Виктор. А по-человечески — это не обязательно просто. Вы знаете, Ира, это страшная вещь, что людям так важна стандартная форма выражения. Ну, почему же обязательно просто? Вот я только что прочитал в «Известиях», что каждую минуту в стране рождаются шесть человек. Каждые десять секунд — человек. Но я не хочу быть одной десятисекундной. Ведь я у страны один! Правда ведь, каждый из нас у страны один? Почему же я должен что-то упрощать, прилаживать?..
Ира. Ничего вы не должны… Просто, Витя, когда вы чересчур бодрый, мне не очень нравится. А вот когда вы грустный — вы человек…
Виктор. Так все дело было в том, что я тогда, в университете, на вечере, был слишком бодрый. М-м. Знато было б…
Ира. Я все-таки пойду… Передайте Малышеву, чтоб он непременно поговорил со мной… прежде чем что-нибудь делать… И предостерегите его сами… как друг…
Виктор. От чего? От честности? Так это надо сначала меня предостеречь! Я тоже…
Стук в дверь.
Виктор. Ну! Входите!
Входит Саша. Он сразу как-то сжимается, увидев Иру, и та тоже смущена.
Саша (очень деловито). Извините, я на минутку… Витя, дай мне второй том «Металловедения».
Виктор. Не дам я тебе второй том. Он тебе совершенно не нужен. И у тебя есть свой. И заходи, не валяй дурака. Ира как раз пришла по делу к тебе… а не ко мне.
Ира. Это, собственно, не дело… Просто я чувствую ответственность… Я же вам сказала, чтоб вы зашли к доктору Фриду с рукой.
Виктор. А что с рукой?
Саша. Ерунда, вывих.
Ира. А вы даже на работу ходите, — так нельзя!.. И поскольку я вижу… Я зашла к вам, а Алексей Алексеевич сказал, что вы у Вити…
Виктор (смотрит на часы). Ох я раззява! Полный склероз! Простите меня, ради бога, я должен на полчасика сбежать. Посидите тут, подождите Сурена… У меня действительно дело…
Саша. Но я… То есть мне еще надо…
Виктор. Ну, удружите человеку. (Поспешно уходит.)
Саша и Ира стоят в неестественных, натянутых позах в разных углах комнаты. Длинная, напряженная пауза, во время которой оба чем-то как бы и заняты: она роется в книгах, он разглядывает Гогенову репродукцию. Наконец она нарушает молчание.
Ира. Саша, вы должны мне честно рассказать, что у вас происходит с дядей Яшей… Как другу… Я должна понять.
Саша (пожалуй, чересчур бодро и развязно). Как другу? А я с самой школы интересовался проблемой «Возможна ли дружба между мальчиками и девочками?»
Ира. Возможна.
Саша. Невозможна. Я когда зимовал в одной там дырке в Якутии, от нечего делать считал по объявлениям в старых газетах: вышло шестьдесят пять процентов разводов — по инициативе женщин.
Ира. Вы же совсем не то говорите, что хотите. Совсем же, совершенно не то…
Саша. Ну вот и все… Я знал, что так получится… (Едва заметное одновременное движение, может быть шаг, друг к другу.)
Ира. И вчера знали?
Саша. И вчера, и еще тогда, у нас… Когда ты только пришла…
Ира. И я тогда… (Пауза.)
Саша. Ну, говори что-нибудь…
Ира. Зачем?
Саша. Давай уйдем отсюда куда-нибудь.