Евреи в Мстиславле. Материалы к истории города.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Изучением событий, связанных с "мстиславским буйством", занимались многие исследователи (7, 15, 25). Часть из работ на эту тему приведены в Приложениях (16.1; 16.2).

5.2 Религия

Во второй половине 19 века евреи, жившие в Могилёвской губернии и в Мстиславле, принадлежали к двум основным религиозным направлениям иудаизма: миснагдимам и хасидимам.

Миснагдимами (митнагедим, миснагедим) назывались ортодоксальные евреи, строго придерживающиеся Талмуда и исповедующие во всей полноте религию, исходящую из священных книг ветхого завета и устного закона. Название миснагдим (противящийся, протестующий) было дано противниками их учения, хасидимами. Хасидимская секта возникла из учений средневековой кабалистики и представляла собой основную форму мистического направления еврейской религии. Основателем этого направления (1720 г.) был Израиль Гершович, известный под именем Бешт. Он именовал себя вдохновенным цадиком (чудотворцем), единственно верным истолкователем Талмуда, ближайшим лицом к Богу, перед престолом которого он является вернейшим представителем Израиля.

По Бешту молитва должна быть восторженная, страстная, углублённая, громкая, чтобы доходила до небес. Кроме того, она должна быть соединена с определенными движениями тела и хлопаньем в ладоши, чтобы выражать этим радость. Хасид должен быть всегда весел и оставаться умственно спокойным, раздавать милостыню, а больше всего посылать помощь в Иерусалим. Одним из отличительных догматов хасидов является то, что они веруют в получение устного откровения воли Бога каждым праведным хасидом, т. е. цадиком. На такого цадика хасиды смотрят как на святого, всякое изречение которого преисполнено божественного премудрого духа.

Хасидимы и миснагдимы одинаково принимают основные догматы Торы и Талмуда, спорят только о второстепенных обрядах религии.

Миснагдимы при сильной привязанности к своей национальности готовы к некоторым религиозным реформам, тогда как хасидимы отличаются фанатическим консерватизмом, не допускающим ни малейшего критического суждения о том, что касается веры. У хасидов больше и нетерпимости к иноверцам.

Известно, что уже в 1777…1787 годах в Мстиславле проходили диспуты по вопросам религиозных обрядов.

В 80-х годах 19 столетия в Могилёвской области при численности еврейского населения около 200 000 человек было 346 молитвенных домов, из которых 131 принадлежало мисснагдимам и 215 — хасидимам. В Мстиславском уезде большинство молитвенных домов было у миснагдимов — 21, а хасидов только — 5.

В самом же Мстиславле к 1911 году в насчитывалось 12 иудейских молитвенных домов, из которых три были каменные, а 9 — деревянные. Лишь одна мстиславская синагога была хасидской. Она была настолько бедна, что не имела даже своего местного ребе. Поэтому некоторые из местных хасидов — хабадников ездили на поклон к известному ребе Менделю Шнеерсону в Любавичи.

Мстиславская община будучи в основном митнагидской, строго придерживалась еврейской этики, веры и обычаев и славилась своими учёными раввинами. Среди них были талмудисты Дубновы — предки будущего еврейского историка.

Родоначальником их мстиславской линии был прапрадед учёного Бенцион Бен — Иехезкель (по русским актам- Хацкелевич), умерший в начале 19 века. Он занимал видное место в мстиславской общине. В местных пинкасах его имя встречается в списках ежегодно избиравшихся членов кагала, начиная с 1761 года и всегда в высшей группе членов правления, носивших титул "рошим". Во всех документах его называли" начальник и вельможа". Этот титул обыкновенно давался лицам богатым и влиятельным.

Выдающимся талмудистом был и его сын Зеев-Вольф. Обеспеченный доходами с имения он мог предаваться умственным занятиям и стал большим знатоком раввинской литературы (15)

Среди известных мстиславских учёных-талмудистов были также: отец Шимона Великовского — Яков, дед — Шимон, прадед Иегуда и прапрадед — Айзик (13). Их мудрые книги долго хранились в семейной библиотеке Великовских и сгорели во время знаменитого мстиславского пожара 1858 года.

Известно, что с 1838 года в Мстиславле работал раввин Израиль Метелица.

Крупным учёным-талмудистом стал дед С.М. Дубнова — Бенцион-второй (1805–1890). О нём с большой теплотой пишет историк в своих мемуарах (15). Начиная с 1845 года, он отказался от всех торговых дел и стал безвыездно жить в Мстиславле. На решение Бенциона Дубнова уйти от мирской суеты и заниматься только наукой большое влияние оказал так называемый "мстиславский бунт". Вся эта история произвела на него настолько удручающее впечатление, что он стал искать утешение только в изучении Торы.

Он жил на доходы с принадлежавшего ему большого каменного дома, который сдавался в наем под казённые канцелярии и торговые склады. В течение более 40 лет Бенцион Дубнов читал высший курс Талмуда в мстиславской синагогальной академии (иешиве). Занятия в ней проводились, как для местных евреев так и для слушателей из других городов Белоруссии, а также Литвы и Украины. После утренней молитвы в синагоге Бенцион обычно читал получасовую лекцию (шиур). Он сидел в центре длинных столов, расположенных вдоль восточной и южной стены синагоги среди рядов сидящих и стоящих слушателей, число которых доходило до пятидесяти. Текст он объяснял по его прямому смыслу, упрощая самые сложные проблемы Галахи, но одновременно давая сводку комментариев, относящихся к данному месту. По окончании лекции деловые люди уходили в свои лавки или мастерские, а учащаяся молодёжь, (иешива бахурим) оставалась в синагоге на целый день для разучивания прослушанной лекции и приготовления задания на следующий день. Бедные иешиботники из иногородних, " евшие дни", то есть получавшие даровые обеды поочерёдно в домах обывателей, рисковали лишиться своих покровителей при недостаточном прилежании и должны были, хотя бы для вида. сидеть над фолиантами талмуда. Однако многие учились усердно по внутреннему убеждению, готовясь к званию учителя или раввина. В 80-х годах число учащихся в иешиве уменьшилось до 20 человек. Интересно, что иешиботники носили географические прозвища: "дер Могилёвер", дер "Слуцкер" и т. п., указывающие на город из которого они приехали.

