Схватываются с играющими. Начинается свалка, Суетливый мужичок тотчас в нее ввязывается.
Суетливый мужичок. Вышибай их ко господу! Жми на них, на шпыней!
Голоса. Не хватай! Я те так хватану! Нагреб денег целую гору да еще куражится! Тут люди спину гнут за алтын, а они, видишь, десятками швыряются свинье в рыло! Гони их взашей!
Чиновника, приказчика и человека с коком вытесняют из трактира.
Человек с коком (кричит в дверях). Хозяин! Раскаешься! Я исправнику обскажу!
Целовальник равнодушно щелкает на счетах.
Баба в платке. Что ж вы вьюношу на мороз выкидаете без пальтеца. Его небось тоже мать родила. Бессовестные!
Пушкин смеется.
Молодой ямщик (швыряет пальтецо, забытое шулером, через головы). Эй, шилохвост! Держи! Пальтецо свое на цыплячьем меху!
Хохот. Во время общей суматохи и шума в трактир входит седой ямщик и с ним бледный человек в рваном зипуне с чужого плеча и треухе. Щека у человека в треухе завязана грязным бинтом.
Седой ямщик (озабоченно говорит человеку в треухе). Садись вон в тот уголок. Там неприметнее. Я сейчас чайку тебе закажу.
Человек в треухе. Спасибо, отец. Заплатить мне нечем.
Седой ямщик. Бог за тебя заплатит. (Проходит с человеком в треухе за дальний столик позади Пушкина.) Вот тут и садись, обогрейся. Только не засиживайся. Все-таки тракт! Неровен час, наскочат жандармы. Или исправник заявится. Место людное. Надо быть, начальству здешнему уже все ведомо. Хоть мы и первые сюда доскакали.
Человек в треухе. Думаю, известно.
Седой ямщик (роется в кисете, достает ассигнацию). Вот тебе целковый. Бери, не смущайся. Дальше мне тебя везти невозможно. Как отдышишься малость, подавайся на Жадрицу, подале от большака. Там места глуховатые – лес, болото.
Человек в треухе. Спасибо тебе великое. Спас ты меня…
Седой ямщик. Чего там! Я пойду коней поставлю.
Седой ямщик уходит. Половой подает человеку в треухе чай. Пушкин пристально смотрит на человека в треухе, трогает Кузьму за руку.
Пушкин (вполголоса). Погляди, что за человек.
Кузьма (смотрит на человека в треухе). Вроде военный… С выправкой. А в зипуне…
Пушкин. На нем офицерские сапоги. Разве не видишь?
Кузьма. Беглый, что ли?
Пушкин. И раненый… Странно…
Слепец (поводырю). Подымайся, Васятка, кланяйся за угощенье.
Поводырь встает, молча кланяется в пояс Пушкину и Кузьме.
Благодарим за пропитание. Поминать вас будем в молитвах. Перед святителями. (Медленно идет с поводырем к выходу.)
Человек в треухе стаскивает треух, падает головой на стол. На грязном бинте проступает кровь.
Пушкин (подходит к человеку в треухе, берет его за плечо). Что с вами?
Человек не отвечает.
Кузьма, дай водки!