Прогрессор поневоле. Гексалогия (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я был доволен, если все пройдет как надо, то у нас появляется шанс неплохо заработать на продаже монет нумизмату. С базаркомом меня настораживала сумма сделки. Получалось что-то около четырех тысяч долларов. Не думаю, что он будет заламывать цену, так как я написал приемлемые цены на каждый вид товара. Значит, будет большой объем. В крайнем случае, договорюсь с лесником и заберу остатки через три-четыре дня. В том мире пройдет недели полторы, как раз хватит довезти нашу телегу до баронства и вернуться еще с парой телег за остатками инструментов. Еще вертелось в голове мысль, что может взять телегу здесь, перед порталом разобрать ее и перенести по частям, а там собрать и если все поместится в две телеги, то мы одним рейсом привезем все. Однако, у нас нет лошадей, а если их здесь покупать, то тогда, овчинка выделки не стоит. Но если честно, то мне больше нравился первый вариант. В общем, мысли мои метались, так и не придя к какому-то одному решению.

Легли спать рано, Ликура чувствовала, что наступает переломный момент. Если ничего не получится, то нам нужно будет возвращаться в баронство и придумывать что-то, что поможет экономике их края подняться на новый уровень. Сейчас это была провинция, которая замахнулась на графский титул, а ведь за это могут и наказать. Нужно было задабривать окружение короля и его семью, а нечем. Пока новые производства только раскачивались и отлаживались технологии. Я качал из интернета технологии производства всего, до чего только мог дотянуться. В первую очередь меня интересовало производство стекла, литье и обработка металла, металлургия, ткацкое производство, налаживание деревообрабатывающей промышленности, развитие животноводства и сельского хозяйства. Чем больше я качал информации, тем больше понимал, что это, пустая трата времени. Лучше всего подходили старинные рецепты, проверенные временем. Как только в описании процесса появлялись какие-нибудь химические реагенты или редкоземельные элементы, то я на таком описании ставил крест. Мы с Ликурой договорились, что как только у нас появятся деньги, то мы пустим их, конечно, на лечение малыша, но если что-то останется, то закупим семена новых овощных культур, а так же птицу и, может быть рыбу. Про рыбу у меня появилась мысль еще тогда, когда я обдумывал, как нам плавать по бурной горной реке. У нас в таких реках водится форель. В свое время она считалась царской рыбой, как и зеркальный карп. Но, чтобы довезти такую рыбу живой до замка, нужно было очень постараться. Я хотел отдать все животноводство и сельское хозяйство на откуп барону и его жене, а самому заняться промышленными технологиями. Нужна была хорошая лаборатория и экспериментальный цех широкой направленности. Вот с такими мыслями я и заснул.

.22.

Глава 22.

