взять на содержание» подразделения в Пятигорске, «если только эти части, по выполнении задач на Тереке, перейдут безусловно в состав Добровольческой армии».

В середине января 1918 г. штаб Добрармии переместился из Новочеркасска в Ростов-на-Дону. Здесь, в отличие от вагонов на запасных путях и переоборудованных складов, командование получило в свое полное распоряжение особняк главы Донского экономического совета Парамонова на Пушкинской улице. У Алексеева появился личный кабинет, а его сотрудники занимали несколько комнат. После окончательной «легализации» армии потребность в «штатском платье» для генерала и его соратников отпала. Теперь он ходил в теплом офицерском пальто мирного времени с золотыми погонами генерал-адъютанта. Проблем с размещением не было, однако политическое положение оставалось неустойчивым: теперь при провозглашении тех или иных лозунгов и деклараций следовало учитывать сложившуюся практику создания коалиций на основе «паритета казачьего и иногороднего населения». Что касается настроений в армии, то входившие в ее состав консерваторы-монархисты, офицеры гвардейских полков, поддерживаемые Алексеевым, пока не заявляли открыто своих идеалов. Не замечалось среди добровольцев и горячих симпатий к «Российской свободной республике».

Но политические контакты с представителями местной власти и «демократической общественности» следовало поддерживать, и 18 января 1918 г. Алексеев принял приглашение на участие в заседании Донского объединенного правительства в Новочеркасске. Генерал без колебаний отвечал на весьма настойчивые вопросы, задаваемые членами правительства — «социалистами», подчас с провокационным подтекстом.

Особый резонанс вызвал вопрос председателя областной управы В.В. Брыкина о финансировании и тех «обязательствах», которые принимает на себя Добрармия, «получая средства для своего существования». «Добровольческая армия, — резко ответил Михаил Васильевич, — не принимает на себя никаких обязательств, кроме поставленной цели спасения Родины. Добровольческую армию купить нельзя». Генерал кратко осветил историю возникновения армии, отметив, в частности, что действовал не по собственной инициативе, а получив полномочия на ее создание от московского центра Союза спасения Родины. Алексеев заверял собравшихся в отсутствии «реакционных намерений» у политических структур, близких к руководству армии: «В совещание при мне вошли и представители демократии, а в настоящий момент ведутся переговоры и с лидерами других партий, кроме кадетской, как, например, с Плехановым, Кусковой, Аргуновым и др. Конечно, с Черновым и его партией (эсеры. — В. Ц.) никаких переговоров быть не может — нам с ними не по пути». А на вопрос Брыкина — почему в армии так распространено презрительное отношение к советской власти (он ссылался на распространенное среди офицеров выражение «совет собачьих депутатов»), — Алексеев ответил, что «прежде чем судить добровольцев, нужно вспомнить, что они пережили и что переживают». «Войдите в их психологию, и вы поймете происхождение этих разговоров: ведь 90% из них буквально вырвались из когтей смерти и, по приезде на Дон, не оправившись еще от пережитого, вынуждены были вступить в бой с советскими войсками».

В то же время Алексеев отметил отсутствие исключительно политического характера создания армии: «Добровольческая армия не преследует никаких политических целей; члены ее при поступлении дают подписку не принимать никакого участия в политике и заниматься какой бы то ни было политической пропагандой». Поэтому Алексеев вполне допускал включение в состав армии отрядов «из демократических элементов», которые намеревалась формировать Ростовская городская дума.

Вооруженное противостояние с большевиками объяснялось генералом исключительно как продолжение войны с Германией: «Мы, борясь с большевиками, вместе с тем продолжаем войну и с немцами, так как большевизм и германизм тесно переплетены между собой». Поэтому, по его мнению, армия имела полное право рассчитывать на финансовую и политическую помощь союзников. «Не скрою от вас, — говорил генерал, — что некоторую поддержку мы имеем и от союзников, ибо, оставаясь верными до сих пор союзным обязательствам, мы тем самым приобрели право на эту с их стороны поддержку… Кроме того, защищая хлебородный угол России от большевиков, мы тем самым отстаиваем его и от немецких поползновений, что небезвыгодно для наших союзников. Вот почему им, затрачивающим на борьбу с немцами миллиарды, ничего не стоит рискнуть некоторой суммой на поддержку движения, совпадающего с их интересами».

