Моисей. Записки Финееса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Аарон, Надав, Авиуд и семьдесят старейшин сопровождали пророка, но они издали поклонились Господу и остановились на склоне, а на вершину дозволено было взойти одному Моисею.

Мне до сих пор непонятно, как Моисей, неся на плечах бремя прожитых лет, смог взобраться на столь крутую и отвесную гору.

Среди ясной погоды вдруг разразился сильнейший гром и хлынул ливень, какой никогда прежде не бывал на Синае. Гора дымилась, как плохо потушенный костер. Сверкали фиолетовые молнии, гремел гром, сотрясавший шатры, и люди затаились в страхе, считая, что Господь поразил их вождя и оставил их сиротами. Они решили, что их ждет та же участь.

Но на самом деле это Господь указал сынам Израиля, что находится рядом с ними и вступил в милостивое общение с Моисеем, дабы через него заключить Завет с Израилем.

Застыв в трепетном ожидании, весь народ в праздничных одеждах выстроился вдоль запретной черты и приготовился к встрече необычайных событий. Так прошло два дня, и великое событие наступило!

В середине весны ранним утром огромная туча вдруг закрыла вершину горы, сверкнула молния, превратив всю гору в огненную печь, загрохотал гром, раскатываясь от утеса к утесу и повторяясь многократным эхом.

Все мы, от мала до велика, пали наземь и в ужасе закрыли руками глаза. Но как ни потрясающе было открывшееся зрелище, еще величественнее были слова, которые услышал Израиль — простые и всем понятные слова, полные глубочайшего значения.

Это были Десять заповедей, в каждой из которых открывалась вековечная истина и Божественная воля.

Десять заповедей

Вот Первая из них: «Я — Господь, Бог твой, да не будет у тебя других богов». Всемогущий, Предвечный, Бесконечный предстает перед нами как Творец каждого из нас — повелевающий, взыскивающий, требующий и карающий. От Него мы получили жизнь и все необходимое для нашего существования. Нелепо и отвратительно одно предположение о том, вправе ли мы не признавать Бога, отвергнуть Его, сомневаться, стоит ли Его принимать, а если принять, то этого ли Бога или какого-то другого. Вместе с тем Бог не только Создатель, но и Отец. Он говорит о себе, что Он — наш, т. е. каждого из нас, мы не чужие Ему, Он любит нас и подтвердил эту любовь тем, что вывел нас из Египта, освободил от рабства.

Эта заповедь — основа нашей веры, наших поступков, всей нашей жизни, и всем нам она кажется самоочевидной, самой простой и всем понятной. Но это не совсем так. Во времена моего детства и юности даже среди народа Израиля — избранного народа! — далеко не каждый глубоко, всем умом и сердцем, верил, что Бог — един. Увы, многие из нас считали, что Предвечный — всего лишь один из многих богов (пусть даже самый могущественный). А иные в гибельном ослеплении доходили до того, что отвергали Предвечного (подробнее об этом я расскажу дальше). Если такими оказывались потомки Авраама, Исаака и Иакова, что же говорить о жалких язычниках! Гордящиеся своей ученостью египтяне творят богов из всего, что видят вокруг себя и что человек не может объяснить. У них и Солнце — бог, и Луна — бог, и небеса — бог, и Нил — бог. По их верованиям, божественную сущность имеют и поэтому достойны поклонения озера, рощи, звезды, животные и так далее. А на северо-западе, в стране Иаван[6], говорят, обитает народ, который творит богов даже из людских пороков и болезней. Я знаю, вам трудно будет в это поверить, но у иаванцев есть боги гнева, лжи, алчности, похоти, мошенничества, безумия! Поистине, нет предела человеческой глупости!

Вторая заповедь запрещает делать себе кумира или каких-либо изображений того, что мы видим вверху на небе, внизу на земле, под землею и в воде. Нельзя молиться этим изображениям, приносить им жертвы и служить любым образом. Тот, кто служит богам другим, которых не знали наши отцы, кто поклоняется идолам чужого народа, разрывает свою связь с истинным Богом, не хочет признавать Его как единственного Создателя и Царя вселенной. Тем самым он отказывается и от своего народа. Таких мы обязаны убивать, даже если это будет брат, сын, лучший друг[7].

Долгая жизнь научила меня, что в кумира грешный человек способен превратить не только изваяния, какие-нибудь литые фигуры или изображения на камне, но и деньги, богатые одежды, любимую наложницу. Кумир — это все, ради чего мы готовы забыть Предвечного, отступиться от Него, нарушить Его запреты, идя стезей зла. «Я Господь, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода», — так говорит Предвечный ненавидящим Его[8].

