На крошечном экране мелькали черточки. Из динамиков доносился негромкий монотонный звук.
Маркус остановился. На лбу выступили капельки пота. Он обернулся и немного растерянно сообщил:
— Этот корабль… Он передает сигнал. Нужно попасть внутрь.
На лицах ученых отразилось недоумение. По залу пробежал едва слышный ропот. Заведующий музеем деловито кашлянул и выступил вперед.
— Хотел бы я, друг мой, чтоб это было возможным. Но… мы можем попасть лишь во внешние отсеки. В них нет приборов управления, да и вообще — каких-либо датчиков.
— Но нам нужно. Очень нужно, — умоляюще сказала Рене и дотронулась до руки заведующего.
— Понимаю, — усмехнулся заведующий. Но нам, увы, не решить в один миг задачу, над которой безуспешно бились целых восемьсот лет. Серьезнейшие ученые, заметьте! Слишком мощная система защиты.
— И когда вы последний раз пытались? — поинтересовался полковник.
— Что пытались?
— Взломать систему защиты.
— Точно не помню. Около двухсот лет назад. Но с тех пор мало что изменилось. Определить код из двенадцати символов… Никто не уверен, что с энной попытки не сработает система самоуничтожения…
— Верно, — с иронией произнес полковник Улисс и отвернулся. Он не слишком любил ученых. Тем более таких, которые трясутся над призраками.
Он окинул взглядом корабль, неторопливо разглядывая его обветшалую обшивку, выцветшую краску, закопченные иллюминаторы. Нет, за космолетом, естественно, ухаживали роботы, однако никакой уход не мог стереть отпечаток времени на его разбитом корпусе.
Чуть поодаль стоял капитан Ордынцев. Он тоже рассматривал корабль, однако взгляд его был довольно странным — глубоко задумчивым и чуточку растерянным.
— Не кажется ли вам, полковник, — глупо улыбаясь, начал Ордынцев.
Полковник внимательно посмотрел на капитана, однако тот уже не улыбался. Напротив, лицо его побелело, губы сжались в плотную полоску.
— Вы сочтете меня идиотом, но…
Чак Ордынцев приблизился к тунгусскому космолету и провел ладонью по эмблеме, выбитой на корпусе…
Пять звездочек, треугольник и полукруг посредине, две длинные полоски внизу — эмблема космических патрульных служб. Краска облупилась и потемнела, однако символы были четко видны.
— Что такое, капитан? — навстречу спешил заинтересованный заведующий.
Чак Ордынцев подошел к входному шлюзу и сорвал пластинку, прикрепленную к боковой панели.
— Постойте! Я, конечно, понимаю важность ситуации, но… вы не имеете права! Это музейный экспонат!
— Это собственность космических патрульных служб, — громко сказал Ордынцев и добавил после некоторой паузы. — «Юкаста 541628».
— Вы в своем уме, Ордынцев?! — сквозь зубы прошипел полковник.
— Так написано на борту.
За одну секунду в зале воцарилась идеальная тишина. Слышно было, как пищит прибор Маркуса, улавливая сигнал, идущий от корабля.
Полковник Улисс провел рукой по волосам, не в силах осознать то, что только что выдал Ордынцев. Но…
Тунгусский космолет действительно напоминал обычный патрульный крейсер. Несколько сот таких же летает в космосе по всей солнечной галактике. Однако этому кораблю более восьмисот лет!
— Бред какой-то, — вытирая со лба пот, прошептал заведующий музеем.
Между тем капитан Ордынцев встал напротив шлюза и произнес вслух свое имя, а также персональный код.