Я закрываю глаза. Слёзы возвращаются.
— С твоей семьей все в порядке?
Я киваю и тяжело сглатываю.
— Я сдала несколько анализов перед отъездом. Моя мама получила результаты.
Его рука на моей спине останавливается.
— Ты же не больна, правда?
Я качаю головой.
— Ты не умрешь у меня руках?
— Почему тебе не все равно?
— Прости. Хочешь, чтобы я ушел?
— Нет. — Я сижу и смотрю на озеро, пытаюсь взять себя в руки. — У меня не может быть детей.
Высказанное вслух этому парню, делает всё более реальным, заставляя принять судьбу. Я сломлена, не могу прекратить плакать, даже когда Дерек рядом.
— Иди сюда.
Он обхватывает меня двумя руками, укладывает мою голову себе на плечо и крепко держит. Рыдания вырываются на волю. Он шепчет успокаивающую ерунду, напевает мелодию, которую я раньше не слышала, и качает меня туда-сюда. Ни разу не говорит: «Все хорошо». Так можно и запросто влюбиться.
В конце концов, я прихожу в себя. Его плечо совсем мокрое там, где только что было мое лицо. Я немного приподнимаюсь.
— Черт. Я испортила тебе рубашку.
— У меня есть еще четыре точно такие же.
— Твоя паста остынет.
— Люблю холодную пасту.
Я выдавливаю улыбку. Моя нижняя губа дрожит.
— Мне жаль.
Я дотрагиваюсь до мокрого пятна на его груди. Он снова прижимает меня к себе.
— А мне нет.
— Я, должно быть, выгляжу ужасно.
— Я не смотрю.
— Думаю, ты уже можешь меня отпустить.
— Я обязан?
— Нет. — В моем горле начинает першить, будто слёзы снова просятся наружу. — Ничего такого не подумай, но это помогает.
— Хорошо. — Его губы касаются моего лба.
— Дерек?