Да, Дневник, мое совершенное творение. Интересно, где он сейчас? Нашел ли его кто-нибудь? За его сохранность я не беспокоился — его невозможно уничтожить. Разве что Смерти.
Годы шли, я рос. Вымахал я изрядно, несмотря на скудную пищу. Почему так получилось — непонятно. Сейчас мой рост составлял больше двух метров. Из-за постоянных упражнений мое тело тоже было не в особо плохой форме. Не то идеальное здоровье, что раньше. Сильно подорванное здоровье, но я все-таки мог составить конкуренцию более молодым и здоровым.
Я не терял надежду выбраться отсюда. И я оказался прав.
Это был пятнадцатый год моего заключения, если я правильно считал. Просто в один момент дверь открылась без предварительного Ступефая и в камеру вошел человек, закутанный в мантию. Его лица я рассмотреть не смог.
— Здравствуйте, — поздоровался он. — О, не стоит так кровожадно на меня смотреть. Поверьте, сбежать у Вас не получиться. Не сейчас, по крайней мере.
— Кто ты и что тебе надо? — хрипло спросил я, сказывается отсутствие живого общения.
— Мое имя Вам ни о чем не скажет. Я представляю организацию темных магов. Мы называем себя Братство Тьмы.
— И что вам надо? — недружелюбно сощурился я. — Визит вежливости?
— Вижу, Вы сохранили чувство юмора даже в таких ужасных условиях. Это хорошо, — кивнул мой собеседник. — Я здесь, чтобы предложить Вам сделку.
— Сделку?
— Да. Братство Тьмы — очень могущественная организация, хоть нас и считают слабаками. Как видите, мы смогли проникнуть в Азкабан под самым носом Ордена. А ведь это считается невозможным. Мы так же можем вытащить и Вас.
— И что ваше Братство хочет взамен? — не верил я в альтруизм, никогда не верил.
— Мы знаем о Вашем прошлом. Вы, фактически, были правой рукой Темного Лорда. Выполняли самые трудные и опасные задачи…. Поэтому за свое освобождение вы выполните пару наших… миссий.
— Каких?
— Достанете нам пять артефактов. Только и всего. Не скрою, это смертельно опасно. Но ведь лучше, чем быть здесь, правда?
— Что за артефакты?
— Это Вы узнаете по освобождению. Не раньше. Ну как, Вы согласны?
«Соглашайся».
Сам знаю. Выбора у меня особого нет.
— Я согласен.
— Чудно, — довольно сказал незнакомец. — Я дам Вам зелье. Вы примите его, а потом себя убьете. Да-да, Вы не ослышались: именно убьете себя. Зелье воспрепятствует разрушению Вашего мозга и тела и через четыре часа после применения вернет Вас в мир живых. К этому времени Вас уже закопают на местном кладбище и Вы сможете выбраться оттуда. Дальше не мне Вас учить.
Незнакомец извлек из кармана маленький пузырек зелья и протянул мне.
— Поверьте, это простейший способ вытащить Вас.
Выбирать не приходилось. Я взял зелье и повертел его в руке.
— Когда Вы выберетесь, мы дадим Вам время прийти в себя, восстановить силы и все такое. Позже, мы сами с Вами свяжемся. Всего хорошего.
Незнакомец вышел из камеры, дверь за ним захлопнулась. Чудно.
Я еще немного посидел в одиночестве, потом решительным движением открыл пузырек и вылил в себя содержимое. Вкус был отвратительным, как и у большинства зелий.
«Ну, и как ты себя убьешь?»
«Предлагаю вскрыть вены».
«Чем, идиотус-обыкновенус? Отросшими ногтями? Или зубами?»