Ночная стража, или Кто убил капитана Хассельбурга: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Луна поднялась высоко. Холодное синеватое свечение разливалось над Амстердамом, придавая поверхностям суровый оттенок. В сером тумане полетели первые снежинки.

Город, где царствует роскошь чеканного золота, расшитых шёлковых одежд, торжеств грандиозного размаха, шествий, военных парадов... Тщеславные амстердамские выскочки видели в визите английской королевы признание их успеха в войне. Храбрые солдаты, те самые, кто совсем недавно "дёргал за бороду" испанского короля, теперь политическая сила. Состоять в ополчении стало... престижно. Какое-то неподходящее слово.

Находясь в тягостном полусне, Рембрандт думал: пусть все они оставят его в покое. Он хотел бы уснуть и больше не просыпаться.

Стоя в простенке между окнами, с упрямым бесчувствием эгоистичного старика, с широко открытыми глазами, устремлёнными на дрожащие тени, он наблюдал, как на стене всё чётче прорисовывается надпись: "Мене. Текел. Упарсин".

Теперь за мной, понял Рембрандт.

Это приговор. И невозможно оправдаться! Все исчислено и сочтено.

Из угла за камином послышался плач. У очага, скрытая тенью, тихонько всхлипывала Саския. Он подошёл к ней, тронул за плечо, желая успокоить.

- Не плачь...

Она мгновенно исчезла.

- Отец небесный! - умоляюще спросил он. - Куда она, куда?

Эта ночь утвердила его в давно возникшем решении.

Пошатываясь, он спустился по лестнице, вышел из дома и направился к шлюзу.

Ветер свирепел, хлестал в лицо мокрым снегом, и, хотя идти пришлось совсем недолго, он продрог до костей, зубы стучали. Он сел на край набережной, свесив ноги над водой. Мелкие злые волны бились о камни. Чёрная, непроницаемая для глаз вода скрыла то, что лежит на дне, но он знал, вязкий ил уже делает своё дело: труп Банинга Кока опутает густая тина и над ним вырастут водоросли.

Вам не выпутаться, господин капитан, невозможно обмануть чёрного шкипера.

А что ему самому оставалось делать на этом свете?

Соскользнуть вниз - и всё, конец, подумал он. Какой близкой и желанной показалась ему смерть в эту минуту.

Угрюмый мрак, сырой ночной воздух, грязная мостовая, холодная вода, лёгкое поскрипывание руля - чёрный шкипер вывел свой баркас на ночную вахту. Вода так темна, что, казалось, будто барка несётся в ночном воздухе. Только свет факела, воткнутого между досок на носу, рисовал на поверхности широкую кровавую полосу.

На баркасе ничего не прибавилось. На корме по-прежнему стоял человек с острогой: это был железный трезубец с острым концом, который впившись в живое или мёртвое, может быть вырван только с большими усилиями и страшными следами разрушения.

Вонь от приближающегося баркаса становилась сильней, удушливей. Рембрандт впервые по-настоящему ощутил страх.

Баркас остановился, шкипер бросил невод. Сетка пошла ко дну. Ван Рейн наблюдал, как медленно сходятся её края, и, наконец, из-под воды показался тесно набитый сетчатый мешок. Шкипер подтянул его на борт. С палубы отчётливо доносился гнилостный запах. Лунный свет упал на палубные доски, высветив запутавшийся в неводе труп.

Рембрандт вгляделся. Чёрный намокший бархат камзола, зеленоватая распухшая левая рука без перчатки. И без ногтей...

- Идём, - негромко сказал шкипер, обращаясь, несомненно, к нему, Рембрандту, подзывая рассечённой до предплечья левой рукой.

Ван Рейн поднял глаза. Перед ним в темноте мерцало безжизненное бледное лицо Адриана Ариса из Лейдена, по прозвищу Арис Малыш, повешенного по приговору суда тридцать первого января тысяча шестьсот тридцать второго года.

Рембрандт не испугался, только удивился: перед ним оживший труп преступника, снятый с виселицы и переданный в качестве анатомического материала почтенными господами из суда правосудия.

Как бы оправдываясь, он забормотал, не сводя глаз с препарированной руки, и уже понимая, что никакие оправдания не будут приняты:

- Я лишь хотел показать совершенство человека, венца творения Господа, на примере функционирования пальцев руки. Ибо злодеи, которые творят беззакония в отношении живых, совершают благое дело после своей смерти: сама их смерть используется ради здоровья других...

- Идём! - повторил шкипер настойчивей, и ветер подхватил его голос, унося куда-то вдаль...

Рембрандт тяжело поднялся и встал на краю.

- Иду, - обречённо шепнул он и потянулся рукой, словно решил ухватить ветер за хвост.

Малыш Арис улыбнулся. Пугающая пустота во взгляде... Пустота на баркасе...