Я добилась своего. Натан уже не выглядел довольным и расслабленным отцом семейства, заставлявшим близнецов хохотать над проделками гориллы. Сейчас это был сдержанный и умный человек, который сможет заставить руководство «Вистемакс» пересмотреть его позицию в табели о рангах редакции.
— И…?
— Она прошествовала мимо меня в отдел мороженой рыбы.
Натан коротко усмехнулся.
— Ты выиграла первый раунд, Минти.
— Что я действительно хотела бы понять, так это почему я разрушительница семейного очага, а ты нет.
Натан пристально посмотрел мне в глаза. Ему до сих пор было больно думать об этой истории.
— Меня тоже винят, Минти.
— Нет, тебя — нет. Вот в чем проблема.
Он снова перевел взгляд на картину, как-будто искал душевного покоя среди этих скал, волн и песка.
— В глазах Сью ты до сих пор являешься мужем Роуз. И я ничего не могу с этим поделать. С точки зрения общественной морали Сью полагается галочка, Роуз ореол святости, а на мне следует поставить жирный крест.
Улыбка исчезла с лица Натана.
— Хочешь, чтобы я больше не виделся с Фростами?
В «Успешных отношениях», руководстве, которое я в свое время тщательно проштудировала, говорится, что для того, чтобы привязать к себе партнера, надо дать ему свободу. Когда-то я свято верила этому учебнику, но в последнее время стала с удивлением замечать, что эти советы только запутывают отношения, добавляя новых проблем там, где их не было. Когда-то, следуя рекомендациям «Успешных отношений», я сказала: «Натан, я настаиваю, чтобы ты виделся со Сью и Джеком Фростами».
Я положила перед ним окончательный список гостей: шеф Натана с женой, Роджер и Гизелла Гард и мой босс с женой, Барри и Люси Хелм.
— Мы не смогли сделать его длиннее.
До нашей свадьбы я представляла свою жизнь совсем иначе. Кто не мечтает о счастливом и гармоничном браке в кругу друзей и родственников?
— Полагаю, нет смысла приглашать Поппи и Ричарда? А Сэм с Джилли слишком далеко.
Как всегда, Натан оживился при упоминании его старших детей.
— Поппи очень занята, — осторожно сказал он, — и я не думаю, что Сэм будет в городе в это время. Хотя, может быть, он приедет навестить… свою мать.
Если у меня и была навязчивая идея в этом браке, то это было избавиться от Роуз. Очистить дом от нее, выскрести из всех углов, выкорчевать, как сорняки из ее сада те корни воспоминаний, что душили нас с Натаном. Она была повсюду, омрачая своим страданием радость моей победы.
— Минти, — Натан не любил, когда я игнорировала его, пользуясь отчуждением, как оружием. — Я еще здесь.
Я покачала головой.
— Не говори о Роуз. Не говори. Нет.
Он подошел и обнял меня.
— Я и не думал.
Он положил руки мне на плечи и заглянул в глаза.
— Мы должны попытаться, — пробормотала я скорее по привычке.
— Конечно.
От него пахло ветивером[3] и немного эстрагоном и чесноком. Ветивер был отчасти и на моей совести. Он входил в состав микстуры от депрессии и усталости. Я откинула голову назад и внимательно посмотрела ему в лицо. Он показался мне очень бледным. Ничто уже не могло исправить семейный вечер. Тогда я решила прибегнуть к проверенному средству и обвила руками его шею.
[3] Тропическая незаметная трава ветиверия ценится во всем мире благодаря своим мощным корням, из которых получают дорогое ветиверовое эфирное масло. Продукт переработки устойчив к разбавленным кислотам и щелочам, имеет тяжелый древесный вязкий земной запах. Используют масло ветивера для отдушек мыла, приготовления дорогостоящих духов, в косметологии и ароматерапии.