Моисей. Записки Финееса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Моисей карает нечестивых

Трудно передать то душевное смятение, ту тревогу, в которой пребывал Моисей. Он спускался по горной тропинке, бережно держа две каменные плиты, с обеих сторон которых рукою Всевышнего были начертаны Десять заповедей, и рисовал себе картины одну другой мрачнее. На склоне горы его поджидал Иисус Навин. Он принялся уговаривать Моисея остановиться передохнуть или хотя бы дать ему, Иисусу, как более молодому понести одну скрижаль. Моисей, не отвечая, шел так быстро, словно тяжесть скрижалей была ему нипочем. Спутник едва поспевал за ним.

По мере того, как они спускались в долину, все слышнее из стана израильтян доносились шум и громкие крики. Тропинка извивалась по склону так прихотливо, что видеть происходящее там было невозможно.

— Кажется, на наш лагерь напали, идет сражение, — с беспокойством сказал Иисус.

Моисей прислушался, лицо его еще больше помрачнело:

— Нет, — сказал он. — Это не торжествующие крики победы и не предсмертные вопли побежденных. Это голоса поющих, и песни эти мне совсем не нравятся…

Тропа вывела их к подножию горы, отсюда хорошо был виден лагерь, и сразу стало ясно, что творится там нечто неладное. Толпа плясала и бесновалась вокруг какой-то фигуры, стоящей на земляном возвышении.

— Так-то они держат клятву, данную Господу! — в страшном гневе вскричал Моисей. — Так-то верны слову исполнять все заповеди и слушать Бога![21]

Завет, который Предвечный заключил с Израилем, отныне был разрушен!

Пророк в бешеном порыве бросил скрижали на скалу. Хрупкий камень раскололся на несколько кусков…

Было это в семнадцатый день первого летнего месяца. Поистине, один из самых несчастливых дней в истории нашего народа.

Они сошли в долину и устремились к лагерю. Им навстречу попалась немолодая женщина. Она подробно рассказала о том, что произошло в отсутствие Моисея.

— Аарон сделал им бога, и они радуются. А нам, женщинам, не по душе эти игрища.

Моисей ворвался в стан израильтян, как вихрь, расталкивая толпу, подошел к изваянию тельца и бросил его в огонь. Позже, когда деревянная статуя сгорит, пророк размешает пепел в воде и заставит народ отпить, дабы все ощутили горечь своей вины.

— Аарон, разве ты враг своему народу, что ввел его в такой страшный грех? — с болью спросил он брата. — Для того ли мы с Божьей помощью освободили израильтян из рабства, чтобы отвратить их от пути Господа?

— Не сердись, Моисей, господин мой, я сейчас все тебе объясню, — виновато и чуточку жалобно отвечал Аарон. — Ты же знаешь этот народ, как он буен и непокорен. Людям нужен божок, они хотят поклоняться чему-то, что перед глазами, что можно потрогать. Тебя так долго не было… Народ растерялся и почувствовал себя брошенным. Они приступили ко мне, требуя сотворить им кумира. Если бы я отказался, меня бы растерзали на клочки — грубые, необузданные люди. Подумай, ведь это хорошо, что они обратились ко мне, твоему брату, а не к кому-нибудь другому. Значит, они нас уважают, этим надо дорожить… Пусть себе пляшут вокруг быка, резвятся, тешатся. У нас будет еще время воспитать их и обратить на пути Господа.

Моисей не мог поверить своим ушам. И это говорил его брат, ближайший к нему и второй после него человек в Израиле!

— Главное — быть вместе с народом, сохранить его доверие и влияние на него, — продолжал Аарон, слегка ободренный молчанием брата. — Сохранив влияние, мы сможем постепенно отвратить людей от ложных обычаев. Вождь, имеющий дело с таким строптивым и необузданным народом, должен уметь идти на временные уступки…

— Народ необуздан потому, что ты допустил его так опозориться перед нашими врагами. Вождь, имеющий дело со строптивым народом, должен уметь смирить и обуздать его! — устало возразил Моисей. — Лучше я останусь один, чем пойду вслед за своим народом на плохое дело. Но никогда не останется одиноким в народе тот, с кем Бог и правда. Не все плясали вокруг идола, многие стояли в отдалении, глядя на эту мерзость с осуждением. Почему ты не с ними? Почему не во главе их?

С этими словами пророк призвал к себе всех, кто стоит за Господа. На призыв отозвались только сыны колена Левия — самого малочисленного, но и самого сплоченного и сильного духом и наиболее твердого в вере.

— Пройдите по стану, от ворот до ворот и обратно, — обратился к ним Моисей, — и убивайте упорствующих отступников и поражайте нечестивых мечами, даже если это ваши братья, ваши друзья, ваши ближние. Ибо так требует Господь, Бог Израиля.

И сделали левиты по слову Моисея, и пало в тот день из народа около трех тысяч человек.

Поистине, то был страшный день — семнадцатый день первого летнего месяца! Но только такой великой жертвой можно было искупить великий грех.

На другое утро Моисей сказал народу:

— Вы сделали великий грех. Я взойду к Господу, постараюсь смягчить Его и загладить ваш грех.

Он возвратился в Синай и обратился к Предвечному со словами стыда и мольбы:

— Ах, виноват народ мой, безмерно виноват пред Тобою! Простишь ли им сей грех? А если нет, изгладь меня из свитка Своего, в который Ты вписал каждого живущего.

Говоря так, Моисей, как вы понимаете, проявил высшее благородство и высшую степень ответственности, которую только может принять на себя Вождь: готовность принять на себя вину своего народа и разделить его судьбу, пострадать вместе с ним. Моисей прекрасно понимал, сколько многим он рискует. А ведь другой бы на его месте, возможно, рассуждал бы примерно так: лично я ни в чем не виноват пред Господом, я не участвовал в греховных делах. Пусть Всемогущий накажет других, почему я должен за них отвечать?

Прошло сорок дней, и только тогда Господь ответил на мольбы Моисея:

[21] Исх., 19: 8; 24: 7.