* * *

Утром встал пораньше, так как нужно было успеть позавтракать и мчаться на базар. Деньги решил оставить у Ликуры. Когда загрузим машин и тронемся в горы, то все равно будем проезжать мимо нашего дома, вот тогда и заскочу за деньгами, а то всякое может случиться. Как я не старался делать все потише, но все равно, Ликура проснулась и пришла проводить меня. Условились, что когда я приду за деньгами, то позвоню в дверь, потом постучу вот так, и я отбил незамысловатый ритм. Ликура повторила за мной и, улыбнувшись, закивала головой. Наконец пришла пора поторопиться, а то я могу и опоздать. Торопливо оделся и побежал на базар. Мне повезло и я прибыл даже чуть раньше, чем рассчитывал. На мое удивление все уже было загружено в машину. Когда я заглянул, то глаза мои поползли на лоб от удивления. На глаз здесь было инструментов и оборудования на четыре телеги. Четыре телеги, четыре монеты. В принципе очень неплохо. Я кивнул головой сам себе и спрыгнул на землю. Когда обернулся, то увидел улыбающегося базаркома. Мы поздоровались и он поинтересовался, понравилось ли мне. Я молча показал ему большой палец, а потом прокашлявшись спросил, почему так много? Оказалось, что он просмотрел мой список, а так как раньше работал на заводе снабженцем, то на свое усмотрение включил кое-что дополнительно, так как я это не предусмотрел, кроме того, у меня было кое-что зачеркнуто, но по его, базаркома, мнению, все равно было нужно. Я спорить не стал, Попросил только включить тогда еще и плотные мешки, так как теперь везти все придется только на лошадях. Базарком пожал плечами и, подозвав какого-то молодого парня, отправил его за мешками. Через пятнадцать минут все было готово. Базарком поинтересовался, когда будет расчет. Я напомнил ему, что мы договаривались, что я передам ему монеты при разгрузке. Тот кивнул и махнул куда-то рукой. Буквально через минуту за газелью пристроился современный джип с водителем за рулем. На заднем сидении виднелся какой-то лысоватый мужчина, скорее всего тот, кто будет проверять золото. Я рассказал маршрут водителю газели, а когда повернулся, то базарком показал мне на старенькую шестерку. Я непонимающе посмотрел на него, тот улыбнулся и коротко бросил, что это грузчики. Умные люди деньги зарабатывают, а глупые только и умеют, что тяжести таскать. В принципе мне это было на руку, да и базарком подтвердил, что он хотел бы уладить все побыстрее. Я его заверил, что все будет тип-топ и мы расселись по машинам. Меня, как представителя заказчика, посадили рядом с тем лысым мужиком. Тот оказался действительно оценщиком и имел опыт работы с золотом. Базарком дал отмашку, и наша колонна двинулась в направлении гор. По дороге я попросил подъехать к моему дому, так как деньги я оставил дома. Водитель, по молчаливому согласию хозяина машины, подъехал к моему дому. Я выбрался из машины и степенно направился в подъезд. Не гоже бегать как пацан, ведь я солидный покупатель. Это уже в подъезде я пулей взлетел к себе на этаж и позвонил, а потом и отстучал наш условный стук. Ликура тут же открыла дверь. И передала мне четыре монеты. Я уже спокойнее спустился вниз и вышел из подъезда. Машина так и стояла с включенным двигателем, я подошел и сел в салон. Водитель тут же сорвался с места, и мы понеслись догонять колонну. Как мне объяснил базарком, ему не нужны проблемы с работниками дорожной полиции, а они обязательно за городом прицепятся к грузовой машине. Так бы и случилось, но наш джип вырулил вперед, и как только у полицейского возникало желание заработать на нашей газели, как тут же базарком, прямо из окна джипа разводил эту ситуацию.

По пути в горы таких мест было всего два, это пост экологов и стационарный пост дорожной полиции. Наконец мы свернули на проселочную дорогу и вскоре подъехали к домику лесника. Его самого не было дома, но жена была предупреждена, да и видела меня она, когда мы чаи с лесником гоняли. Она показала нам сарай, и мы приступили к завершающей фазе этой операции. Я организовал грузчиков, показал, куда и как выгружать инструмент и оборудование и отправился в машину к базаркому. Тот нетерпеливо ерзал на сидении, водителя не было, видимо он не входил в круг доверенных лиц. Я уселся удобнее и принялся извлекать монеты из внутреннего кармана. Когда появилась первая монета, то лысый мужик издал вздох восхищения, и по мере того, как я доставал монеты, он все больше и больше погружался в какой-то экстаз. Я поинтересовался, почему он так реагирует, на что тот мне ответил, что за свою бытность он насмотрелся на золото от слитков до монет. И ему даже не надо проводить анализ, так как он видит, что это монеты из чистого золота. Однако, работа есть работа и он принялся колдовать с какими-то химикатами. Капал на монету, потом что-то очень тихо говорил базаркому. Тот тоже проникся моментом, поэтому, когда мы выяснили, что я полностью с ними рассчитался, то базарком вытащил пачку пятитысячных купюр и всучил мне. Я непонимающе уставился на него. Тот улыбнулся и ответил, что это сдача, и кроме того, мне нужно будет рассчитаться с грузчиками. Каждому по пять тысяч. Я вздохнул с облегчением, так как денег у меня с собой практически не было, да и не только с собой, а вообще. Мы тепло распрощались, и я получил предложение, что если у меня опять возникнет необходимость, то я всегда знаю, к кому обратиться. Я искренне поблагодарил их обоих, так как не исключено, что я еще раз обращусь к ним. Мои коммерческие партнеры расцвели от уха до уха. Затем мы распрощались, и я пошел руководит процессом разгрузки. Джип уехал, а я присел на завалинке и постарался успокоиться. Все же я до конца не был уверен, что меня не обманут и просто не отнимут эти монеты. Конечно, я бы сопротивлялся и не факт, что противоположная сторона победила бы, но самое главное, товар бы я не получил, а у меня и так, каждый день на счету. Наконец я успокоился, приготовил пять бумажек по пять тысяч, и пошел к грузчикам. У тех работа спорилась, чувствовался опыт. Они не просто сбрасывали инструмент, а раскладывали его кучками, еще и сортируя. Наконец, через два часа работы были закончены, и я поблагодарил их. Я распрощался с женой лесника и пообещал с завтрашнего дня начать вывозить инструмент в горы. Если у меня и будет задержка, то только на один день. Парни стояли и терпеливо ждали, когда я с ними рассчитаюсь. Я выдал каждому по обещанной купюре, а пятую положил сверху и объяснил, что это за хорошую, качественную работу. Парни расцвели и сами предложили подвезти меня до города, я не стал отнекиваться, мне же сегодня еще к нумизмату нужно успеть. Мы сели в машину, гордость советского автопрома и уже через сорок минут я был возле своего дома. У меня в запасе оставалось еще полтора часа, так что можно закупить продукты и успеть покушать. Я заскочил в продовольственный магазин и набрал два больших пакета с едой. На мой звонок и условный стук в дверь, мне разрешили войти. Ликура увидев мое радостное лицо, да еще два пакета с едой сразу все поняла и обрадовалась, как ребенок. Теперь нам предстояло выдержать торги с нумизматом, и мы готовы отправляться в баронство.