Примечательны были и краткие высказывания, сделанные Алексеевым в отношении социально-политических перспектив зарождающегося Белого движения. «Я твердо верю в полное очищение России от большевизма, — убежденно говорил основатель Добровольческой армии. — В этом нам окажет поддержку вся толща российской интеллигенции и, кроме того, крестьянство, которое уже устало от большевиков и готово принять хоть плохонького Царя, лишь бы избавиться от насильников… Я не спрашиваю людей, идущих за мною работать: какой ты партии? Я спрашиваю его: любишь ли ты Россию? На поле сражения, перед лицом смерти все равны — и революционер, и монархист… Какой в России сложится строй — покажет будущее, а пока нам всем нужно объединиться и работать, а главное — не ссориться из-за различия партийных взглядов».

Вскоре после заседания правительства для подтверждения политических позиций была опубликована еще одна декларация Добровольческой армии. В ней уже более четко прослеживались позиции, определившие в будущем основу политической программы Белого движения. Говорилось не только о «защите вместе с казачеством» от «немецко-большевистского нашествия… самостоятельности областей, давших ей приют и являющихся последним оплотом русской независимости», но и о «воссоздании Великой России». Подтверждалось следование идеям «восстановления русской государственности» и «доведения Единой России до нового Учредительного собрания, перед решением которого должны преклониться все классы, партии и отдельные группировки».

Результатом стало окончательное согласие донского правительства на легализацию Добровольческой армии в следующей форме: «Существующая в целях защиты Донской области от большевиков, объявивших войну Дону, и в целях борьбы за Учредительное собрание Армия должна находиться под контролем Объединенного Правительства и, в случае установления наличности в этой Армии элементов контрреволюции, таковые элементы должны быть удалены немедленно за пределы Области».

Разумеется, подобный «демократический статус» был лишь конъюнктурным прикрытием. Не случайно, с точки зрения военно-юридических норм, командование Добрармии провозглашало, что оно пользуется русскими воинскими уставами, изданными до 28 февраля 1917 г., то есть до событий Февральской революции и начала знаменитой «демократизации». Алексеева всегда отличало стремление к сохранению максимально возможной преемственности по отношению к сложившейся в России накануне революции военно-политической системе.

В этом отношении очень характерна его непоколебимая уверенность в том, что Добровольческая армия продолжает выполнять дело, начатое Российской Императорской армией в 1914 г., в «славные и трагические дни начала Второй Отечественной войны». Проанализировав последние полученные из могилевской Ставки сведения, 16 ноября Алексеев составил краткую записку о вероятных перспективах окончания войны в Европе. Среди выделенных генералом пунктов отмечались: «… война — до крайности, во имя чести России и верности союзникам …союзники будут продолжать войну …возможность присылки (в Россию. — В. Ц.) в феврале—марте 1918 г. английских, американских и японских войск …внутреннее положение Германии тяжелое. Большевизм коснулся и немецкой армии, запрещено братание …возможность в Германии социальной революции». Таким образом, победоносное для Антанты окончание войны, большая вероятность революции в Германии и неизбежность интервенции союзных войск в Россию предвиделись Алексеевым еще за год до окончания военных действий{102}.

В первые недели нового, 1918 г., года положение на подступах к Ростову и Новочеркасску продолжало ухудшаться. Малочисленные отряды Добровольческой армии и донских партизан не могли сдержать усиливающегося натиска отрядов Красной гвардии. Алексеев тяжело переживал растущие потери среди молодых добровольцев, особенно тогда, когда в обоих городах сотни офицеров демонстративно отказывались вступать в ряды белых сил. Выступая на похоронах первых погибших кадет и гимназистов-добровольцев Партизанского полка, он предложил поставить в их честь памятник (первый в истории Белого движения): «Грубый гранит, громадная глыба, а наверху разоренное гнездо с мертвыми орлами, и сделал бы надпись: “Орлята погибли, защищая родное гнездо, где же были в то время орлы!?”» Погибшие юноши приехали на Дон издалека, и их родители не были на погребении. Алексеев не только отстоял панихиду в Войсковом соборе в Новочеркасске, но и сопровождал похороны этих девяти «детских гробов» в братской могиле.

