- Нет. - Я отрицательно покачал головой. - Вы сказали мне, что любили его и, что единственным рассуждением, почему вы от него ушли от него, было то, что вы думали, что он не любит вас в ответ. Не так ли?
- Это так, но…
- Это так, потому что он не сказал, что любил вас так, как вы этого хотели, мало того, он вам говорил, что на самом деле неспособен любить вас так, и вы решили его оставить. Правильно?
- Нет... я оставила его, потому что он тратил деньги компании на ненужные вещи и обманывал меня.
- Вы когда-нибудь задумывались о своих чувствах? - Спросил я. - Вы думали просто спросить, затронет ли его то, что вы его бросаете - вы были в хороших отношениях или нет?
- Он... - она была сломлена. - Он мне изменял...
- Правда? А может просто вы хотели больше, чем он был готов вам дать эмоционально мисс Эверли?
- Пожалуйста, прекратите...
- Есть ли такая вероятность, что это все могли сделать вы?
- Нет, никогда. Я бы никогда.
- Может вы гребаная лгунья?
- Порядок! Порядок! - Судья стукнула своим молотком и жюри ахнули.
- Адвокат, в мою комнату. Сейчас же!
Я уставился на фальшивые слезы, стекающие по лицу мисс Эверли. Это дело было завершенным.
Я пошел в комнату судьи и закрыл дверь. - Да, Ваша Честь?
- Вы совсем тронулись умом?
- Извините?
- Вы только что назвали собственного свидетеля гребаной лгуньей.
Я смотрел в окно, видя, как помощник шерифа давал ей упаковку бумажных носовых платков.
- Вы что-то употребляете? - спросила она. - Пьете? Курите что-то, кроме сигарет?
- У меня просто был один неудачный день в суде.
- У вас было несколько неудачных дней в суде.
- Я не помню, чтобы называл кого-то из моих других свидетелей гребаными лжецами...
- Вы призвали к возражению во время чтения приговора.
- Может быть, мне не понравилось, как оно звучало.
- Может быть, но вы никогда не доставляли неприятностей в моем суде. - Она сделала паузу. - Никогда... пожалуйста, идите и подумайте, мистер Гамильтон. Я уж не хотела бы быть судьей, которая возглавит ваш первый проигрыш.
Она жестом показала мне следовать за ней из комнаты. Женщина заняла место в своем кресле и объявила, что текущее судебное разбирательство откладывалось из-за редкого правила, поднятого защитой, и что работа возобновится через две недели.
С облегчением я закрыл портфель и проигнорировал румяную мисс Эверли.
- Мистер Бах, - сказала она, глядя на меня, - я бы очень хотела выиграть это дело, поэтому не могли бы вы, пожалуйста…
- Будет сделано, - сказал он, обрывая ее. - Не беспокойтесь. - Он одарил ее ободряющей улыбкой и попросил мистера Гринвуда провести ее к машине. Затем он повернулся и посмотрел на меня.