Я разделся, и Ликура принялась помогать мне, выкладывая еду из пакетов. В этот раз я набрал деликатесов, консервы в банках и детское питание. Объяснил Ликуре, что мы завтра или послезавтра отправляемся домой, в баронство. Дорога длинная, и мы можем позволить себе не заниматься готовкой еды, а будем только разогревать готовую еду. А малышу взял детское питание на всякий случай. Когда сумки были разобраны, то Ликура попросила меня опять приготовить омлет. В этот раз она стояла у меня над душой и смотрела, как я его готовлю. Потом мы покушали, подождали, пока Ликура покормит малыша, а затем, прихватив шесть монет, мы направились к нумизмату.

.23.

Глава 23.

* * *

Рядом с Ликурой я чувствовал себя гораздо увереннее. Она, как-то уже вписалась в особенности нашей жизни, ее ритм. Видимо то, что она колдунья, объясняло такую высокую степень адаптации. Кроме того, Ликура могла за себя постоять и это были не пустые слова Она так лихо расправилась тогда с грабителями, правда и сил потратила много, но эффект того стоил. Вот и сейчас, я мог позволить себе расслабиться и, разговаривая с нумизматом, не опасаться за свои тылы. Ликура безоговорочно доверила мне вести переговоры, может впечатлилась моими успехами в приобретении инструмента, а может потому, что в последнее время узнала меня получше. Как бы там ни было, а автобус нес нас все ближе и ближе к завершающей фазе нашего пребывания в этом мире. Если все у нас получится, то мы завтра же выдвигаемся к границе перехода. Может Ликура еще поживет в моей квартире, а может у лесника, там посмотрим, но я прямо с утра начну загружать мешки и связывать их попарно. Я решил, что на каждую лошадь я буду укладывать четыре мешка, то есть две пары. Расстояние нам предстоит преодолеть небольшое, так что лошадки должны выдержать, а там, на месте перегрузим все в телегу, а на колесах везти гораздо легче, чем на спине.

Я так размечтался, что чуть не проехал нужную нам остановку. Мы, крича водителю, чтобы подождал, выбрались из автобуса и направились в нужную нам сторону. Я вчера специально просмотрел наш путь на компьютере, открыв карту города и проложив по ней наш сегодняшний маршрут. Ликура тогда стояла у меня за спиной и тоже смотрела на карту, но так ничего не поняла. Я пытался объяснить ей, что это карта города и вот так мы пойдем. Она не могла понять, как на этом плоском листе я вижу автобусы и дома. У них на родине охотники тоже рисовали карты, но это было скорее похоже на детские рисунки, ни масштаба, ни схемы всей местности, только основные ориентиры. И ведь потом могли передвигаться с помощью такой карты и даже, находили конечную точку. Это, правда, относилось только к охотникам. Да и такую карту могли разобрать только те, кто вместе жил и работал рядом с исполнителем карты. В чужих руках она была бесполезна.