2. «Ледяной поход»

К началу февраля 1918 г. стало очевидным, что удержать фронт под Новочеркасском и Ростовом не удастся. Добровольческая армия отступала. 5 и 8 февраля в письмах Анне Николаевне, оставшейся в Новочеркасске, Алексеев не скрывал своих душевных переживаний: «Горсточка наших людей, не поддержанная совершенно казаками, брошенная всеми, лишенная артиллерийских снарядов, истомленная длительными боями, непогодой, морозами, по-видимому исчерпала до конца свои силы и возможность борьбы. Если сегодня-завтра не заговорит казачья совесть, если хозяева Дона не станут на защиту своего достояния, то мы будем раздавлены численностью хотя бы и ничтожного нравственно врага. Нам нужно будет уйти с Дона при крайне трудной обстановке. Нам предстоит, по всей вероятности, трудный пеший путь и неведомое впереди, предначертанное Господом Богом».

Передавая семье небольшую сумму денег и пожертвования на лазарет «Белого Креста», он писал: «Если мне не суждено вернуться и видеть моих ненаглядных, то знай, что мысль о тебе и детях была всегда мне дорогой и бесконечно близкой; с ней я пойду и к моей последней минуте, если она назначена мне именно теперь. Голова забита, и не могу молиться так, как я умел молиться в былые тяжелые дни моей жизни. Я всегда получал облегчение моему сознанию, моей душе. Но остатки, проблески молитвы обращаю на то, чтобы Господь помиловал Колю. Я все земное уже совершил; все мы еще не сделали всего, и я всем сердцем хочу, чтобы настала минута, когда, собравшись вместе, вы дружно помогли бы устроить новую жизнь, чтобы не было в ней нужды, чтобы в своей семье, среди своих — именно, всех сохранившихся еще — снова родилась радость… Благословляю тебя и девочек; жду твоего благословения и мысленного пожелания, чтобы Господь помог и спас»… «Дни 1915-го года не могут идти, по душевному состоянию, в сравнение с настоящими днями. Тогда картина была шире, грандиознее, а теперь — трагичнее, грустнее, а по последствиям — гибельнее для России… Дай Бог быть поспокойнее».

Добровольческая армия, не получая ожидаемой поддержки от казачьих полков, отказалась погибать на подступах к Ростову и Новочеркасску. Следует отметить, что еще 15 января, во время заседания Политического совещания Добровольческой армии, Алексеев заявил Каледину о возможности отступления с Дона. По воспоминаниям полковника Лисового, «в экстренном заседании Совета при генерале Алексееве войсковой атаман нарисовал тяжелую картину состояния области; еще более грустное впечатление создалось после доклада П.М. Агеева, и все это заменилось чувством некоторой неловкости после критики П.Н. Милюковым действий Войскового правительства и тихих, в ответ на критику, слов атамана: “Мы не за критикой сюда пришли… необходимо искать выхода, если есть еще какой-нибудь выход, а не критика…”»

Генерал М.В. Алексеев, сидевший до этого все время молча и что-то отмечающий в своей записной книжке, вмешался в общий разговор. Признавая тяжелое положение, генерал выразил надежду, что не все еще потеряно, что пока не испробовано все до конца, нужно бороться; а если станет «слишком очевидным, что борьба не по силам — ну что ж, тогда мы уйдем к Саратову или куда-нибудь за Волгу». По мере речи генерала Алексеева на лице войскового атамана отражались все более и более признаки крайнего изумления: «Извините, Михаил Васильевич, но для меня это новость, что Добровольческая армия собирается уходить из Донской области, я до сих пор думал, что судьбы наши тесно переплетены друг с другом, — оказывается это не так».

