MoreKnig.org

"Слава". Последний броненосец эпохи доцусимского судостроения. (1901-1917): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Мельников Рафаил



Шрифт:

За отбытием Н.И. Небогатова, командование экзотическими крейсерами предложили начальнику штаба Черноморского флота контр-адмиралу М. А. Данилевскому. Руководя в 1898-1899 г. комиссией, наблюдавшей за постройкой в США броненосца "Ретвизан" и крейсера "Варяг", он проявил в ней высокую командирскую требовательность, а в отношении с фирмой-принципиальность в отстаивании интересов казны. Но эти же достоинства и нравственные критерии не позволили ему принять на себя командование экспедицией "экзотических крейсеров", которая по его убеждению, представляла собой безнадежную авантюру. К этому мнению он пришел, наверное, еще во время проходившего через него комплектования крейсеров в сентябре. Теперь же, вызванный в январе 1905 г. в Петербург, чтобы принять новое назначение, он, как человек долга и чести, счел себя обязанным предостеречь начальство о полной бесперспективности надежа на формирование эскадры экзотических крейсеров.

Легко осуществимое в два предвоенных года (вот сюжет для исторического детектива!) приобретение крейсеров во время войны было совершенно нереально. Ни одно правительство даже ради денег не могло взять на себя позор грандиозного международного скандала и риск поссориться с Англией. Сверх того, оставляя в стороне вопрос о реальности покупки, нельзя было не видеть совершенно непреодолимые и неподъемные для России гигантские технико-организационные препятствия. Два года оставаясь на сомнительной консервации, корабли потребовали бы огромных усилий на их доведение до боеспособного состояния, на освоение их присланными из России экипажами, на проверку в действии механизмов и вооружения, на ревизию боеприпасов и, наконец, на одиночную и эскадренную боевую подготовку, на маневрирование и стрельбы. Проделать все это в условиях какого-то мистического "таинственного острова" в Тихом океане, не имея ни запасов топлива, ни производственной базы и рабочих рук, ни достаточного количества подготовленных специалистов (достаточно вспомнить аварии "Победы" и "Ослябя" – Авт.), да еще и в считанные 2-3 месяца (чтобы успеть соединиться с эскадрой З.П. Рождественского) было совершенно нереально.

С доводами адмирала соглашались, но, возводя глаза к небу, говорили, что снаряжение 4-й эскадры-это воля императора. Жалкое было зто зрелище: генерал-адмирал (он, принимая М.А. Данилевского, о крейсерах вовсе не обмолвился); остававшийся и.о. начальника штаба А.А. Вирениус и сам Управляющий явно уклонялись от доклада, который заведомо вызовет неудовольствие императора. Но М.А. Данилевский настаивал на таком докладе, ибо молчание будет равносильно обману императора, который, очевидно, тупиковость обстановки не сознает. И тогда Ф.К. Авелан заявил: "все это так, но кто же доложит об этом государю?" Когда же М.А. Данилевский выразил готовность взять на себя этот тяжелый крест, он услышал: "Может быть, Вам и будет дано такое разрешение", – ответил генерал-адъютант Ф.К. Авелан. Рассказав обо всей экономике экзотических крейсеров, М. А. Данилевский в газете "С.Пб Ведомости" от 26 апреля 1909 г. № 92, писал: "Ясно, что какие-то тайные, неизвестно мне откуда исходящие, но сильные течения парализуют волю министра".

Удрученный столь низким нравственным поведением глубоко уважаемого им ранее сослуживца ("прекрасный моряк, всегда равный, справедливый и достаточно сердечный, но без тени неуместной в старшем офицере слабости"), М. А. Данилевский задавался горестным недоуменным вопросом о столь странной, произошедшей с министром перемене. "Не русскому адмиралу задаваться такими вопросами", – отвечал он сам себе. Секрет был давно всем известен. Это была и та "ужасная специфическая атмосфера нашего современного Морского ведомства, в которой чахнет индивидуальность не только большинства обыкновенных людей, но иногда даже людей, одаренных сильной волей и талантами". Как писал М.А. Данилевский, совершалось одно из тех "тягостных извращений нашего военно-морского быта", при которых правдивый, чуждый лицеприятия, всеподданнейший доклад может становиться для министра не долгом службы Царю и Отечеству, а запретным плодом, вкушение которого может быть гибельным для его служебной карьеры". И оба принимавших М.А. Данилевского бывалых царедворца – Ф.К- Авелан и А. А. Вирениус – сумели не поддаться этому диктовавшемуся долгом соблазну "запретного плода" гражданского мужества. Они не только не допустили к императору М.А. Данилевского, но и предложили ему еще раз "подумать" о командовании "экзотическими крейсерами", а на его решительный отказ предложили заманчивую бюрократическую рокировку: поменяться назначениями с Н.И. Небогатовым. Этот адмирал будто бы считал экспедицию экзотических крейсеров вполне осуществимой и готов был принять на себя командование ими. "Другими словами, – писал М.А. Данилевский, – и.д. начальника Главного морского штаба предлагал мне заменить буффонаду (заведомо неосуществимое, по мнению адмирала, приобретение крейсеров-Авт.) преступным ведением на арену боевых действий эскадры, заведомо непригодной для предполагавшейся ей роли".