Вот мы прошли пару дворов насквозь, и вышли к большой девятиэтажке. На нужном нам подъезде дверь была закрыта, но присутствовал домофон, так что я набрал номер квартиры и представился. Домофон запикал и дверь открылась. Мы с Ликурой и малышом прошли к лифту и через пару минут были на месте. Я позвонил в дверь и та тотчас же открылась. Я за всех поздоровался с хозяином и нам предложили войти в квартиру. Мы разделись, по очереди держа малыша на руках, а потом прошли в комнату. Здесь все дышало стариной. Видимо коллекционирование монет было не единственным увлечением хозяина. Он внимательно осмотрел нас, а потом пригласил меня к столу. Мы сели с двух сторон рабочего стола, а Ликура расположилась в кресле и внимательно смотрела на нас.

Хозяин квартиры представился. Оказалось, что зовут его Илья Степанович, и он профессионально занимается антиквариатом, а по совместительству еще и нумизмат. Он попросил меня выкладывать монеты, а сам встал и подошел к Ликуре и посмотрел на малыша. Поводил перед его глазами рукой и, видя, что зрачки никак не реагируют на резкую перемену света, кивнул своим мыслям и вернулся к столу. Я выложил все шесть монет. На лице Ильи Степановича отразилось удивление и он внимательно посмотрел на меня, а потом напомнил, что речь шла лишь о пяти монетах. Я послушно убрал одну монету со стола, и наш покупатель приступил к их осмотру. Сначала он, как и тот лысый мужичок, у базаркома, положил на тарелку одну из монет и капнул на нее какой-то жидкостью, а затем накрыл все это небольшим стеклянным колпаком. Сам в это время, вооружившись лупой, стал внимательно осматривать все монеты подряд. Наконец он принял какое-то решение и вернулся к той монете, что была обработана каким-то химическим составом. Он снял колпак, повторно капнул чем-то другим и стал смотреть на реакцию монеты. Та, по моему мнению, никак не реагировала. Так продолжалось довольно долго. Были проверены все монеты, как химией, так и визуально. Наконец он откинулся на спинку своего рабочего кресла и слегка улыбнувшись, начал со мной торговаться. Оказалось, что золотые монеты царской чеканки, так называемые "империалы", он бы взял по тридцать тысяч за штуку, но это не царские монеты, хотя вес у них гораздо больше, да и золото очень чистое. Но таких монет нет в каталогах а, следовательно, и цена у них будет низкая. В общем, он, скрепя сердцем, дает нам за все пять монет, двадцать тысяч. Получается, что каждая монета стоит четыре тысячи долларов США. Это было выше самых моих смелых ожиданий, но поторговаться стоило, и я начал поднимать цену. Давил на то, что таких монет сейчас в мире около десятка, не больше. Как только они засветятся на аукционах, то цена на них может подняться раз в пять. Так что я не прогадаю, если назначу за монету пять тысяч. В ответ мне прилетело возмущение и предложение одуматься. В общем, этот цирк продолжался довольно долго. Мы вошли в раж, каждый отстаивал свою точку зрения, но все же цену мне удалось поднять до четырех с половиной тысяч за монету. Наконец мы ударили по рукам, довольные друг другом и таким яростным торгом. Сам я никогда не торговался и брал на базаре все за такую цену, какую мне говорили, но здесь были не мои деньги, и я считал своим долгом отстоять честь баронства. Ликура с удивлением смотрела на меня. Она не могла оценить, много ли мы получили или мало, но следила за нами очень внимательно.

