- Зрелости, - сказал он. - В детстве я мечтал стать Героем Советского Союза и лауреатом Сталинской премии. Даже твои семь орденских планок меня бы не устроили в детстве.
- Твои подвиги еще впереди, - сказал Борис Архипов. - Только не обменяй их на домашние обеды. Удерем с банкета?
- Непременно, - сказал Овцын и пожал его локоть.
Потом они выскользнули из зала, где еще продолжалась говорильня, н в мужском туалете, покусывая сигареты, продырявили друг другу тужурки.
- Внушительно, - похвалил Борис Архипов, поправив значок Овцына. - Теперь каждому видно, что ты не какой-нибудь сельдерей с кисточкой, а отличник. Ну, пойдем. Покажу тебе свою самоходку. Новейшая модель.
- Только ненадолго, - сказал Овцын. - Я сегодня должен улететь.
- Понимаю, - кивнул Борис Архипов.
- Ничего ты не понимаешь, - улыбнулся Овцын.
- Отчего же? - пожал плечами Борис Архипов. - в сумочке твоей супруги уже лежат билеты до Сочи. Ты не знаешь, где Ксения Михайловна?
- Ксения Михайловна скорее всего в Рязани.
- Я засыпал Рязанский почтамт письмами до востребования. Она не из тех, кто не отвечает на письма.
- Она их еще не успела получить.
- Она... Пошла на Лену с тобой?
- А что я мог поделать? Удалось зачислить ее метеорологом.
Борис Архипов остановился, схватил Овцына за борта тужурки, прижал к ограде сквера.
- Убеди меня и том, что между вами ничего нет... - прошипел он. -Убеди меня в том, что ты пи разу не коснулся пальцем этой женщины...
- Нет, - сказал Овцын. - И брось дурить, люди оглядываются.
Борис Архипов отпустил его, сказал страдальчески:
- Все равно ты - дрянь.
- Тогда я пойду направо, отец - сказал Овцын. - Бог с ней, с твоей самоходкой! Мне еще рассчитываться в конторе, билет доставать, а меня жена ждет. В положении...
- Конечно, пойдем направо, - сказал Борис Архипов и поцеловал его.
Они зашли в кабинет к Лисопаду - пустынный и свежий в это время
года, - сравнили свои сияющие значки с поколупанным значком старика, потом Овцын взял со стола лист и написал заявление об увольнении.
- Не понимаю, - сказал Лисопад, прочитав написанное. - Ты рехнулся, фунт с бугра?
Овцын отрицательно помотал головой. Борис Архипов смотрел прямо и возмущения не выражал. Тогда Лисопад сказал:
- Без Крутицкого такие дела не делаются. А он тебя не отпустит. У него на, тебя планы.
- У всех на меня планы, - сказал Овцын. - Я сейчас лечу в Москву, а ты отдашь эту бумагу Крутицкому; и когда он, наконец, поймет ситуацию. и
подпишет, вышлешь мне расчет по этому адресу.
Овцын написал на оборотной стороне листа адрес Эры.
- Ну, .лети, - сказал Лисопад. - Подонок ты!