Не приняв и это назначение и обязавшись, по-видимому, хранить все произошедшее в тайне, адмирал был возвращен к прежней своей должности в Черноморском флоте. О дальнейшей карьере ему, конечно, думать уже не приходилось. В своем неприятии замыслов приобретения крейсеров и снаряжения третьей эскадры, адмирал был, конечно, далек и от каких-либо предложений о способах их применения. Его о них, скорее всего, и не спрашивали. Нет о них и упоминания в статье. Неизвестным остается и мнение адмирала относительно достоинств 2-й эскадры и той тактики, которой для достижения победы следовало бы придерживаться ее командующему.

О "Славе" – в силу ли малой информированности, мистического действия министерского табу или владевшего адмиралом глубокого пессимизма, – М.А. Данилевский также не упоминал. Мысль о том, что экстренное, с мобилизацией всех сил и средств введение "Славы" в строй было для России в стократ важнее, чем приобретение всех экзотических крейсеров, так и не дошла до сознания обитателей Главного адмиралтейства. Единственным средством побудить их к действию, помимо пребывавшей в параличе императорской воли, могло быть немедленное, широко и гласно высказанное, общественное мнение. К этому средству и попытался обратиться один из офицеров флота. Не скованный, как это было с М.А. Данилевским, обязательствами высокой должности и адмиральского чина, не посвященный прямо в тайные замыслы высшей власти, он попытался заронить в нее искру здравого смысла и военного искусства.

36. Н.Л. Кладо подсказывает

Перед войной с Японией русская армия и флот обладали обширным опытом в области военного и военно- морского искусства.

В обширной и славной истории флота были памятны выдающиеся флотоводцы: Петр Великий (1672-1725), Г.И. Спиридов (1713-1790), Ф.Ф. Ушаков (1744-1817), Д.Н. Сенявин (1763-1831), М.П. Лазарев (1788-1851), П.С. Нахимов (1802-1855). Г.И. Бутаков (1820-1882) опыт эпохи броненосного судостроения обобщил в своих знаменитых "Новых основаниях пароходной тактики" (1863). Обширный курс "лекций о морской тактике и эволюциях" в 1868 г. прочитал в Кронштадте лейтенант Л.П. Семечкин, и в том же году приложением к № 6 его опубликовал "Морской сборник". Адмирал И.Ф. Лихачев в 1888 г. в журнале "Русское судоходство" всесторонне обосновал давно назревшую необходимость учреждения в России службы Морского Генерального штаба. Но бюрократия не только пропустила эту инициативу мимо ушей, но и организовала статью, в которой она с удручающим невежеством и безграмотностью шельмовалась.

В1897 г. вышла монография С.О. Макарова "Рассуждения по вопросам морской тактики". Начатая во время сбора русских эскадр в Чифу в 1895 г. ("на флоте не хватает тактики", – говорил тогда адмирал), эта работа до настоящего времени остается образцовой по широте охвата темы и обдуманности проблем военно-морского искусства. Опережали свое время и опубликованные лейтенантом Н.Н. Хлодовским статьи "Законы развития морской силы" ("Морской сборник", 1898, № 5) и "Опыт тактики эскадренного боя" ("Морской сборник", 1903, № 4- 7). Эти и другие работы, как и труды преподавателя Николаевской морской академии капитана 2 ранга (с 1901 г.) Н.Л. Кладо (1862-1919) "Современная морская война" (С.П6,1901,1905), "Морская тактика" (С.-Пб, 1897,1902), развивали лучшие традиции прошлого, включая и решающий во всяком сражении "принцип сосредоточения сил". Тот самый, которым при Цусиме пренебрегал З.П. Рожественский. Его тактическое искусство вполне отвечало взглядам тех ретроградов, которые "опровергали" И.Ф. Лихачева и в 1899 г. договорились до того, что "мудрено искать морскую тактику-море гладко; всякий маневр одной стороны будет замечен другой стороной, тут и проявятся сообразительность и умение командира…". Стараниями этих ретроградов из сигнального свода 1880-1890 гг. были изъяты содержавшиеся в нем ранее, краткие тактические наставления.