Когда Илья Степанович рассчитался со мной, то предложил обмыть сделку. Он достал из антикварного бара бутылку коньяка и пару фужеров. Плеснул в них немного этого янтарного напитка, и мы с ним чокнулись, отдавая дань потраченной энергии и полученному удовольствию. Выпили. Коньяк оказался отменным, теперь Илья Степанович вспомнил о нашей беде с малышом и порекомендовал мне знакомого врача. Он передал мне визитку, и я аккуратно переписал с нее номер телефона, а так же фамилию, имя и отчество врача. Наконец я, повинуясь кивкам Ликуры, стал раскланиваться с хозяином. Тот благодушно кивал, думаю, у него в голове уже выстраивалась цепочка ходов, которая поможет ему заработать на наших монетах еще столько же. Ребенок стал беспокойно ерзать, и мы поспешили распрощаться. Мы оделись, как всегда по очереди держа малыша, еще раз попрощались и заспешили домой. Когда мы отошли от дома нумизмата почти на квартал, Ликура спросила меня, можно ли доверять нашему покупателю. Я немного подумал, а потом успокоил ее. Если бы он хотел устроить нам ограбление или еще что-нибудь похуже, то не приглашал бы в свой дом, хотя, можно было и квартиру снять, но уж сумма слишком маленькая, чтобы проворачивать такую аферу. Самое большее, что может быть, это банальное ограбление где-нибудь в подворотне. Ну, будут нам угрожать ножами, может быть пистолетом, но стрелять не будут, слишком много шума. Думаю, что только ножи и кулаки. Деньги отберут и сбегут, а мы их даже догнать из-за ребенка не сможем. Наконец мы забрались в автобус и, учитывая, что еще не наступил конец рабочего дня, то народу было немного, так что мы просидели всю дорогу. Ликура успокоилась только, когда мы переступили порог моей квартиры. Мы разделись, уложив малыша на кровать и Ликура пошла готовиться кормить сына, а я сидел рядом с малышом и развлекал его, давая ему в руки погремушки. Потом меня отправили готовить ужин, а Ликура принялась кормить малыша грудью. Когда она, уставшая и голодная, появилась на кухне, у меня все уже было готово. Мы сели за стол и долго молча ели, а еще дольше пили чай с конфетами. Вещи у нас все были собраны еще вчера, так как мы не знали, как у нас пройдут переговоры, может, придется срочно отсюда бежать. В общем, мы еще раз проверили, все ли взяли и пошли досматривать фильмы про Гари Поттера. Ликура, видя мое состояние, предложила не переводить, так как перевод все равно ничего не объясняет, а просто смотреть ей нравится даже больше чем со звуком. Ликура смотрела фильм, но я видел, что мысли ее были далеко, видимо соскучилась по своему дому и мужу. Нужно было вывести ее из этого состояния, поэтому я попросил ее пока пожить здесь, а я все приготовлю к нашему возвращению в баронство. У Лесника пожить не получится, так как места у него в доме мало, да и удобств гораздо меньше чем здесь. Я постараюсь управиться за один, максимум за два дня, а потом приду за ней и мы прямо отсюда отправимся к переходу. Ликура не хотела соглашаться, но элементарная логика подсказывала, что так сделать нужно. Она согласно кивнула головой, и мы решили ложиться спать, так как завтра я выйду из дома пораньше.

.24.

Глава 24.

* * *

Утром, наскоро позавтракав, пока мои гости еще спали, я пробрался в коридор и быстренько одевшись, стал загружаться. Я взял запасной рюкзак, в который вчера уложил все, что купил малышу, туда же положил всю сумму денег, полученную от нумизмата. Затем ремнями обвязки я перевязал коробку с детской коляской. Проверил, как буду это нести и вышел из квартиры. По опыту прошлых походов в горы я уже четко знал график движения автобусов, поэтому к остановке подоспел вовремя. Еще около сорока минут, и я вышел на нужной мне остановке. Пристегнул коробку с коляской к рюкзаку и закинул за спину. Проверил, как поклажа держится на мне, попрыгал и пошевелил плечами. Вроде не сползает и не мешает при движении, все, можно отправляться к переходу.

Шлось легко, вес был хоть и большой, но все было пристегнуто плотно и не раскачивалось а, следовательно, не мешало ходьбе. По протоптанной тропинке я стал подниматься в горы. Тропа была знакомой, поэтому поднимался без особых осложнений, если не считать, что несколько раз зацепился коробкой за низко нависающие ветки елей, но это случилось уже на подходе к месту перехода, так что я просто выпутывался из раскидистых лап, и поднимался дальше. Вот и показалось знакомое место. Я не стал останавливаться, а так и продолжил движение к точке перехода. Пройдя по спирали я, как и в прошлые разы выбрался в мир Ликуры. Прошел к спрятанной телеге и рядом с ней спрятал свои вещи. Потом оставил знак лошадям, а сам отправился обратно.

