— Сядем? — предлагает Камилла.
Они нашли подходящее местечко. Жако очистил свой участок земли от веточек, которые могли бы создать неудобство для сидения, и уселся. Камилла плюхнулась возле него. Ай! взвизгнула она, после чего принялась вытаскивать из-под себя сучки и камешки и отбрасывать их вдаль. Жако несколько раз вонзает свой кинжал глубоко в перегной — сразу чувствуется запах плоти погибших грибов, — затем, передумав, подбрасывает холодное оружие и ловит его плашмя на ладонь.
— Ты порежешься, — говорит Камилла.
Он даже не пожимает плечами.
— Ты порежешься, — повторяет Камилла.
Он кладет растопыренную пятерню на землю и принимается быстро втыкать нож между пальцами.
— Не хочу даже смотреть, — говорит Камилла.
Она отворачивается. Жак прерывает свою игру.
— Ты ходил в кино на этой неделе? — спрашивает она.
— Да. В четверг. А если бы меня не упекли на прогулку с твоими родителями, то пошел бы и сегодня.
— То, что ты сейчас сказал, не очень-то любезно по отношению ко мне.
— Признайся, ведь невесело гулять с предками.
— Да, но ведь здесь я!
— Да, конечно. Но если бы не ты, какая скучища, какая скучища! К счастью, не все воскресенья такие. На следующей неделе в «Рюэйль-Палласе» будут показывать стоящий фильм, про преступления Борджии[44].
— А о чем это?
— О папах, куртизанках и отравлениях.
— Да ты что!
— Говорю тебе. Эту историю я знаю и уже видел афишу. Так что могу себе представить.
— Я бы хотела посмотреть.
— Хочешь, я свожу тебя тайком?
— Ой, нет! Я боюсь. Если об этом узнают, мне влетит.
— Ну тогда сиди дома. Ты никогда не узнаешь, как Папа Римский ухитрился отравить свою дочь.
— Ты мне потом расскажешь, ладно? А как это у Папы может быть дочь?
— Как? Да так. Папой может быть кто угодно, главное, чтобы избрали.
— А ты мог бы быть Папой?
— Естественно. И ничто мне не мешает когда-нибудь им стать.
— А как же ты тогда на мне женишься? Ведь ты женишься на мне, да? Обещаешь?
— Посуди сама, как только я становлюсь Папой, я — непогрешим и могу издать указ, что Папа имеет право жениться.
Камилла поворачивается к нему:
— Ты сделаешь это ради меня?
[44] Скорее всего, это один из немых итальянских фильмов: «Борджии» (реж. Гулио Антаморо, 1918), «Династия Борджия» (реж. Луиджи Карамба, 1920) или «Цезарь Борджия» (реж. Энрико Гаццони, 1920). Французская (звуковая) картина «Лукреция Борджия» (реж. Абель Ганс) появилась намного позднее, в 1935 году. Цезарь Борджия (1475–1507), архиепископ Валенсии, кардинал в 16 лет, жестокий и вероломный политический деятель, пользующийся покровительством своего отца, папы Александра VI. Цезарю Борджии приписывают многочисленные преступления, он послужил прототипом главного персонажа книги «Принц» Макиавелли.