Ослепленные своим самомнением, адмиралы тех лет не могли допустить, чтобы кто-то пытался их учить. Оттого, наверное, утвержденные на флоте, благодаря неимоверным усилиям Н.Л. Кладо, курсы военно-морских наук (до этого Николаевская академия была чисто техническим и гидрографическим учебным заведением) на флоте именовали не иначе как "кулинарными". Соответствующим было и отношение к тактике в верхах, оказавшихся неспособными оценить перспективы стрельбы на дальние расстояния, искусство массирования огня, роль подводных лодок и торпедных катеров. Инициативы создания торпедных катеров капитана 2 ранга П.И. Назарова и капитана 1 ранга В.А. Лилье (1855-1925) поддержки не получили. Безжалостно обошлось время и с немногими почитателями передовой тактической мысли в русском флоте. Инициатор теории артиллерийского боя капитан 2 ранга В.Х. Иениш (1852-1893) погиб на броненосце "Русалка". Адмирал И.Ф. Лихачев был оставлен в роли зрителя в начавшейся войне. С.О. Макаров погиб, не успев реализовать и усовершенствовать свои тактические взгляды, изложенные в объявленной им 4 марта "Инструкции для похода и боя". З.П. Рожественский не счел нужным принять эту инструкцию для своей эскадры, хотя она входила в состав флота Тихого океана.

Ни в чем не поддерживая С.О. Макарова, он воспрепятствовал его ходатайству об экстренном издании и присылки в Порт-Артур части тиража "Рассуждений по вопросам морской тактики". Он же парализовал и деятельность единственного на тот момент творческого подразделения ГМШ, созданного лишь за месяц до войны в составе оперативного отделения, преобразованного затем в стратегическую часть. Сначала он отверг инициативы назначенного заведующим отделения капитана 1 ранга Л.А. Брусилова о мерах предотвращения войны и экстренной достройке строившихся кораблей, а затем вместо разработки планов войны поручил заведующему погрузиться в авантюру с "экзотическими крейсерами". Назначением на должность командира крейсера "Громовой" Л.А. Брусилов был вовсе отстранен от оперативной работы в ГМШ, а деятельность стратегической части прекратили до конца войны. Но зато З.П. Рожественский избавился от конкурента, создававшего угрозу его карьере.

Не лучшим образом использовала власть и талант Н.Н. Хладовского. В должности старшего офицера крейсера "Рюрик" он погиб с кораблем в бою в августе 1904 г. Не нашлось в ГМШ дела и признанному специалисту в области стратегии и тактики Н.Л. Кладо. Из Владивостока, где он был назначен в штаб командующего Н.И. Скрыдлова, его перебросили в штаб командующего 2-й эскадрой, затем в комиссию по "гулльскому инциденту". "За резкие и неуместные суждения относительно Морского министерства", высказанные в газете "Новое время" от 24 марта 1905 г., ему со строгим выговором 1 апреля 1905 г. поручили вооружение и командование речными (на Амуре) пароходами на театре военных действий. За очередные резкие критические замечания в адрес тормозящего данные ему поручения ГМШ Н.Л. Кладо уже 29 апреля получил предписание принять должность старшего офицера крейсера "Громовой". Отказ от этого назначения привел к исключению его со службы 2 мая 1905 г.

В таких условиях трудно было заниматься высокой стратегией, но Н.Л. Кладо, не участвуя в военных действиях, сумел повлиять на них своими обширными публицистическими выступлениями. Его статьи в либеральной газете "Новое время" с ежедневными обзорами хода войны на море и анализом стратегии и тактики сторон (29 января-14 апреля 1904 г.), предложения об усилении эскадры З.П. Рожественского (в серии статей от 11-17 ноября 1904 г. под названием "После ухода Второй эскадры Тихого океана") и уже совсем открытое обличение косности Морского министерства (в № от 24 марта 1905 г.) вызвали широкий всплеск общественного мнения и составили невиданное еще событие в жизни России.

Весьма объемистые, занявшие стр. 310-484 во втором издании монографии "Современная морская война" (С.-Пб, 1905 г.), две первые статьи составляли беспрецедентный по ширине охвата обзор всех почти факторов, влиявших на ход войны и ее результаты, анализ русской кораблестроительной программы, действий русского флота, сравнение его сил с японскими и средства их уравновешивания, которые могут позволить добиться победы на море. По существу, Н.Л. Кладо, оставленный в стороне от высокой стратегии, выполнил ту работу Морского генерального штаба, от которой упорно уклонялась власть. Уже в статье от 2 февраля, дипломатично воздерживаясь от обличительного пафоса, Н.Л. Кладо продемонстрировал России и миру очевидный маразм русской власти. Этот вывод напрашивался из приведенного в статье того факта, что русская программа судостроения 1898 г. двумя годами отставала от совершившегося в 1902 г. – строго по плану-завершения программы Японии. "Вот она и рассудила, – писал Н.Л. Кладо, – неужели ей ждать окончания нашей кораблестроительной программы, т.е. конца 1905 г., когда русские морские силы будут иметь значительное преимущество перед японскими и когда, следовательно, война для нее немыслима". Имея, по подсчетам Н.Л. Кладо, полуторное материальное превосходство в силах флота и огромное преимущество в обеспечении его ремонтными средствами и системе базирования, Япония и развязала войну.