Генерал Алексеев на это возразил: «Вы меня не так поняли, Алексей Максимович. Говоря об уходе Добровольческой армии, я имел в виду тот крайний случай, когда дальнейшая борьба будет бессмысленна и поведет лишь к полному уничтожению слабой стороны, каковой мы в данном случае и явимся». Еще на эту тему продолжался некоторое время общий разговор, но по лицу и ответам Л.М. Каледина видно было, что он далеко не убежден доводами генерала Алексеева. В середине заседания атаман, незаметно покинув комнату, вышел и одевшись отправился во дворец».

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Дамы и господа [2008]
Дамы и господа [2008]
[Исторические любовные романы]
Начало двадцатого века. Состоятельные москвичи проводят время в праздности. Театры, рестораны, балы — вот их основные места обитания. Заданная модой круговерть порождает мучительные отношения:
0
Барышни и хулиганы [2008]
Барышни и хулиганы [2008]
[Исторические любовные романы]
Последние годы перед Первой мировой войной… Бум синематографа — юные барышни до безумия увлечены новомодными фильмами, влюблены в красавцев-актеров и мечтают о карьере королевы экрана. Но только
0
Выпьем конструктивно! Алкоголь и другие напитки с точки зрения антропологии
Выпьем конструктивно! Алкоголь и другие напитки с точки зрения антропологии
[Публицистика / Культурология / Наука и образование]
Сборник статей «Выпьем конструктивно!» под редакцией выдающегося антрополога Мэри Дуглас даже почти четыре десятилетия после его оригинальной публикации обещает российскому читателю немало открытий.
0
Трое в лодке, не считая Харона
Трое в лодке, не считая Харона
[Детективы / Триллер / Проза / Современная проза]
Кто-то назовёт Эдуарда интеллектуалом, добрым человеком и хорошим другом. Другие увидят в нём легкомысленного бездаря и выпивоху. Он идёт по жизни без цели, часто не выбирая средств. Может, бес
0
Страх. Его нам стоит бояться
Страх. Его нам стоит бояться
[Документальная литература / Публицистика / Психология / Секс и семейная психология]
В своей книге практикующий психоаналитик с тридцатилетним стажем рассуждает о природе страха и о том, почему его стоит бояться. Страх – чувство, знакомое многим. Мы стремимся его избежать, обойти,
0
Имя моё-смерть
Имя моё-смерть
[Проза / Современная проза / Роман / Фэнтези]
Лавка зелий попаданки
Лавка зелий попаданки
[Современная проза / Приключения / Фэнтези / Попаданцы]
Вернулась к жизни в теле сироты из другого мира, получила наследство. Да вот только моя земля поражена скверной, а дом выглядит пустым и заброшенным. Но унывать не в моих привычках! Исцелю землю,
0
Барбоскины. Зима в Пёсбурге
Барбоскины. Зима в Пёсбурге
[Детская литература: прочее / Сказка / Детская проза / Детские приключения]
Зима пришла в Пёсбург, а значит, у Барбоскиных начинается время самых снежных приключений! Дружок, Гена, Роза, Лиза и Малыш знают: мороз и сугробы – совсем не повод сидеть дома. Дружок попробует
0
Моя истинная любовь
Моя истинная любовь
[Ужасы / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Я врезалась в него в школьном коридоре, и мне тогда показалось, будто сама судьба на секунду запнулась, узнав нас. Он шептал клятвы, а я, верила, что вот она, любовь. Потом всё покатилось под откос:
0
Жизнь и подвиги Роланда Отважного. Французский средневековый эпос в пересказе Дмитрия Григорьева
Жизнь и подвиги Роланда Отважного. Французский средневековый эпос в пересказе Дмитрия Григорьева
[Военное дело, спецслужбы / Историческая проза / Поэзия / Исторические приключения]
Многим читателям хорошо знакомы поэтические переводы «Песни о Роланде». Однако это лишь один из ярких фрагментов обширного эпического наследия средневековой Франции – в действительности цикл сказаний
0
Русская агентурная разведка всех видов 1901–1918 годы
Русская агентурная разведка всех видов 1901–1918 годы
[Документальная литература / Военное дело, спецслужбы / История]
