— Тебя это огорчило, царевна? — грустно спросил Леон. — Да, вижу я, что над моей любовью нависло что-то роковое, как грозовая туча. Единственная надежда у нас осталась — ты, и вот эта надежда рушится.
— Бедная, бедная Нина! — тихо прошептала царевна Елена.
Джавахов с изумлением посмотрел на нее, но долго не останавливался на мысли, мелькнувшей в его голове и так мало имевшей отношения к его чувству. Он тихо и безнадежно проговорил:
— Ты, значит, отказываешь мне и своего слова не произнесешь перед князем?
— Что я могу? — печально спросила царевна.
— Но ты… тебя так почитает князь Борис Алексеевич, одно твое ласковое слово — и он все, все для тебя сделает.
— Ты хочешь, чтобы я просила князя? — гордо произнесла Елена Леонтьевна.
— Просила— нет, — робко возразил Леон, — но сказать ты ему могла бы: он для тебя все сделает, чтобы только увидеть на твоем лице улыбку, услышать из твоих уст ласковое слово… Он на все согласится.
— Ты забываешься, князь! Горе отняло у тебя разум, и ты не понимаешь того, что говоришь и кому говоришь.
— Прости, прости! — опускаясь на колени, прошептал Леон. — Но я так несчастен, так одинок! Ты, одна ты, на которую я еще надеялся, которой осмелился открыть свою душу… О, прости, прости меня, царевна! Я потерял разум.
Безграничное горе юноши тронуло доброе и отзывчивое сердце царевны.
— Встань и обсудим вместе, что мы можем сделать. Княжна любит тебя, но она уже невеста, и Пронский никогда не откажется от своего слова.
— Попробуй, — робко попросил Леон.
— Хорошо, ради… Впрочем, я ничего тебе не обещаю. А если я предложу тебе… отказаться от этой девушки?
— Царевна! — твердо произнес Леон. — Мы с нею решили этой ночью… вместе умереть!
Царевна чуть слышно вскрикнула и схватила Леона за руку.
— Безумцы! Умереть в такие молодые годы, — задумчиво проговорила царевна, точно рассуждая сама с собою, и ее взгляд стал глубоко печальным. — Сколько нужно было страдать, чтобы созрело такое решение!
— Лучше умереть, чем жить с такими страданиями в сердце, — тихо проговорил Леон.
— Но вы можете бежать!
— Куда, царевна? Люди князя нас всюду сыщут. Вчера боярин Милославский предложил мне за этот кинжал… две вотчины.
— И ты? — с жадным нетерпением спросила царевна.
— Я… боролся, — бессильно ответил юноша, — но отказал. Этот кинжал…
— Я знаю… ты хорошо сделал, — страстно проговорила царевна Елена. — Ты настоящий грузин, настоящий честный воин. Я сделаю, что позволят мне мой сан и мое положение, я поговорю с Пронским и от твоего имени попрошу у него руки его дочери.
— Как ты добра! — восторженно вскрикнул Леон.
— Он, вероятно, сегодня зайдет ко мне, — стыдливо опуская глаза, сказала Елена Леонтьевна, — потому что за ним посылали наши старики. Надо просить у царя людей для встречи царя Теймураза… Я поговорю с князем…
— Благодарю, благодарю! — Леон, еще раз почтительно поцеловав руку царевны и неслышно ступая в своих мягких чевяках, вышел из комнаты.
XVI. Отвергнутая любовь
Несколько часов спустя после разговора с Джаваховым царевна Елена Леонтьевна сказала княжне Каркашвили:
— Нина, забудь своего Леона!
Девушка слушала царевну молча, по ее смуглым, чуть впалым щекам текли крупные слезы, бледные губы нервно вздрагивали, и грудь нервно вздымалась. Казалось, она вот-вот не выдержит и упадет на мутаки[23] или тахту[24] в безумных рыданиях.
[23] Подушки.
[24] Диван.