В причины беззаботности русских властей перед угрозой войны Н.Л. Кладо не вдавался и лишь для утешения публики приводил (в статье от 10 февраля) мнение "Правительственного вестника" о том, что миролюбие русского правительства "делало невозможным заблаговременную подготовку к войне" ("Современная морская война", 1905, с. 332,335). Не решившись, в силу законов субординации, выступить до войны с предостережением об опасном состоянии и неготовности флота, Н.Л. Кладо с каждой новой статьей ощущал, насколько события под Порт-Артуром все менее поддаются тщательно подбиравшимся им научным объяснениям. Молчанием пришлось обойти причины, по которым крейсер "Варяг" оказался заперт в ловушке Чемульпо и должен был героически, но бесцельно погибнуть. Слова о высоком "нравственном влиянии" на неприятеля этого боя не могли, конечно, заглушить очевидно напрашивающийся вывод о головотяпстве высшего командования, погубившего "Варяг". Вряд ли мог Н.Л. Кладо удовлетворять и порядок использования народных средств, поступавших "на Государево дело" усиления флота. Как теперь становится ясным, деньги эти на ускоренную достройку броненосцев употреблены не были.

Последняя, 14-я по счету, статья от 14 апреля была посвящена догадкам о причинах гибели броненосца "Петропавловск". Дальнейшие откровения становились все более опасными и для флота, и для армии. Но катастрофически ухудшавшаяся обстановка придала Н.Л. Кладо убежденность в необходимости выполнить свой гражданский долг. Так появилась серия прозвучавших набатным колоколом семи статей (с 11 по 17 ноября 1904 г.), названных "После ухода Второй эскадры Тихого океана". Уже напрямую прозвучали в нем признания о том, что "если бы наш флот был сильнее японского, не было бы войны", и о том, что "слабый и не содержавшийся в надлежащей боевой готовности флот был застигнут врасплох". О причинах этих двух явлений автор, видимо, предоставлял догадываться читателю. Вовсе не касаясь всей глубины того ужасающего головотяпства, с которым власть сумела проиграть и Порт-Артур, и эскадру в нем, H.JI. Кладо задавался вопросом о том, все ли возможное сделано для того, чтобы обеспечить успех эскадре З.П. Рожественского. "Надежда на первоначальный успех есть, и очень значительная, но уверенности нет", – говорилось в статье от 13 ноября. Чтобы добиться победы не только в генеральном сражении, но и во всей войне, надо было сделать очень многое. Следовало прежде всего уметь тем "стихийным темным причинам", которые два раза заставляли эскадру в Порт-Артуре уступить море японцам, противопоставить такую же "неукротимую энергию", которой они оказались "гораздо богаче нас". Следовало, как говорилось в классическом труде о стратегии генерала Леера, руководствоваться трезвым расчетом своих сил, а "не иллюзиями и фантазиями".

К таким иллюзиям, как видно из статьи от 16 ноября, Н.Л. Кладо относил ожидание приобретения экзотических крейсеров. О них, говорил он, "в печати, главным образом, иностранной, время от времени возникают какие- то темные слухи". Рассчитывать на эти подкрепления (в полной мере Н.Л. Кладо их возможность не отрицал) все же не следовало. Столь же несостоятельным следовало считать и дутый оптимизм, который некий "г-н К" проявлял в статье, помещенной в № 10308 "Нового времени". Статья эта, до сих пор не введенная в научный оборот отечественной истории, хотя "в общем превосходная" (по оценке Н.Л. Кладо), могла бы много объяснить. В статье (уж не был ли им Н. Е. Кутейников) говорилось о том, что "эскадра наша свежее, новее, лучше обученная и имеет превосходную артиллерию", что японцы из-за повреждений в боях почти лишены орудий крупных калибров и потому "должны будут избегать открытого боя". Автор уверял, что простой подсчет орудий, судов и их скоростей (вот это особенно замечательно – Авт.) покажет, что в этом случае у нас очень много шансов на успех и слишком мало данных в нем сомневаться".

На основе осмотра повреждений владивостокских крейсеров после боя 2 августа Н.Л. Кладо приходил к выводу о "декоративности" этих повреждений, которые существенно на боеспособность не влияли. Следовало предполагать, что и крейсера Камимуры заметно пострадать от русского огня не могли. Не было оснований (из- за отсутствия достоверных сведений с японской стороны) идля распространенности мнения о том, "будто бы наша артиллерия и наши снаряды лучше других". Но дальше этих справедливых предостережений об опасности распространенных иллюзий (их придерживался даже С.О. Макаров) о превосходстве русской артиллерии Н.Л. Кладо пойти не смог. За пределами его, как впрочем, и всей руководящей верхушки флота, профессионального чутья и способности к предвидению остался весь комплекс недостатков материальной части артиллерии того времени. А он, как частично подсказывал уже предвоенный опыт ("сдача" подъемных механизмов орудий), предостережения особо дальновидных артиллеристов (медленное заряжание орудий) и как вскоре обнаружила война, оказался удручающе обширен. Он включал, в частности, чрезмерную усложненность башенных установок и ненадежность их узлов (скрытую "щадящими" условиями приемных испытаний), ненадежность в большой спешке принятых отечественных оптических прицелов, незнание действительных пределов показаний так же только что полученных (перед уходом 2-й эскадры!) базисных дальномеров, ничтожное разрывное действие отечественных снарядов.

