— Не думал же ты, что я стану рисковать тобой? Снова, — ответил Баки и перевел взгляд на живот Стива, обтянутый тонкой футболкой. — Прости, кстати.
— Ерунда, я…
— Я сейчас расплачусь, — вставил свои пять центов Тони. — Такое трогательное воссоединение. ДЖАРВИС, звони Ксавьеру. Если кто-то думает, что я поверю оружию ГИДРЫ на слово, то он ошибается.
— Позволю себе заметить, сэр, что сейчас половина третьего ночи, — прозвучал вежливый голос.
— Ладно, добавь в список дел на утро. Вы двое останетесь в башне, пока я не выясню…
— Черта с два ты будешь распоряжаться мной, — очень спокойно возразил Баки.
— Тони, не перегибай, — подал голос Стив, — не заставляй меня пожалеть о том, что я вообще пришел сюда сегодня.
— Ты понимаешь, что… — снова начал заводиться тот, но Наташа поднялась, потянулась и сказала, глядя на Стива:
— Я на машине, могу подбросить.
— Спасибо, — поблагодарил тот. — Идем, Баки.
— ДЖАРВИС…
— Только посмей заблокировать здание, разнесу тут все, — пообещал Баки.
— Я помогу, — спокойно пообещала Наташа. — Свобода передвижения гарантирована конституцией, к тому же существует такое понятие как презумпция невиновности, так что советую совладать со своим эго, Старк.
Она направилась к лифту, покачивая бедрами, и Баки, ухмыльнувшись, последовал за ней.
— Твой бойфренд доставит нам кучу неприятностей, Роджерс, — тихо произнес Тони. — Запомни мои слова.
— До завтра, Тони, — Стив на прощание сжал его плечо и тоже направился к лифту.
— Спасибо за пиццу и понимание, Тони, — сам себе сказал Старк, — и за то, что ты пытаешься обезопасить всех нас, предоставляешь свои ресурсы для борьбы с мировым злом…
Вздохнув, он посмотрел на притворяющегося спящим Клинта, погасил свет и вышел.
***
Наташа что-то коротко спросила у Баки по-русски, тот так же немногословно ответил ей, и всю дорогу до дома в машине стояла наполненная блюзом тишина.
— Спасибо, Нат, — поблагодарил Стив, когда роскошный ягуар плавно остановился у его дома. — И за то, что подбросила — тоже.
— Я приглядываю за тобой, — без тени улыбки сообщила та и добавила: — Сбор сегодня в пять, и потрудитесь в следующий раз обуться, прежде чем выйти осенью на улицу.
Не дожидаясь ответа, она подняла стекло и уехала, а Стив взглянул на босые ноги Баки, на свои насквозь промокшие домашние тапочки (спецназ не собирался ждать, пока они подыщут более подходящую одежду) и сказал:
— Пойдем домой, Бак.
========== Часть 2 ==========
Следующая неделя была адом на земле. Несмотря на то, что Чарльз Ксавьер поручился за Баки своей репутацией, сообщив во всеуслышание, что в голове бывшего Зимнего Солдата не осталось ни единого триггера ГИДРЫ и память его восстановилась в полном объеме, Тони все равно не мог отказать себе в почти беззлобных (по его меркам) нападках на «отмороженного бойфренда Кэпа». Стив на «бойфренда» каждый раз вскидывался, как бык при виде красного плаща тореадора, а Баки лишь тер левый кулак, будто он у него чесался.
— Тони, может, хватит, — в который раз повторил Стив, но теперь, судя по едва заметной морщинке между бровями и окаменевшей челюсти, терпение его было на пределе.— Давай займемся планированием операции и оставим Баки в покое.
— Баки вроде не возражает, — деланно удивился Тони, выводя на большой экран доработанный план базы. — Чарльз сказал, что то, что сейчас есть у твоего друга в голове, не имеет никакого отношения к ГИДРЕ, но проблема в том, Кэп, что у твоего милого Баки слишком много его личных тараканов для того, чтобы я мог доверять ему.
— Я не прошу тебя, — Стив на мгновение опустил голову, а потом снова упрямо взглянул Тони в глаза, — доверять ему, хотя это было бы неплохо, мы все-таки планируем сражаться как одна команда, я настоятельно рекомендую тебе не цеплять его по поводу и без.
— Эй, Стиви, — Баки как ни в чем не бывало сидел за общим столом в конференц-зале и поигрывал одним из своих многочисленных ножей, — я уже взрослый мальчик и в состоянии сам о себе позаботиться. Если бы я душил каждого, кто нелестно отзывается обо мне, моих умственных способностях и психологических проблемах, ресурс у приводов моей руки вырабатывался бы вдвое быстрее. Говард тоже любил потрепаться, ему так лучше думалось, может, Тони по наследству достался этот досадный изъян.