Евреи в Мстиславле. Материалы к истории города.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Семён Дубнов не приостановил свои попытки получить образование, усердно занимался латынью, математикой, другими предметами и в середине мая 1878 года уехал в Могилёв для сдачи в гимназии экзаменов экстерном. Уехал без брата, один — на разведку. Вольф приехал позже и они начали совместную подготовку к экзаменам. И даже нанимали репетиторов. Их предупреждали, что сдать экзамены экстерном за гимназический курс даже и без древних языков — дело безнадёжное, на таких экзаменах обычно проваливались. В каждой гимназии находились два-три учителя-юдофоба, которым доставляло особенное удовольствие "резать еврейчиков" на экзаменах.

И, действительно, когда подошло время сдачи экзаменов по гимназическому курсу, директор гимназии Фурсов, о котором мы уже упоминали, заявил, что он готов допустить к ним, но предупредил, что учителя будут очень строго экзаменовать их как экстернов. Это был явный намёк на то, что к ним будут придираться, чтобы не допустить успешной сдачи. Братьям ничего не оставалось делать, как отказаться от экзаменов и вернуться домой.

Была ещё попытка у С. Дубнова сдать экзамены на аттестат зрелости в Смоленске, но и она закончилась неудачно. Но уже по другим причинам. Дело в том, что Смоленск находился к востоку от Черты оседлости и евреям проживать там запрещалось. Семёном по случайному поводу заинтересовалась полиция и ему, чтобы не иметь с ней дело, пришлось срочно вернуться на родину.

Последнюю попытку получить аттестат зрелости, необходимый для поступления в университет, С.М. Дубнов предпринял в Петербурге, куда он уехал летом 1880 года. В это время там уже находился его брат Вольф, который пытался поступить в техническое учебное заведение. Но и эта попытка оказалась неудачной. Измотанный болезнями, многочисленными переездами из квартиру в квартиру и напряжённой литературной работой Семён Дубнов не смог сдать экзамен по арифметике, которую стал уже забывать, и решил прекратить мытарства в погоне за аттестатом зрелости. Так безуспешно закончились для способного еврейского юноши четыре года беспрерывного скитальчества и тревожной жизни, неудач и разочарований, поисков возможности завершить своё образование. Будущий учёный принял решение получить университетское образование самостоятельно, занимаясь дома. И занимался самообразованием по 13 часов в сутки!

Как уже отмечалось, основная масса еврейских юношей Мстиславля не могли продолжать своё образование в родном городе. Не было в Мстиславле и ремесленных училищ, которые могли бы в значительной степени облегчить решение проблемы. На эту тему в № 37 "Русского еврея" за 1880 г. (57) была напечатана заметка, подписанная С.Д. (один из псевдонимов Семёна Дубнова). В этой заметке он, в частности, писал о том, что отсутствие в городе начального училища приводит к тому, что многие из еврейских детей "рыскают по городу в поиске копеечных подаяний, а общество равнодушно смотрит на то, как нищенство внедряется в характер этих детей вместе с ленностью и полнейшим отвращением к труду." Решение вопроса учёный видел в возобновлении работы еврейского училища с ремесленным отделением, что бы избавило город от сотен нищих праздно шатающихся мальчишек.

Для получения права на преподавание в учебных заведениях учителя должны были иметь специальные разрешения. Сохранились списки лиц, которым были выданы меламедские свидетельства в 1896 и 1900 гг. (А3) для обучения детей в хедерах Мстиславля.

Известно, что в конце 19 века в Мстиславле было открыто еврейское частное одноклассное училище. В 1901 году содержал это училище Д.Е. Розенблюм. В 1910 году в нём обучалось 89 детей.

5.4 Еврейский быт и образ жизни

О быте евреев восточной Белоруссии мы можем судить только по воспоминаниям современников и небольшому количеству сохранившихся документов. Вот как описывают евреев составители военно-статистического обозрения для Генерального штаба Российской империи (5), изданного в 1847 году:

Интересны описания еврейского быта, выполненные приблизительно в это же время Гортынским Н.Г. и Дембовицким А. (8, 14). - видными чиновниками Могилёвской губернии, в состав которой входил Мстиславль, наблюдавших длительное время за жизнью евреев могилёвщины во второй половине 19 века. Нам часто придётся сталкиваться с этими именами.