О чрезвычайном разнообразии и подчас полярности мнений о статье и их авторе говорится в целом ряде изданий (В. И. Семенов, "Расплата", СПб, 1994, с. 289, 386-421, 694; В.П. Костенко, "На "Орле" в Цусиме", Л., 1955, с. 307-310; журнал "Море", 1911, № 6, с. 45-49; А.С. Новиков-Прибой, "Цусима", М., 1947, с. 208-212,287).

В книге В.П. Костенко порицаются бесплодные попытки Н.Л. Кладо найти выход из "безнадежного положения"(с. 308). В "Цусиме" в уста "инженера Васильева" вкладываются ожидания "другого критика, еще более смелого, такого, который поднимется и над Кладо", который доберется "до самых корней нашего социального строя" (с. 211). Решительно осуждаются в книге предложения Н.Л. Кладо для усиления 2-й и 3-й эскадры двинуть на Дальний Восток "все старье Балтики и посудины Черного моря". Впрочем, такие же выражения, для русских офицеров явно не подходящие ("Гниль, которая осталась в Балтийском море", "Море", с. 45), позволял себе и З.П. Рожественский. Более взвешенная и уважительная оценка этого "старья", "рухляди", "хлама", "старых калош и утюгов" (В.И. Семенов, 1994, с. 370) – кораблей, носивших андреевские флаги, – предлагается в комментариях к современному изданию "Расплаты" В.И. Семенова. В них справедливо напоминается о том, что тринадцать тяжелых орудий отряда Н.И. Небогатова "против семнадцати на всем японском флоте" не дают оснований так пренебрежительно говорить об этих кораблях.

Но статья Н.Л. Кладо в этих оправданиях и не нуждалась. Он хорошо сознавал боевую ценность предлагаемых им кораблей и полагал, что командующему и его штабу достанет ума применить их сообразно их возможностей. "Старую калошу" "Чин-Иен" японский командующий неизменно приводил с собой для сражения с русской эскадрой. Этот трофейный китайский броненосец, понятно, не вводился в строй главных сил, но постоянно держался поодаль как для морального давления на русских, так и для выполнения задач, которые могли бы оказаться ему под силу (помощь своим подбитым кораблям, захват русских подбитых кораблей, задержание госпитальных судов и т. д.). И Н.Л. Кладо резонно говорит: "отчего это японцы могут, а мы не можем?" Поэтому он, не боясь критики, предлагал послать на Дальний Восток даже броненосец "Петр Великий". Жаль, что современники, читая высокомерные слова З.П. Рожественского про "гниль" Балтийского флота, уже не могли задать ему вопроса о том, почему же он, сознавая слабость своей эскадры и сомнительность к ее приходу сохранения эскадры в Порт-Артуре, с самой весны не настаивал на достройке "Славы".

Воздерживаясь от приписываемых ему в "Цусиме" унизительных выражений о старых кораблях, В.П. Костенко не удерживается, однако, от своей доли опровержения статьи Н.Л. Кладо. Он закрывает глаза на приведенное им недоумение одного из офицеров с броненосца береговой обороны, который не может найти объяснения, "почему "Ушаков", "Сенявин" и "Апраксин" не посылают на войну". Но В.П. Костенко почему-то полагал (или как было решено советской цензурой) убедительным тот довод, что вопрос о включении малых броненосцев в состав 2-й эскадры поднимался при вооружении ее в Балтийском море, но был решен отрицательно самим Рожественским". В мотивы такого решения В.П. Костенко не вдавался, хотя объяснение его лежит на поверхности.

В тайне полагая, что цель эскадры-просто демонстрация, но отнюдь не генеральное сражение (что порт- артурская эскадра к его приходу существовать уже не будет – это понимали все), З.П. Рожественский хотел уменьшить те заботы и хлопоты, которые вырастают с увеличением состава эскадры. "Где я соберу эту глупую свору; к чему она, неученая, может пригодится и ума не приложу. Думаю, что будут лишнею обузою и источником слабости", – писал он жене 12 декабря 1904 г. ("Море", 1911, № 6, с. 41) об отряде Л.Ф. Добротворского. Оттого он, видимо, не задумываясь о боевом значении кораблей, "отбоярился" от малых броненосцев и не настаивал на экстренной достройке "Славы".