Выйдя из перехода, я разбросал снег, чтобы не было видно моих следов, не хватало еще, чтобы кто-нибудь заинтересовался исчезающими на снегу следами, и отправился к домику лесника. Этот переход, налегке, занял не более двадцати минут. У лесника дома были все, так что я поздоровался и предупредил, что буду готовить вещи к погрузке и может быть, уже сегодня начну перевозку инструмента. Оставил леснику оговоренную плату в виде инструмента и отправился в сарай. Там начал загружать мешки и связывать их попарно, чтобы можно было перевешивать их через спину лошади. Соорудил даже нехитрую лебедку, чтобы можно было загружать мешки на лошадей в одиночку, используя натянутую толстую металлическую проволоку, по которой каталось труба с цепью, к которой привязывали собаку, когда вся семья уезжала из дома. При таком варианте у меня получится загружать лошадей прямо в воротах, а это мне на руку, так как не хотелось показывать леснику моих коней, которые не совсем походили на земных лошадей. Я управился с загрузкой одной трети инструментов часа за два. После этого предупредил хозяев, что пойду за лошадьми, те понимающе кивнули. В горах не очень-то легко перетаскивать тяжелый груз без лошадей. На себе много не унесешь, да и тяжело. Машина здесь не пройдет, а вертолет, это просто нереально.

Я припустил по знакомой лесной дороге, вскоре я опять выписывал зигзаги в спирали перехода. Когда вышел из тумана, то сразу увидел лошадей. Те, тоже увидели меня, и радостно зарычав, бросились ко мне. Я погладил всех четверых и, взяв самую смелую из них за гриву, потащил к переходу. Она слегка дрожала, но я успокаивал ее и, слегка похлопывая по шее, вел ее за собой. Когда мы вышли из перехода, то я глазам своим не поверил. За нами выходили оставшиеся кони. Они зубами держались за хвост впередиидущей лошади. Это несколько облегчало мне задачу, так как изначально я планировал перевозить груз только на одной лошади. Сейчас у меня было приготовлено двадцать парных комплектов мешков. Все же мой утренний труд не пропал даром. Я предложил лошадкам погулять здесь, так как мне нужно было перенести все мешки, которые мы сегодня увезем, в одно место, поближе к тому, где была прикреплена проволока. Около тридцати минут у меня ушло на то, чтобы стащить все шестнадцать мешков. Я подозвал первого коня и поставил его в проеме ворот головой на улицу, чтобы не было видно передних лап и оскаленной пасти. Потом прошел в сарай и с помощью лебедки приподнял первую пару мешков так, чтобы можно было зацепить их за трубу на проволоке. Я зацепил веревку за трубу, и покатил первую пару к воротам. Когда дотащил до конца то, подогнал лошадиную спину поближе к мешкам и, встав на дверь ворот и калитку, поднатужившись, перенес первую пару на спину коня. Тот практически не шелохнулся, тогда я бегом бросился за второй парой. Так я и носился, меняя то мешки, то лошадей. Наконец я загрузил последнего коня и, прикрыв ворота, отправился с лошадками к переходу. Было уже половина пятого, когда мы подошли к месту входа в портал. Я, как и в прошлый раз, взял первого конька за гриву и пошел с ним в переход. Обернувшись, увидел, что все кони прошли следом за нами, ухватив поднятый, для их удобства, хвост впередиидущей лошади.

Вот, наконец, и новый мир. Мы сразу направились к спрятанной телеге. Как только подошли к ней, так я начал разгружать моих лошадок, так как было видно, что веревки вдавливают кожу на спинах лошадей. Около часа у меня ушло на то, чтобы разгрузить коней. Место в телеге оставалось буквально на пару мешков, но я напомнил себе, что будем еще мы, то есть я и Ликура с малышом, так что грузить больше ничего не буду, итак, мешки лежат в два ряда. Коней попросил не бросать груз, а мы с Ликурой будем здесь через три дня. После этого я отправился в обратный путь. Солнце садилось, а мне нужно было успеть выйти на дорогу хотя бы в сумерках, а не в полной темноте, поэтому я бросился бегом. Как я ни торопился, а к автобусу опоздал, и мне пришлось ждать следующий, а это лишние тридцать минут. Конечно, если бы я раньше стал спускаться с хребта, то мне не пришлось бы в самом конце пути идти почти на ощупь. Меня спасало то, что я иногда видел свет от фар проезжающих по дороге автомобилей. Это хотя бы давало примерное направление. В общем, я видел, как уходит автобус, но до него было еще далеко, так что я не стал, сломя голову нестись вперед в полнейшей темноте. Остановка была оборудована скамейкой, так что я сел и вытянул ноги, пусть отдохнут. Так и просидел все тридцать пять минут в одиночестве, никто больше на остановку не пришел.