А. Дембовицкий являлся губернатором Могилёвской губернии и написал книгу, в которой осветил различные вопросы общественной жизни, в том числе, и взаимоотношения с евреями. Деятельность Александра Дембовицкого отмечалась на проходивших 28 октября 2001 г. в Могилеве краеведческих чтениях на тему: "Могилевщина глазами Александра Дембовицкого." Они были посвящены 160-летию со дня рождения этого бывшего могилевского губернатора и его главному труду.

Николай Григорьевич Гортынский (1799–1887 гг.) на основании архивных исследований и собственных наблюдений написал большой труд "Записки о евреях в Могилёве на Днепре и вообще в Западном крае России", опубликованных в Санкт- Петербурге в 1870, а затем переизданных в 1878 году.

Мне кажется, что отношение этих двух чиновников к евреям отражает общественное мнение по еврейскому вопросу, бытовавшее в России во второй половине 19 века. В основном их записки, претендующие на объективность отражения действительности, проникнуты, мягко выражаясь, негативным отношением к евреям, в которых они хотят найти причины всех бед христианских. С другой стороны, в их записках можно найти зарисовки еврейской жизни и быта 19 века, выполненные пытливыми современниками, что представляет безусловный интерес

Я попытаюсь привести их с небольшими отклонениями от текста. Мне представляется, что в описании быта евреев в 19 веке авторы достаточно объективны, что не скажешь о их отношении к самим евреям, где чувствуется явная неприязнь.

Внешний вид и одежда

По сведениям Гортынского в период, предшествующий царствованию Николая Первого, т. е. до 1825 года, евреи-мужчины брили середину головы, от лба до затылка, оставляя по обеим сторонам пейсики. Бритый верх головы всегда плотно покрывался бархатной скуфейкой (кипой), поверх которой вне дома, во время молитвы, а также за столом одевалась полубархатная черная шапка, опушенная внизу мехом куницы или соболя. Летом вне дома одевалась чёрная шляпа с широкими полями. Обязательно отращивались усы и борода. Поверх рубашки одевалась фланель с прикреплёнными к ней по углам пучками висячих шнурков (цицеле). Евреи носили панталоны узкие, короткие до колен, чулки и грубые туфли с пряжками спереди, а бедные евреи — без пряжек. У богатых евреев в качестве верхней одежды использовался длинный чёрный зипун. Зипун подпоясывался чёрным широким шёлковым шарфом. Сверх зипуна при выходе из дома надевали чёрный лёгкий плащ без рукавов, а иногда даже летом большие лисьи шубы. По повелению Николая Первого евреи заменили описанный костюм общеевропейским, оставив только усы и бороды, а также фланель со шнурками на рубахах, припрятывая их в панталоны.

Мужчины в будни к утренней молитве одевали тфилины, представляющие собой прямоугольные чёрные кожаные футляры, в которых хранятся написанные на пергаменте отрывки из Торы. Тфилины прикрепляют — один к голове, другой к левой руке.

В синагогах мужчины покрывают голову и плечи лёгкими шерстяными шалями из белой ткани с синими по концам каймами (талесы). Во время больших религиозных праздников поверх платья одевали белые полотняные рубашки с вышитым серебряным воротником.

Еврейские девушки носили волосы на голове открыто, зачёсывая и заплетая их выше затылка в две косы с лентами на концах. В ушах закреплялись серьги, а на шею одевались бусы с жемчугом и золотые цепочки, с привешенными к ним золотыми монетами. Замужние женщины брили всю голову. На неё навязывали узкую кисею с висячими сзади накрахмаленными концами (шлеер). Сверх шлеера по сторонам над висками привязывались по три с каждой стороны маленькие подушечки с жемчугом и дорогими камешками (биндами), а вокруг головы обвязывался большой платок, широко нависающий над лицом. При выходе из дома на всё это накладывалась лисья широкая шапка, покрытая парчой. На шею повязывался чёрный бархатный стёганый галстук (шарф) с пристёгнутыми к нему нитками жемчуга, а иногда дорогих камней (галсбанд). Верхним платьем у евреек служил узкий капот из цветной шёлковый ткани с шелковой подкладкой, а зимой — на лисьем меху.