Существенно заметить два обстоятельства, о которых забывают все критики Н.Л. Кладо. Его статьи написаны во время войны и, значит, были доступны противнику. Оттого понятно, автор не мог все говорить открыто. Важно было правильно оценить и целесообразно использовать предоставленную в них "информацию к размышлению", а во-вторых, понять, что статья имела цель продемонстрировать противнику неисчерпаемые русские ресурсы для продолжения войны и тем произвести на него психологическое давление. Вряд ли можно думать, что Н.Л. Кладо, прекрасно осведомленный о мировой экономике, стратегии и политике, мог всерьез верить, что Англия, уже наложив запрет на приобретение "экзотических крейсеров", позволит России вывести свой флот из Черного моря. Опыт несказанной шумихи, поднятой в английской печати выходом в океан из Черного моря крейсеров Доброфлота "Петербург" и "Смоленск", имевших свои орудия лишь в трюмах, подсказывал, какие препоны мог вызвать выход из проливов боевых кораблей. Ясно было и то, что, нарушив статус проливов, Россия сделала бы Черное море доступным для военных флотов других держав. А потому вовсе не следовало понимать буквально предложения об отправке на восток Черноморского флота и таких кораблей, как броненосец "Петр Великий" и крейсеров "Память Азова" и "Адмирал Корнилов". Бесспорно и то, что при ином развитии событий эти корабли могли также найти применение. Об этом, понятно, полагалось позаботиться командующему эскадрой.

Не мог Н.Л. Кладо предполагать и то, что вместо диктуемой мировым опытом (по принципу сосредоточения сил) фронтальной атаки всем флотом японской "петли" в начале боя, адмирал свои малые броненосцы с их современными пушками пристегнет к хвосту выстроенного им и заведомо обреченного на истребление многомильного "каравана смерти". Тем самым роль этих кораблей, способных принять активное участие в бою главных сил, была полностью обесценена и смысл их присоединения к эскадре утрачен. Призывая власти предельно увеличить состав эскадры, чтобы уменьшить суммарное превосходство сил противника, Н.Л. Кладо полагал, надо думать, что корабли сообразно с их возможностями будут применены в соответствии с лучшими рекомендациями мировой тактики и суворовской науки побеждать. Возможно, он предполагал, что ради этого могла быть создана оперативная группа с его участием, которая разработала бы для эскадры З.П. Рожественского варианты наиболее действенных тактических решений боя. Эти и другие подобные соображения могли бы явиться развитием статьи Н.Л. Кладо. Но его критики подобного развития видеть не хотели. Все они не могли "смело подняться умом до облаков". Н.Л. Кладо обличали даже за то, что он сам хорошо сознавал непригодность для линии баталии большинства предлагавшихся им для отправки З.П. Рожественскому больших кораблей. Сожалеть приходится о другом – отсутствии в статьях "После ухода…" каких-либо тактических рекомендаций на ведение операции 2-й эскадры и сражения с флотом адмирала Того.

Всесторонне освоенный Н.Л. Кладо опыт мировой морской истории и тактики мог бы подвигнуть его на составление памятка о мировых уроках выдающихся побед и поражений. Нелишне было бы напомнить и об уроках отечественных флотоводцев парового периода – от Г.И. Бутакова до С.О. Макарова. Конечно, куда как просто с высоты современного знания трактовать об уже состоявшихся уроках прошлого, но ведь величие подлинного ученого и мыслителя тем и определяется, насколько он способен эти уроки предвидеть. Не исключено, впрочем, что о подобных уроках Н.Л. Кладо мог докладывать конфиденциально, чтобы не обогащать ими японцев. Он мог докладывать начальству в виде секретного приложения к статье "После ухода…". Если же в архиве такого доклада не найдется, то приходится думать, что о тактических рекомендациях и уроках истории Н.Л. Кладо задуматься не успел, или это ему не позволила сделать бросавшая его с места на место бюрократия.

Непостижимым остается вопрос, почему он не выделил "Славу" как корабль, который по своей боевой мощи превосходил все остальные. Не мог же Н.Л. Кладо столь схоластически оказаться в плену метода "боевых коэффициентов", чтобы суммируя эти величины для старых кораблей, сопоставлять их с коэффициентом, вычисленным для "Славы". Нельзя же было даже миллион муравьев сравнивать с одним львом. Ведь пятый новейший броненосец значил гораздо больше, чем среднестатистическое прибавление сил. Своим присоединением он мог изменить психологический настрой всей эскадры, пробудить готовность действовать с уверенной наступательностыо, отнять инициативу у японцев. Корабль действительно мог принести флоту Славу. Но весь пафос патриотического порыва к безоглядной мобилизованности и воле к победе Н.Л. Кладо обратил на ничего не решавшую отправку миноносцев по железной дороге. Главное – посылка "Славы" в составе третьей эскадры – потерялось в статье среди других предложений, включая и совсем нереальное – вывод через проливы Черноморского флота. Неправильная постановка задачи, эксцентричность и размытость предложения лишала статью нацеленности на главную проблему.