Иногда ученики меня спрашивают: «Как может наш милостивый и человеколюбивый Господь карать сына, внука, правнука за то зло, которое совершили не они, а их отец или более отдаленный предок? И не Сам ли Он говорит, что дети не наказываются смертью за грехи отцов?[9] Разве у грешного отца не может быть праведный сын?»

Нет, друзья мои, Всемогущему нет нужды мстить ослушнику, наказывая его потомство: грешник сам наказывает своих детей, ведь они идут по стопам родителей, перенимают их пагубные привычки и таким образом становятся как бы соучастниками всевозможных нечестивых деяний.

Третья заповедь гласит: «Не произноси напрасно имени Божия». Это установление тоже вызывает у моих юных слушателей вопросы, и прежде всего о том, что значит «напрасно», «всуе». Спрашивают также, почему Господь придает такое значение этому требованию и возводит его в степень самых важных.

Обычно я отвечаю примерно так. Мы любим и чтим нашего Бога, поэтому и к святому Его имени должны относиться благоговейно и трепетно. Имя Свое Он открыл Моисею по его просьбе и с определенной целью, ибо знание Имени было одним из доказательств особой роли Моисея как исполнителя Божьих предначертаний. Имя Его, выраженное в четырех знаках, подобает славить и хвалить, призывать на помощь в самые трудные минуты. Употреблять Имя в повседневных речах, в клятвах и свидетельствах (уже не говорю о проклятиях) — значит проявлять неуважение к Благословенному. Я думаю, следует произносить имя Предвечного как можно реже и в особые дни, подобно тому, как не носим мы в будни дорогие праздничные одежды, чтобы не истрепать их и чтобы отделить праздник от прочих дней.

Некоторые умные и уважаемые люди считают, что в самом Имени заключена некая волшебная сила и что простому народу не следует произносить Имя не только попусту, всуе, но и вообще, никогда. Я полагаю, это небезосновательное суждение, ибо Господь говорит, что не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно. Следовательно, если возникло хоть малейшее сомнение, «напрасно» или «не напрасно», лучше от произнесения Имени на всякий случай воздержаться. Но сейчас я не хотел бы вдаваться в обсуждение этого вопроса, он требует отдельного обсуждения.

Четвертая заповедь повелевает помнить и святить день седьмой — Субботу. Шесть дней мы должны трудиться и делать всякие наши дела (заметим, трудиться, точнее, любить труд и находить в нем радость — тоже Его заповедь!), но Суббота принадлежит только Богу. День субботний соблюдал праотец наш Авраам и весь наш народ еще до исхода, пребывая в рабстве, и египтяне не осмеливались покушаться на этот обычай. Но с дарованием Израилю Закона установилось и самое суровое наказание для осквернителей Субботы[10]. Впрочем, нарушителей этой заповеди я за свою жизнь могу припомнить только двух или трех. И неудивительно. Суббота — один из способов чтить Создателя, почившего от дел, как всем известно, в день седьмой от сотворения мира. Через соблюдение Субботы мы приходим к соблюдению всего Закона и получаем от Господа благословение на грядущую неделю, укрепляем и обновляем свою душу для предстоящих дел. Можно сказать, Суббота нам нужна для того, чтобы уйти от мелочных повседневных забот, осмыслить, чего от нас хочет Бог, во имя чего мы трудились предыдущие шесть дней и ради чего будем трудиться шесть дней следующих.

В субботу нам надлежит покоиться, как если бы все дела наши были уже исполнены. Желательно даже в мыслях не обращаться к мелким повседневным заботам. Пусть все в природе идет своим чередом, как если бы нас не было!

Конечно, изощренный ум грешника поспешит отыскать лазейку в некоторой неопределенности понятий «дело», «работа», «покой». Мол, как провести грань между работой и покоем? Если дозволительно в Субботу ходить, разговаривать, вкушать пищу и совершать супружеское соитие, а изучать Тору даже похвально, то почему нельзя, например, печь хлебы? Нелишне поэтому напомнить, хотя бы в общем виде, безусловно запрещенные в седьмой день занятия: все полевые работы, охота, выделывание шкур и шерсти, вымешивание теста, печение, шитье, прядение, ткачество, переноска грузов, битье молотом, развязывание и завязывание узлов, зажигание и тушение огня.

Четыре эти заповеди определяют отношения человека к Господу, и в исполнении их находит выражение наша любовь к Богу. Остальные шесть касаются наших отношений в семье, с нашими родными и соплеменниками. В этих заповедях выражается наша любовь к ближнему.

