Миг возмездия. Невидимый спаситель. Загадка планеты гандов. Сквозь дремучий ад: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Прибыли чок–в-чок!

Грэхем вышел, к нему торопливо приблизились четверо. Двоих он узнал: полковник Лимингтон и лейтенант Воль. Двое были незнакомыми — высокие, крепкие, властные.

— Получил вашу телеграмму, Грэхем, — сообщил полковник, Его проницательные глаза так и горели от нетерпения. Лимингтон извлек из кармана бланк и прочитал вслух: — “Дело проясняется зпт исхода зависит судьба человечества тчк необходимо доложить президенту тчк встречайте армейским самолетом зпт прибываю два сорок”. — Он встопорщил усы. — Насколько понимаю, сообщение ваше — страшного содержания?

— Так точно! — Устремляя в небо холодные, сверкающие глаза, Грэхем, казалось, выискивал там что-то незримое. — Придется принять строжайшие предосторожности, иначе — мне конец, а вы так ничего и не узнаете. Необходимо подыскать хорошо защищенное подземное убежище — скажем, подвальный этаж правительственного здания. И обеспечьте магнитофонную запись: мало ли что? — а вдруг, несмотря на все предосторожности и везение, мой рассказ оборвут?

— Оборвут? — Лимингтон нахмурился и недоуменно воззрился на Грэхема.

— Именно, оборвут. Как обрывали уже многих — в разное время, в разных местах, и безо всякого предупреждения. А поскольку мне теперь известно все, меня отправят на тот свет с еще большим проворством. Присмотрите место понадежнее и понезаметнее.

— Что ж, это можно устроить, — согласился Лимингтон. Оставляя без внимания любопытство, от которого сгорали трое остальных, Грэхем продолжал:

— Еще поручите кому-нибудь встретить доктора Бича в Питтсбурге. Он прилетит вечером на “Олимпийце”. Доставьте его сюда; он подтвердит мои слова — или договорит за меня.

— Договорит?..

— Да, — если я не успею.

— Странные вещи вы произносите, Грэхем, — буркнул Лимингтон, подходя к ожидавшему гиромобилю.

— Естественные. Как смерть. — Грэхем забрался в машину, остальные последовали за ним. — Еще немного — и услышите обо всем в доступном и простом изложении. И _}наверное, пожалеете, что услышали.

***

Он изложил все — аудитории из тридцати человек. Слушатели расположились рядами, на жестких неудобных стульях в помещении, скрытом под тридцатифутовой толщей земли. Единственную дверь защищал люминесцентный экран, по тревоге доставленный из правительственной лаборатории. Сверхчувствительная поверхность, готовая засветиться при появлении непрошенных и незримых гостей, оставалась пока тусклой и безжизненной. А над потолком, исполинским каменным телом заслоняя заговорщиков от всевидящей нечисти, высилось Министерство Обороны.

Смешанная аудитория внимала рассказу с настороженным ожиданием и легким недоверием. Присутствовали полковник Лимингтон, лейтенант Воль и двое правительственных чиновников, встречавших Грэхема в стратопорту. Слева от них беспокойно ерзали на стульях сенаторы Дин и Кармоди, — доверенные лица президента. Широкоплечий флегматик, сидевший справа, был Уиллетсом С. Кейтли, главою разведывательной службы; с ним рядом находился личный секретарь.

Ученые, государственные служащие, психологи–консультанты — всего три десятка человек. Вот умное лицо, обрамленное белой гривой, — профессор Юргенс, выдающийся знаток массовой психологии, — или, как предпочитают выражаться его просвещенные собратья, — “реакции толпы”. Смуглый мужчина с тонкими чертами, выглядывающий из-за плеча Юргена, — Кеннеди Вейтч, ведущий специалист по физике излучения. Шестеро слева — из тех, кто давно работает над созданием волновой бомбы, ищет надлежащую и достойную преемницу атомной. Остальные — столь же компетентные, каждый в своей области; об одних никто и слыхом не слыхивал, другие стяжали всемирную славу.