Полагая излишним обращаться к помощи вчерашнего лейтенанта, хотя и преподавателя Морской академии ("простой капитан 2 ранга", "бедный Кладо", "болтает зря", как в январе-феврале 1905 г. в письмах с Мадагаскара к жене ругал виновника своей задержки З.П. Рожественский, "Море", 1911, № 6, с. 46,49), власти из его статей избрали простейший путь количественного наращивания сил. О качественном усилении эскадры (интенсивные стрельбы в пути, отработка методов массирования огня в соединении с маневрированием и практикой в охвате головы или флангов противника, тренировка в скорости заряжания, меры по предотвращению опасности пожаров, исчерпывающий учет опыта офицеров броненосца "Цесаревич", о котором они писали из Циндао) никто не думал. Выпроводив эскадру З.П. Рожественского, а затем задержав ее на два месяца на Мадагаскаре, бюрократия не побеспокоилась даже о снабжении ее боеприпасами для практических стрельб. О них, правда, почему-то не напоминал и З.П. Рожественский, но это никого не оправдывает. Такой граничившей с предательством безответственности Н.Л. Кладо в своих статьях также, видимо, не подозревал.

Следуя сложившемуся отрицательному отношению к статьям Н.Л. Кладо, в своей книге В.П. Костенко говорит, что для присоединения "Славы" к эскадре З.П. Рожественского ее пришлось бы задержать на Мадагаскаре до осени 1905 года. Но Н.Л. Кладо придерживался совсем иного мнения. В статье от 16 ноября 1904 г. он называл "Славу" первым кораблем, который должен войти в состав "третьей эскадры".

