— Бывает. Быстро не получается, — парень словно сам с собой разговаривал.
Он огляделся по сторонам, нашел лежащий пистолет. Вытащил обойму и протянул мне.
— Наглядная агитация в действии. Держи.
Я на автомате взял оружие и снова непроизвольно, через силу, бездумно поднес его к голове и так же автоматически нажал на курок. Пять раз подряд. Я жал и жал до тех пор, пока парень не выбил пистолет у меня из рук.
— Теперь веришь? У нас четыре минуты. С собой — деньги, документы, карточки. Больше ничего не брать. Телефон оставить. Это понятно?
Но вещи собирал он сам. Я стоял в полной прострации.
— У тебя в доме соль есть? — вдруг спросил он.
Я показал жестом на кухню и понял, что более дурацкого вопроса в такой ситуации трудно было ожидать.
— Деньги есть еще где нибудь- или это все? — уточнил Второй после того, как принес из кухни початую пачку соли.
Я двинул медленно в комнату и снова взглядом уперся в лежащее на полу тело. Вот тут-то я и увидел, как резкую вспышку, что передо мной лежит не просто человек, а нечто с темной, почти черной клубящейся материей возле головы. То, что лежало на полу, не могло быть человеком. Людей с такой аурой не существует в природе. Меня качнуло, я хватанул ртом воздух, неловко развернулся, чуть не поскользнувшись в ручейке крови, вывалился в коридор. Второй как-то легко снова тряхонул меня, удержал, поставил на ноги и сказал:
— Добро пожаловать в наш мир, бродяга.
Он не закрывал квартиру. Все найденные вещи сложил в велосипедный рюкзак. Достал пачку соли, зачем-то засыпал пол в прихожей и, выпихнув меня в тамбур, точно так же густо посолил в коридоре.
— Пошли. Быстро. Полторы минуты.
Мы спустились вниз. За углом дома стоял старенький, видавший виды Опель. Второй открыл брелоком двери и бросил на заднее сиденье рюкзак с вещами.
Я забрался в машину, и первые несколько секунд думал только о том, что при свете лампы кровь мертвеца была совсем не красного, а черного, как сажа, цвета…
Берлогой оказалось старое двухэтажное заброшенное здание не то бывшего детского сада, не то школы — во дворе, обнесенном полуразвалившимся бетонным забором, кое-где еще виднелись изуродованные фигурки животных и рассыпанные детские беседки. Антураж полностью соответствовал ситуации.
Но Второй потянул меня не вверх по винтовой лестнице (сразу ассоциация пошла с больницей), а вниз. Он сразу щелкнул выключателем у входа и зажег свет. Я даже удивился. По таким местам надо пробираться в темноте, разве что с карманным фонариком. А тут… Почему-то стало совершенно не страшно.
Внизу — в полуподвальном помещении, где много лет назад находилась котельная, — разглядел и срезанные трубы, и полуразобранную плиту (печь) — была устроена та самая «берлога». За толстой, обитой железом дверью я увидел вполне обжитое помещение — кровать, электрическая плита, телевизор и даже пристроенный на столе простенький ноут. Не знаю, чему больше удивился — месту, свету или вполне домашней обстановке.
Но Второй молчал. И только когда впихнул меня в комнату и запер на тяжеленный засов дверь изнутри, он сказал:
— Сейчас переговорим, утрясем все и подождем. До утра смысла нет выходить в город. Прилипалы слишком злые…
Он снял куртку, бросил ее в угол, к лестнице. Вытащил из-за ремня пистолет — не такой, как я нашел. Другой. Больше похожий на «ТэТешник». Я такие видел и даже стрелял — друг работает опером, и когда-то мы садили из ТТ по банкам — вот придурки!
Пистолет осторожно был пристроен на столе.
А дальше было продолжение театра абсурда — вместо того, чтоб готовиться к обороне, или там проверять оружие, или узнавать секретную информацию, Второй достал электрический чайник и, набрав воды, включил кнопку подогрева.
— Чай будешь? — спросил меня Второй.
Бре-е-е-ед.
Я стоял, как дурак, посреди непонятной заброшенной людьми дыры в компании с непонятным, но явно опасным придурком, который полчаса назад у меня в доме застрелил человека, который посыпал солью мою квартиру, ничего не объяснял, а сейчас решил как ни в чем не бывало попить чайку!
— К черту — заорал я на него. — К черту. Или ты мне все рассказываешь, или я ухожу отсюда. Кто такие «они», какие «прилипалы»? Кто там лежал у меня в квартире?
Второй глянул на меня из-за плеча и добавил:
— И почему ты собирался вынести себе мозг…
А вот на этой фразе я заткнулся. Мертвый человек, темная пелена вокруг его головы и даже черная кровь — пугали, оставляя вопросы, а вот то, как я добровольно, бездумно, тупо чуть не выпустил пулю себе в голову — это не пугало, а попросту ужасало. Потому, что вопросов после не было бы.