— Что произойдет этой осенью? Просто скажи правду.
— Правду?
— От всего сердца. Я смирюсь. Я уже привыкла к парням, разочаровывающим меня.
— От всего сердца?
— Да, прямо оттуда.
Я закрываю глаза, стискиваю зубы и задерживаю дыхание.
— Я влюбился в Швейцарии в прекрасную девушку, каждое движение которой сводит меня с ума. Я хочу быть с ней двадцать четыре часа семь дней в неделю. Прямо сейчас. Сегодня. Завтра. И каждый последующий день. Моя мама планировала эту поездку в течение всего года, как сюрприз. Ты хочешь, чтобы я разбил ей сердце?
— А что на счет моего сердца?
— Поверь мне, оно в отличных руках.
— Это не то, что ты говорил после обеда. Когда я смогу тебя увидеть?
— Я приеду к тебе сразу, как мы вернемся.
— Будешь мне звонить?
— Там нет телефона или интернета, но я буду звонить каждый раз, когда появится сеть.
Я встаю и перевешиваюсь через перила.
— Это будут ужасно долгие пять недель.
— Для меня они будут еще длиннее.
Я поворачиваюсь и иду на цыпочках к себе в спальню.
— Ты действительно имел в виду то, что сказал?
— Я обещаю, что буду звонить. — Он снова кашляет. Определенно, простуда.
Я должна положить трубку. Но не могу.
— Нет. То, что ты влюбился в Швейцарии?
— Я полагал, это и так понятно, — говорит он без сомнений.
— Ты ужасно разочаровываешь. Восхитительный, но разочаровываешь. — Я определенно с каждым разом отдаляюсь от него.
— Что насчет тебя? — Он замолкает на минуту. — Ты влюбилась? — Его голос затихает.
Мои глаза смотрят на розу на тумбочке.
— Не уверена. Не знаю, что такое любовь, но в моих руках есть нечто прекрасное. — Мой голос дрожит. — И я не хочу это отпускать.
Я ложусь на кровать. Локоны разбросаны по подушке, и я представляю, что они его.
— Не возражаешь, если я приму это за «да»? — говорит он медленно.
— Не возражаю. — Я снова таю.
— Держись, Бет. Осень будет нашей. Я работаю над планом для тебя.