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Твой до гроба
Твой до гроба
[Любовные романы / Современные любовные романы / Роман]
Рядом с тобой я чувствую себя живым, пусть и окружен смертью. Роман, от которого замирает сердце (но не навсегда). «В городе, до краев наполненном музыкой, ее смех – моя самая любимая мелодия».
0
Сказки для детей
Сказки для детей
[Детская литература: прочее / Сказка / Детская проза]
В мою первую книгу вошли сказки и рассказы для детей и их родителей. Сборник завершен, но я буду добавлять бонусные главы время от времени. Пожалуйста, подпишитесь на меня и поставьте звёздочку, так
0
Предупредить и обезвредить
Предупредить и обезвредить
[Публицистика / Любовное фэнтези / Современная проза]
Вы не можете устроить свою счастливую сытую личную жизнь под боком богатого мужчины? Вас часто обманывают эти самые личности? Я, Лилия Солнышко, помогу решить ваши проблемы! Я не предлагаю вам
0
До снега
До снега
[Ужасы / Современная проза / Попаданцы]
Илья Зимин девять лет искал в лесах чужих детей и чужих стариков. Он знает, что заблудившийся ребёнок прячется от поисковиков, а старик с деменцией идёт по прямой, пока не упрётся в воду. Одного он
0
Император поневоле. Заговор
Император поневоле. Заговор
[Историческая проза / Попаданцы / Альтернативная история]
Я был предпринимателем, депутатом, воевал и погиб. Переродился в теле Императора Павла. Цареубийцы ликуют, в предвкушении наград и чинов. Об убитом императоре уже и забыли. Но я – живой! Англичане
0
Ветров, мы просто друзья!
Ветров, мы просто друзья!
[Современные любовные романы / Проза / Роман]
Хуже сломанного о грильяж зуба может быть только врач, к которому придётся идти сдаваться. Особенно если этот врач — Глеб Ветров: наглый красавчик-стоматолог, друг детства и мужчина, от чьей
0
Генерал в белом халате. Близнецы для бывшего
Генерал в белом халате. Близнецы для бывшего
[Военное дело, спецслужбы / Проза / Современная проза / Роман]
– Аля? Что ты тут делаешь? – широкоплечая фигура генерала Журавлёва надвигается на меня. Вдруг резко останавливается. – Так это твои сыновья втянули моих дочерей в рискованную авантюру?! – В его
0
Невеста шейха -1
Невеста шейха -1
[Современные любовные романы / Проза / Современная проза / Роман]
Он — чудовище в идеально скроенном костюме. Кайс аль-Хадид, безжалостный шейх и теневой владелец целого эмирата. Моя мать, главный аудитор его корпорации, провернула немыслимое: имея на руках
0
Я больше не буду твоей женой
Я больше не буду твоей женой
[Документальная литература / Биографии и Мемуары / Дом и семья / Здоровье]
— Ника — его дочь. Ей восемь лет. И он обещал развестись с вами ещё три года назад.Двадцать лет я была идеальной женой известного хирурга. Отказалась от профессии, вела его дом, писала отчёты его
0
Измена. Зима подарила мне тебя
Измена. Зима подарила мне тебя
[Секс и семейная психология / Любовные романы / Современная проза]
— А если бы получилось? — спрашиваю я. — Если бы через две недели я принесла тебе тест с двумя полосками, ты бы остался?Илья смотрит на меня, и я вижу, как он прикидывает, какой ответ прозвучит
0
Одна забытая ночь
Одна забытая ночь
[Секс и семейная психология / Современная проза / Роман]
Я помню всё.Коктейль с вишенкой, его руки на моей талии, утро, в котором его уже не было.А он не помнит ничего.Ни ту ночь, ни моё имя. Зовёт меня Зефиркой, потому что у меня розовые волосы, и
0
Ты моя, даже в аду
Ты моя, даже в аду
[Любовные романы / Современные любовные романы / Любовное фэнтези / Эротика, Секс]
Предательство и разорванная помолвка перечеркнула жизнь Тристана, его семья потеряла всё. Он смог встать на ноги, но месть бывшей невесте стала его целью и сделала его одержимым Эсминой.Похитить
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Двадцать два несчастья. Том 14
Двадцать два несчастья. Том 14
[Самиздат / Попаданцы]
У Епиходова несчастий — двадцать два подряд, Но враги от этих бед в панике бежат! Фортуна! Лотерея! В жизни как в кино, Но не как в кино… Здесь все предрешено! У Таисии на шоу выдал весь
2
43 таракана в твоей голове. Психологические и психиатрические синдромы, которые отравляют нам жизнь
43 таракана в твоей голове. Психологические и психиатрические синдромы, которые отравляют нам жизнь
[Основы психотерапии / Общая психология]
Если иногда кажется, что ваша психика – большая коммуналка, где втихаря поселились «паника», «самокритика» и «вечный спасатель», – эта книга для вас. Здесь вы найдете «досье» на каждого «оккупанта»,
0
Семейное древо
Семейное древо
[Современные любовные романы / Самиздат]
Всю жизнь Анна пребывала в полной уверенности, что на всем белом не осталось ни одного родного ей человека, но внезапно с ней связывается поверенный, чтобы сообщит о смерти ее бабки Клавдии. Девушка
0
Кодекс Охотника. Книга XXXIX
Кодекс Охотника. Книга XXXIX
[Самиздат / Попаданцы / Боевая фантастика]
Многомерная Вселенная, Равномерная Вселенная, Кодекс… Что-то их всех связывает. А учитывая, что Вселенных еще больше, то и тайн тоже сильно больше. Я всё еще заперт в Запретном мире и у меня нет
3
Мир содрогнулся… Народ не заметил…
Мир содрогнулся… Народ не заметил…
[Классическое фэнтези / Социальная фантастика]
А в каком бы мире мы жили, если бы Владимир в Х веке принял ислам, а не христианство?.. А потом изобрели бы «машину времени», и отправился бы исследователь разбираться в причинах такого выбора… Во
4
Тьма внутри
Тьма внутри
[Самиздат]
Очень долго ждал выхода первой игры полного погружения? Планировал своё развитие в мага нагибатора? Хотел заработать? Получай класс друида, и старт вдали от всех городов. Тебе мало и ты все равно
0
Блокада Ленинграда. Хроника 872 дней и ночей народного подвига
Блокада Ленинграда. Хроника 872 дней и ночей народного подвига
[Историческая проза / Публицистика / О войне]
Великий подвиг и ужасная трагедия. Тяжелейшее испытание не только для солдат, но и для мирных жителей нашей страны, ставшее одним из ключевых событий Великой Отечественной войны. 872 дня голода и
1
Демонология по Волкову
Демонология по Волкову
[Самиздат / Городское фэнтези / Мистика]
Алиса Гречишная с детства усвоила, что надеяться в этой жизни можно только на себя. Сразу после школы она вынуждена была идти работать, чтобы помогать матери и младшим сестрам, и главной ее проблемой
0
 Разгром линии Маннергейма
Разгром линии Маннергейма
[Документалистика / О войне]
Книга «Разгром линии Маннергейма» содержит воспоминания участников боев с белофиннами. Эти воспоминания взяты из двухтомного сборника «Бои в Финляндии».
0
Избранная. Пробуждение
Избранная. Пробуждение
[Любовная фантастика / Самиздат]
Правильно говорят — люди не ценят то, что у них есть, пока не потеряют. Я не особо прислушивалась к данному высказыванию, равно как и к другим напутствиям людей постарше. Мне хотелось совершать
0
Солдат Сидоров
Солдат Сидоров
[Самиздат / Альтернативная история]
23 февраля этого года я проснулся немного раньше обычного, было время полежать и подумать. Вспомнилась служба в армии, все плохое и хорошее что там происходило. Вспомнились сослуживцы, и еще я
0