Горящие глаза, хрипловатый голос и выразительные жесты Грэхема доносили до искушенных, восприимчивых умов чудовищную правду. Работавший в углу магнитофон усердно и непрерывно записывал сведения, становящиеся отныне всеобщим достоянием.

— Господа! — начал Грэхем. — Не столь давно шведский ученый Пер Бьернсен занимался изысканиями в неисследованной области. Месяцев шесть назад его работа завершилась успехом. При этом обнаружилось, что границы человеческого зрения можно раздвинуть. Блестящих результатов удается достичь одновременным применением иода, метиленовой синьки и мескаля. Как именно взаимодействуют эти составные части, не вполне понятно, — и, тем не менее, сомневаться в их эффективности не приходится. Обработка по прописи Бьернсена позволяет человеку воспринимать несравненно более широкую полосу электромагнитных колебаний, нежели та, что доступна обыкновенному зрению.

— И насколько более широкую? — раздался недоверчивый вопрос.

— Граница сдвигается лишь в одном направлении, — отвечал Грэхем, — в сторону инфракрасного диапазона. И если верить Бьернсену, оказывается в пределах ультракороткой частоты.

— Неужели тепловидение?

— Именно, тепловидение. Даже сверх того, — подтвердил Грэхем.

Возвышая голос, дабы перекрыть нарастающий изумленный ропот, он решительно продолжил:

— Как в точности достигается подобный эффект — предстоит установить вам, ученым. А сейчас поговорим о другом — о поразительном факте, извлеченном на свет Божий благодаря открытию Бьернсена, — факт, не способный оставить равнодушным ни меня лично, ни эту страну, ни весь мир. — Он помолчал и выпалил напрямик: — Господа! Наша планета принадлежит иным, более высоко развитым существам!

На удивление, не последовало ни возмущенного гула, ни гневных возражений, ни просто скептических смешков. Собравшихся что-то сдержало: то ли ощущение открывающейся истины, то ли убежденная искренность докладчика. Bee застыли, словно изваяния, устремив на Грэхема потрясенные, завороженные, встревоженные взгляды. Новость явно превосходила самые смелые ожидания.

— Уверяю: все мною сказанное — правда, не допускающая ни малейших сомнений, — заявил Грэхем. — Я сам наблюдал этих тварей, видел бледные, странно светящиеся голубые шары, плывущие над головой. Два из них стремительно и бесшумно пронеслись мимо, когда я крался по безлюдной тропе из лаборатории Бича, укрытой в горах между Бойзом и Сильвер Сити. Еще един покачивался в воздухе над стратопортом Бойза, перед самым моим вылетом. А здесь, в Вашингтоне, я обнаружил их собратьев дюжинами. Сейчас эти шары парят на городом; некоторые, возможно, шныряют близ Министерства. Они предпочитают людские сборища. В том и ужас: они слетаются туда, где нас много.

— И кто же они? — спросил сенатор Кармоди. Пухлое лицо его раскраснелось.

— Неизвестно. Шары не дают времени как следует себя изучить. Бьернсен полагал, они вторглись на Землю из иных миров, причем сравнительно недавно, — однако понимал, что гадает на кофейной гуще, не располагая ни малейшими доказательствами. Покойный профессор Майо тоже склонялся к теории о внеземном происхождении шаровидных существ, но исчислял время порабощения многими тысячами лет. Напротив, доктор Бич убежден: это коренные обитатели Земли — подобно микробам.

Дальше всех пошел покойный Ганс Лютер. Основываясь на физических наших несовершенствах, предположил, что шары суть истинные земляне, а мы — потомки животных, доставленных сюда в незапамятные века на космических кораблях–скотовозах.

— Животные… На скотовозах!.. — зашелестел зал.