Во второй половине 1920-х годов перед специалистами Разведывательного управления (РУ) Штаба РККА была поставлена задача «провести обширное исследование, охватывающее деятельность агентуры всех
0
Деревенская Love Story или с кем я провела лето
Деревенская Love Story или с кем я провела лето
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Мама отправила меня в ссылку, в деревню к деду, подальше от соблазнов города. И это было ужасно, пока по соседству не появился Он! Взрослый, солидный, брутальный мужчина. Не влюбиться в такого
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Персонаж
Персонаж
[Современная проза / Триллер]
После смерти любимого человека главный герой обращается к психологу в попытке избавиться от мучительных воспоминаний и постоянных видений. Доктор советует ему начать писать, чтобы забыть о прошлом.
0
Лорд Системы 24
Лорд Системы 24
[Боевое фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников]
Спарта выстояла под натиском орочьей волны. Дорожная пыль осела и война подошла к концу. Но значит ли это что можно теперь вздохнуть спокойно? Как бы не так! На западе у соседей идёт
0
Мальчик, который хохочет. Странные истории
Мальчик, который хохочет. Странные истории
[Приключения: прочее / Ужасы / Триллер]
Мальчик, живущий на заброшке и сошедший с ума, привлекает к себе внимание местных ребят, и те решают навестить мальчика, но все идет, как обычно, не по плану.
0
Броуновское движение
Броуновское движение
[Самиздат / Современная проза]
Броуновским движением заняты мои мысли-воспоминания. Заканчивая цикл "Мемуриалки", я твердо его закончил и решил, что вполне очистился. Не тут-то было. Этих воспоминаний и мыслей, веселых и не очень,
0
Живая степь
Живая степь
[Самиздат / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Кто-то хотел бы «понедельники взять и отменить», а выросшему в детдоме подкидышу Платону Громову фатально не везло по пятницам. Проблемы росли вместе со своим обладателем, и к его двадцати четырем
0
Смех в Древнем Риме. Как шутили и над чем смеялись в Вечном городе
Смех в Древнем Риме. Как шутили и над чем смеялись в Вечном городе
[Исторические приключения / Культурология]
О чем шутили древние римляне? Что вызывало у них «ироничную улыбку» или заставляло «покатываться со смеху»? Какую роль играли шутки при императорском дворе, на гладиаторских аренах и даже в суде? На
0
Хочу быть мамой, и папой тоже
Хочу быть мамой, и папой тоже
[Эротика, Секс]
Эта книга – ключ к осознанному материнству и отцовству. Она охватывает весь путь будущего родителя, от момента, когда вы впервые задали себе вопрос: «Хочу ли я детей?», до первой встречи с вашим
0
Чосон. Последняя династия Кореи
Чосон. Последняя династия Кореи
[Исторические приключения / Публицистика / Биографии и Мемуары]
Чосон – династия существовавшая более пяти столетий и представляет собой один из самых значительных и длительных периодов в истории Кореи. Основателем династии стал генерал Ли Сонге, который сверг
0
Газлайтинг – тихое насилие. Как понять, что вы в ловушке манипулятора, вырваться на свободу и построить здоровые отношения
Газлайтинг – тихое насилие. Как понять, что вы в ловушке манипулятора, вырваться на свободу и построить здоровые отношения
[Психология]
Заставить усомниться в себе, своих чувствах, воспоминаниях и действиях, подавить волю и навязать свою картину мира, лишить собственного мнения и сил, сделать человека зависимым – вот задачи
0
Мне только спросить. Как болеть и лечиться правильно
Мне только спросить. Как болеть и лечиться правильно
[Старинная литература: прочее]
Олег Абакумов — врач-терапевт, пульмонолог и победитель конкурса народного признания «Спасибо, доктор!». В книге собрано все, что необходимо знать человеку, который не хочет болеть и стремится лучше
0
Петля времени
Петля времени
[Самиздат / Попаданцы / Социальная фантастика / Приключения: прочее]
Продолжение популярного цикла «Послание из прошлого». Группа школьников во время проведения игры «Зарница» попадает из 1984 года в 1941. Враг пробивается к Москве. ЧП по исчезновению в 1984 году
0