Столь частое упоминание лисьего меха говорит о том, что такие одежды вероятно употреблялись и мстиславскими евреями, поскольку лис в окрестностях Мстиславля было много, что нашло отражение даже в гербе города.

Описанный костюм был с удовольствием изменён еврейскими женщинами на общий. При этом было сохранено бритьё головы, на которую накладывали парики из волос или шёлка, а бедные даже из окрашенного льна.

Гортынский считал, что изменение костюма не изменило ни верований, ни занятий евреев. Они по прежнему считают себя временными пришельцами и ожидают прихода Мессии и ухода в самостоятельное царство Израилево. И делал вывод:

Образ жизни

Гортынский свидетельствует, что небогатые евреи, а они составляли основную массу еврейского населения, в обыденной жизни чрезвычайно воздержаны. Плохое питание зачастую доводит их даже до истощения. Помещаясь по несколько человек в одной комнате, разделённой лёгкими перегородками, ширмами или просто грязными занавесками, они дышат крайне испорченным воздухом, питаются в основном луком, огурцами и прочими продуктами огородничества, селёдкой и ржаным хлебом, тонким и всегда хорошего качества. Лишь по субботам они употребляют говядину и рыбу и то в весьма в малом количестве.

При таком недостатке в пище и даже нищете немногие берутся за тяжёлую механическую работу, а более занимаются сидячими ремеслами, правда, без надлежащего умения и плохо. Значительная часть евреев рыскает целый день по городу и, не имея никакого мастерства, ищут возможность что-нибудь заработать услугою или обманом. Для удобства поиска такого заработка стараются жить возле рынков и торговых лавок. Поэтому постройки их в таких местах стеснены. Дома слиты друг с другом, так что в случае пожара невозможно подойти к ним для тушения огня.

Позволю себе небольшое отступление. Во время моей поездки в 2004 году на Украину, в Россию и Белоруссию с посещением Мстиславля мне пришлось часто пользоваться метро и пригородным железнодорожным транспортом. В вагонах происходит постоянное движение продавцов, которые тут же выкладывают свои многочисленные товары и разворачивают шумную и назойливую торговлю. Это всё очень раздражает, многие недовольны и ругают продавцов. Но когда задумываешься над описанным явлением, то понимаешь, что люди идут на это от бедности, безысходности и желания заработать на пропитание. При этом среди продавцов не было евреев. Так что ничего не зависит от национальности, а только от условий жизни. Когда нечем кормить семью, люди любой национальности, начинают "рыскать" в поисках заработка. В израильских поездах, также как и на улицах, никогда не встретишь частных и назойливых торговцев.

Но вернёмся к свидетельствам Гортынского. В середине 19 века зажиточные евреи жили богато, иногда даже роскошно, но при этом их расходы не превышали доходы. Если они берут деньги взаймы, то не на предметы роскоши и щегольство, а лишь для коммерческих оборотов, в которых они искусны и умно расчётливы. Успехам их предприимчивости во многом способствуют родственные связи в разных местах.

Основными чертами еврейского образа жизни является воздержание, трезвость, пронырливая услужливость бедняков-евреев и умная расчётливость в торговле состоятельных промышленников.

Приказания своих старейшин они содержат в строгом секрете и исполняют их точно. О преступлениях своих собратьев не рассказывают, скрывая их от христиан и правительственных органов.

Евреи оказывают повиновение государственным законам, властям и утверждённым от правительства казённым раввинам. Кроме того, еврейские общества содержат особых духовных раввинов, которых благоговейно уважают, платят им жалование, исполняют их религиозные наставления и судебно-тяжбовые решения по междоусобным делам. Наложенное ими же на какой — нибудь предмет запрет (херим) каждый еврей свято и нерушимо выполняет. Такое обособление евреев от христиан было широко распространено. Евреи стараются решать все вопросы на суде раввинов, который разбирает все тяжбы по религиозным законам. Уклоняющихся от такого суда евреев и требующих решения дел гражданскими учреждениями подозревают в недобросовестности. Бывают случаи, когда даже христиане в споре с евреем соглашаются на суд духовного раввина. Эти раввины не имеют достаточной юридической и финансовой компетентности и служат евреям авторитетам более в делах религиозных, обрядных и брачных, чем в гражданских.