Кроме утренней лекции Бенцион иногда читал и вечерний шиур у себя дома. Особенно прилежные талмудисты синагоги раз в неделю оставались в ней для занятий на всю ночь. Это называлось "ночным бдением" (мишмор). Иногда там собирался маленький кружок читающих запретные книги. В это время в Мстиславле уже можно было познакомиться с вольной новоеврейской литературой. В городе были люди, которые собирали и хранили новые книги и журналы. Такая коллекция книг была у Лебе Мошеса — мужа Маши, энергичной женщины, управлявшей круподёрным заводом. Этой библиотекой пользовался Шимон Дубнов, скрывая своё увлечение от деда Бенциона.

В городе рассказывали об удивительной твёрдости духа, проявленной Бенционом Дубновым во время мстиславских пожаров. Когда во время чтения лекции ему сообщили о том, что в городе вспыхнул пожар и слушатели пытались разойтись по своим домам, он просил их дослушать лекцию до конца. После пожара, когда погорельцы рылись в уцелевшем домашнем скарбе, он попросил служителя синагоги отыскать и принести ему нужный трактат талмуда, по которому он должен был приготовить лекцию на завтрашнее утро.

Пожары 1858 и 1863 года привели к тому, что семья Дубновых лишилась средств для жизни. Но несмотря на это Бенцион Дубнов всё же отказался принять предложенную ему вакантную должность раввина и получать плату за свои талмудические лекции. Он не хотел зарабатывать на своей учёности и знании Торы. Надо отметить, что в те времена из лиц духовных профессий только раввин был достаточно хорошо обеспечен, поскольку его содержала община. Прочий же духовный персонал, как и основная масса евреев, жила бедно. Еврейская община Мстиславля всё же находила окольные пути для вознаграждения Дубнова, выдавая ему несколько рублей в неделю, но об этом открыто не говорили, боясь оскорбить гордого учёного.

К 1886 году, когда здоровье Бенциона стало ухудшаться, работа синагоги стала уже не такой оживлённой. Вне часов богослужения она теперь уже пустовала. Почти исчезли иешиботники, некогда оглашавшие её помещения заунывными напевами текста Талмуда. Работа иешивы несколько оживилась после смерти Бенциона под руководством нового раввина- лектора.

Религиозные обряды в мстиславской еврейской общине соблюдались строго. Евреи, не посещавшие синагогу и не выполнявшие других обрядов, были исключением. Их строго осуждали. И уже настоящим скандалом было, когда внук духовного вождя мстиславской общины рабби Бенциона Шимон Дубнов не посетил синагогу ни Рош-гашана, ни в Иом-Киппур осенью 1884 года, в дни, когда даже самые плохие евреи присутствуют на богослужении. Многие провожали его недобрыми взглядами, когда он ходил по улицам в субботу с палкой в руке, заходил в почтовую контору или гулял по городскому бульвару в часы праздничного богослужения. Если бы не авторитет деда, его бы забросали камнями на улице.

По всей губернии распространились слухи о мстиславском отступнике. Позже, когда С. Дубнова постигла продолжительная болезнь глаз, говорили, что за отступничество он наказан слепотой.

В Мстиславле жил и умер знаменитый рабби Гилель. Рассказывают, что его хоронили тысячи евреев. На его могиле был установлен красивый склеп, разрушенный во время немецкой оккупации.(51).

В 1877 году был назначен казённый раввин Герцель Гитович, которому в 1895 году разрешили и дальше занимать эту должность несмотря на то, что он не удовлетворял требованиям нового законодательства об образовательном цензе.

В начале 20 века должности раввинов занимали:

Примечательно, что в военное время Фрумкин служил в армии и за свою службу был отмечен несколькими наградами.

"Еврейская неделя" сообщала, что приказом Главнокомандующего армиями Северо-Западного фронта от 4 июля 1915 года за № 1569 старший врач, коллежский асессор (гражданский чин 8-го класса, дававший почётное гражданство) С.М. Фрумкин был награждён орденом святой Анны 2-й степени. У Фрумкина это была не первая награда. Ещё во время Русско-Японской войны он удостоился орденов святого Станислава 2-й степени с мечами и святой Анны 3-й степени с мечами.

Очень интересные материалы о религиозной жизни местечка Хиславичи, входившего до 1918 года в состав мстиславского уезда, собрал Шломо Гуревич (12)

Бывали случаи, когда евреи принимали православную веру. От таких религиозные евреи держались подальше. И. Цынман в своей книге "Бабьи яры Смоленщины"(66) рассказал историю о своём предке Лазаре, служившем долгие годы в царской армии и принявшем православие. Стараясь искупить свою вину перед евреями, он построил в Заречье на свои деньги синагогу, но местные евреи в неё ходить не стали, предпочитая ей свою старую.