Пятая заповедь: «Почитай отца своего и мать свою, и хорошо тебе будет, и долго проживешь на свете». Тут, кажется, все ясно. Родители для нас — прообраз Бога в семье: жизнедатели, заботливые покровители, любящие защитники, но и судии, наказующие нас для нашего же блага. Почему Господь ставит почитание старших непременным условием нашего счастья и долголетия? Думаю, ответ прост. Как мы относились к своим родителям, так и наши дети будут относиться к нам. Они, наши дети, суть нам лучшая награда за праведность или злейшее наказание за нечестивые дела, в них наше счастье и утешение в старости, да в них и сама возможность спокойно дожить до преклонных лет. Напомню, что Закон предписывает почитать не только наших родителей, но и вообще стариков[11].

Почитание родителей для нас сызмальства становится законом не столько Божеским, но как бы данным самой природой, прирожденным человеку. Однако он не является чем-то заложенным в нас от рождения. У некоторых народов дети обрекают на голодную смерть своих беспомощных стариков, чтобы не кормить лишний рот. У других умерщвление престарелого отца является почетной обязанностью старшего сына. Есть племена, где уважением и особыми правами пользуется только отец, но не мать, которая после смерти главы семейства поступает в полное подчинение сыновьям.

Вернусь к случаю, о котором упоминалось выше. Однажды Моисею, судившему народ, привели юношу, злословившего свою мать. Для любопытствующих сообщу, что он называл ее блудницей. По Закону такое дело наказывалось смертью[12]. Казнью чрез побивание камнями карается не то что оскорбление родителей, но даже непокорство по отношению к ним[13]. Но тут дело осложнялось тем, что мать сего юноши и в самом деле была блудница и прижила сына от неизвестного египтянина. Судьи не могли разобраться самостоятельно и обратились к Моисею, предлагая прибегнуть к более мягкому наказанию и пощадить молодого человека. Однако Моисей был тверд: «Истребить мерзость, чтобы все израильтяне услышали и убоялись».

Шестая заповедь: «Не убивай». Жизнь дана нам Богом, по образу и подобию Которого мы сотворены. Никто не вправе по своему произволу лишать другого жизни, ибо не может ее дать или вернуть, заменить или восполнить. Я толкую шестую заповедь расширительно: Бог запрещает не только убийство, но и все, что ему обычно предшествует и может к нему привести, то есть обиду, гнев, вражду, ненависть. Прямое указание на это содержится в Законе[14]. Никто из израильтян не должен хранить у себя яд или иное вредоносное снадобье. Если оно будет найдено, то хранитель яда подлежит такой же смерти, какой собирался извести другого.

Я считаю, и многие со мной в этом согласны, что даже вынужденное убийство на войне — тяжкое бремя для души. И не следует ликовать, когда враг повержен. Напомню, что в праздник Пасхи мы отливаем из бокала десять капель в знак сочувствия к египтянам, подвергнувшимся десяти казням.

Седьмая заповедь запрещает предаваться блуду. Излишне пояснять, что супружеские узы, как и любовь мужчины и женщины, — от Бога. О том, какое значение Он придает супружеству, свидетельствует хотя бы Его предписание о том, что молодожен в первый год после свадьбы не должен идти на войну, но увеселять жену свою[15]. Всяческий разврат есть мерзость в очах Бога. Он велит казнить смертью прелюбодеев, скотоложцев, содомитов, насильников, а также сожительствующих с близкими родственниками. Увы, должен признать, что дела, связанные с прелюбодейством, были одними из самых частых в бытность мою судьей.

Справедливости ради скажу, что не только законы против блудодеев, но и сами понятия о блудодействе у Израиля несравнимо строже и определеннее, нежели у любого другого народа. Кровосмесительство, скотоложство, сожительство мужчины с мужчиною и прочий гнуснейший разврат у иных племен считается делом не только вполне обыкновенным, но и, страшно вымолвить, священным! В этом они берут пример со своих богов, которые предаются самому постыдному и презренному разврату. Уму непостижимо, сколь велика может быть языческая разнузданность!

Добавлю, что исполнение седьмой заповеди предполагает целомудренное семейное воспитание и недопущение к блуду сыновей и дочерей[16].

[6] Греция.

[7] Втор., 13: 6 — 11.

[8] Исх., 20: 5.

[9] Втор., 24: 16.

[10] Исх., 20: 9; 31: 14; 35: 2. 112

[11] Лев., 19: 32.

[12] Исх., 21: 17; Лев., 20: 9.

[13] Втор., 21: 18–21.

[14] Лев., 19: 17–18.

[15] Втор., 24: 5.

[16] Втор., 23: 17.