Подошедший автобус был почти пустой. Я забрался в него и только тут почувствовал, как устал. Тепло и гул двигателя убаюкивали, так что я слегка задремал. Водитель растолкал меня, когда никого в салоне уже не осталось. Он сделал это как-то буднично, видимо ему часто такие пассажиры попадаются. Я поднялся с сидения и поплелся к выходу, постепенно приходя в себя. Еще одно путешествие на автобусе и вот я уже подхожу к своему дому. Свет фонарей разрывал зимнюю ночную темень. У меня на кухне тоже горел свет, так что я поспешил наверх, к своей квартире. Позвонил в дверь и стал открывать дверь ключом. Ликура должна была на звонок открыть внутреннюю задвижку. Наконец та щелкнула, и я оказался дома. Пока я раздевался, Ликура вопросительно смотрела на меня. Я поставил ботинки и, выпрямившись, утвердительно кивнул ей. Потом рассказал, что телегу загрузил полностью, там и осталось места, только нам троим. Одна телега, это треть объема купленного инструмента, так что нужно будет сразу по приезду отправить еще две телеги. Когда доберемся к переходу, то еще один земной день уйдет на то, чтобы упаковать весь оставшийся инструмент в мешки. Потом на лошадях вывозим все к телегам и добираемся в баронство. Потом подумал и высказался на тему золота и денег. По моим предположениям, они будут целее, если их спрятать рядом с переходом. Со стороны баронства, тогда и Ликура сможет до них добраться и я, если мне что-то понадобится.

.25.

Глава 25.

* * *

Утром вышли, как только позавтракали. В дорогу, прямо в магазине, загрузили мой запасной рюкзак консервами, кашами быстрого приготовления, не забыли сахар с конфетами и печением, а также китайскую лапшу из моих запасов. Хлеба взяли четыре булки, так что должно будет хватить на весь переход. Я решил закупить у лесника еще и мешок картошки, уж его-то я смогу и на себе до телеги дотащить. В общем, ближе к десяти утра мы уже стояли на остановке возле моего дома, а в начале одиннадцатого, на конечной остановке автобуса, который увезет нас в горы. Я не хотел нанимать такси. Так мы привлекаем меньше внимания. Подумаешь, двое купили что-то и теперь везут его к себе домой в горы вместе с ребенком. Все, что нужно, не вырастишь возле дома, поэтому кое-что люди вынуждены закупать в городе, так что здесь не подкопаешься. Какой-то я стал мнительный.

Я нетерпеливо поглядывал на часы, но автобус пришел точно по расписанию, минута в минуту. Мы загрузились в автобус, но сели так, чтобы быть поближе к двери. Все-таки рюкзак получился большой и с ним не побегаешь по всему автобусу. Наконец водитель закрыл двери, и машина стала набирать скорость. За окном мелькал знакомый пейзаж, сегодня было тепло, так что идти будет хорошо. Чистый воздух, легкий морозец и яркое солнышко. На солнечной стороне снег начнет таять где-то ближе к обеду, мы к этому времени уже будем подходить по дороге к месту перехода. Так мы и добрались до остановки на лесничество. Вышли и стали подниматься в гору. Я специально решил набирать высоту отсюда. Здесь подъем был положе, да и к леснику зайти все равно нужно. Во-первых, предупредить, что все остальное заберем через неделю, а во-вторых, купим у него мешок картошки. Он все равно мотается в город, вот и докупит, если у него начнет картофель заканчиваться. Я нес рюкзак и малыша. Они друг друга уравновешивали, да и для меня это был нормальный вес.