— Ой, — я поерзала на прохладной поверхности. Обнаженная кожа мгновенно покрылась мурашками. А Тим, оказывается, еще и садист.
О том, чтобы слезть со стола даже не шло речи. Парень стоял вплотную ко мне, по-хозяйски раздвинув мне ноги и сверля меня взглядом так, будто собирался меня «отшлепать»? Ехидный внутренний голос усмехнулся с хорошо мне знакомыми интонациями Тимура.
— Ночью ты была смелее, — Керимов, кажется, опять издевался.
— Было почти темно! — парировала, уверенно встречая раздраженный взгляд Тима. Что еще ему от меня нужно?!
— И долго ты собираешься играть в невинность?
— Блин, — я разозлилась по-настоящему и скинула его руки. — Хватит издеваться. Если тебе что-то не нравится, просто отвали.
— Что? — Тимур нахмурился. — Ты думаешь, это меня остановит? — его предположение в этот раз было недалеко от правды.
Я безразлично пожала плечами.
— Если захочешь, уйдешь.
— Это вызов, Ксень?
Я отвела взгляд.
Что на это ответить? Мой взгляд был красноречивее слов, и он здорово разозлил Тимура.
— Ясно, — процедил парень сквозь зубы. И вместо того, чтобы оставить меня в одиночестве, давая возможность собраться и сбежать из его спальни, Тимур вдруг наклонился ко мне.
— Ты опять! — тихо возмутилась я, когда Керимов, наконец, выпустил меня из объятий и перестал дразнить, целуя губы, щеки, шею и спускаясь ниже. Я вяло отбивалась.
— Ты неисправима! Не опять, а снова.
Мне осталось только улыбнуться.
— Пойдем завтракать, — совершенно обычным тоном предложил вдруг Тимур и помог мне встать со стола. Я разочарованно вздохнула. Ни за что не признаюсь, что мне хотелось большего, чем почти-невинные поцелуи.
— У нас не так много времени до третьей пары, — продолжил Тим, и я затолкала все свои желания как можно глубже. Я ждала этого момента чертову уйму лет. Несколько часов-дней вряд ли что-то изменят, правда?
— Пойдем, — откликнулась беззаботно. И следом за парнем отправилась в ванную.
Слава богу, мы остались в квартире одни
Кто расскажет мне, что значит счастье?
Сердце сжимается, когда любимый человек прикасается к моим губам. Он накрывает меня одеялом, чтобы согреть после бессонной ночи. Счастье в этом? Утренний ритуал приготовления кофе, подготовка к экзаменам, затянувшаяся до полуночи. Встречи с друзьями. Что из этого — счастье? Что-то одно или все в целом?
Я знала, что должна быть счастливой, радоваться каждой минуте, проведенной с Тимуром. Но «должна» — слишком неподходящее слово. Появление Тима в моей жизни… окончательно разрушило тот хрупкий мир, что я так долго строила вокруг себя. Строила, чтобы защититься от него. Или таких, как он.
Но бесполезно. Моя крепость пала.
И вместо сладкого-безумия, уверенности в себе, чувства этого самого пресловутого счастья, я испытывала лишь… усталость. Мне понадобилось несколько дней, чтобы вздохнуть облегченно и расслабиться хоть немного. Признаться самой себе в том, что Тимур рядом, он не собирается никуда уходить. Это оказалось самым тяжелым. Поверить в то, что все происходящее со мной, правда… Но это было только началом.
Наш главный враг это мы сами, наши мысли, сомнения, страхи. Они точат нашу уверенность в себе. Руки готовы опуститься именно в тот момент, когда до победы осталось всего полшага.
Я видела, понимала, как внимателен ко мне Тимур. Как он нежен, прикасаясь к моему телу. Как он улыбается по утрам, разглядывая мою сонную мордашку.
Столько мелочей… в них был весь он.
И все-таки порой мы вновь начинали спорить. Доказывая свою точку зрения, я на мгновение забывала обо всем, и как раньше, пыталась поймать Тимура на каком-нибудь скользком вопросе. В отличие от меня, Керимов старался сдерживать свой мерзкий характер так долго, как только мог. Я поняла это намного позже. А в то время в перепалках с Тимом я находила способ отвлечься.
В такие моменты мир казался привычным, знакомым. И безопасным. В нем все было понятно. Мы с Тимуром вновь оказывались на разных углах ринга. И я ни за что не призналась бы в том, что мой собственный страх толкал меня на все эти глупые поступки.