- Я думаю, что это заявление на них подействовало, - сухо заметила я.
- Они даже глазом не моргнули. Ты же знаешь, что это за типы.
- ЦРУ с маниакальной осторожностью, Эбби, охраняет свои объекты, особенно такие, как Кэмп Пири. Государственным полицейским запрещено появляться там, а вертолетам "скорой медицинской помощи" даже пролетать над их территорией. Никто не имеет права нарушить границу этой территории и оказаться рядом с дежурной будкой без того, чтобы потом не предстать перед судом самого Господа Бога, коим считает себя ЦРУ.
- Но ведь и ты однажды свернула так же, как и я, не в ту сторону, напомнила она мне. - Тебя ведь не навещали агенты ФБР?
- Нет, не навещали, но ведь я не работаю в редакции газеты "Пост".
Вытащив мясо из гриля, мы прошли на кухню. Накладывая в тарелки салат и наливая вино, я продолжала слушать Эбби.
- После ухода агентов со мной стали происходить очень странные вещи.
- Например?
- Мне кажется, мои телефоны прослушиваются.
- Почему ты так решила?
- Все началось с моего домашнего телефона. Разговаривая, я постоянно слышала какой-то посторонний звук. То же самое, особенно в последнее время, стало происходить на работе. Как только я оказываюсь на связи, меня ни на минуту не покидает чувство, что кто-то слушает мой разговор. Это нелегко объяснить, - сказала она, нервно передвигая стоявшие на столе предметы из столового серебра. - Какая-то грозная тишина; в общем, как бы ты ее ни определила, она постоянно присутствует.
- А что еще странного ты заметила?
- Еще кое-что было несколько недель назад. Когда я находилась в штате Коннектикут, рядом с местечком Дюпон Секл, и стояла около Национальной аптеки в ожидании одного человека, с которым я должна была встретиться в восемь часов вечера, а затем посидеть в каком-нибудь тихом местечке, чтобы за обедом взять у него интервью для моей очередной статьи, я вдруг увидела одного молодого человека. Аккуратно подстриженный, одетый в джинсы и ветровку, он имел довольно приятную наружность. Пока я в течение пятнадцати минут стояла на углу, он дважды прошел мимо меня. Потом я заметила его снова, когда мы входили в ресторан вместе с тем человеком, встреча с которым у меня состоялась. Я понимаю, что, возможно, это звучит странно, но я постоянно чувствовала себя объектом наблюдения.
- Ты когда-нибудь раньше встречалась с этим человеком?
Она отрицательно покачала головой.
- А больше ты его не видела?
- Нет, - ответила Эбби. - Но это еще не все. Что-то непонятное творится с моей почтой. Я живу в многоквартирном доме. Все почтовые ящики находятся внизу, в коридоре. Я стала получать корреспонденцию с абсолютно бессмысленными почтовыми штемпелями.
- Если бы ЦРУ вскрывало твою почту, они бы сделали это так аккуратно, что ты вряд ли заметила какой-нибудь изъян.
- Я же не говорю, что кто-то вскрывает конверты. Но в нескольких случаях и моя мать, и корректор заверяли меня в том, что они отправили послание в определенный день, а когда я наконец получала его, то обнаруживала, что дата на штемпеле совершенно не соответствует времени отправки. Письма приходят слишком поздно: в течение нескольких дней, а иногда целую неделю приходится ждать корреспонденции. Я просто теряюсь в догадках. - Эбби помолчала. - Конечно же, можно было сослаться на неумелую работу почтовых клерков, но, принимая во внимание те странные вещи, которые происходят со мной в последнее время, мне не приходится удивляться.
- С чего бы это им понадобилось прослушивать твой телефон, следить за тобой или вскрывать твою почту? - иронично спросила я.
- Если бы я это знала, я бы давно что-нибудь предприняла. - Наконец она принялась за еду. - Как вкусно, - сказала Эбби. Но, несмотря на сказанный комплимент, ела не очень охотно.
- А не может быть так, - спросила я со всей откровенностью, - что эта твоя встреча с агентами ФБР и эпизод в Кэмп Пири просто сделали тебя излишне подозрительной?
- Очевидно, так оно и есть. Послушай, Кей, я ведь не пишу о какой-то тайне за семью печатями. В Вашингтоне ежедневно происходят убийства. Но по-настоящему серьезные дела творятся именно у вас. Скажем, эти настоящие и возможные убийства молодых парочек. Я проявила любопытство - и попала в беду. Что ты думаешь по этому поводу?
- Я даже не знаю, что сказать, - ответила я, испытывая неловкость при воспоминании о сделанном Бентоном Уэсли за день до ее приезда предупреждении.
- Мне известно, что убитые парочки находят потом разутыми, - сказала Эбби.
Ничего не ответив, я даже не выказала удивления, хотя знала, что ни одному из репортеров не сообщали подробности этого дела.
- Это же ненормально, когда восемь убитых людей находят в лесу, без обуви и без носков, лежащими ничком где-нибудь в глуши либо внутри стоящей на отшибе машины.
- Эбби, - тихо начала я, наполняя вином наши бокалы. - Ты же знаешь, что я не могу раскрывать подробности этого дела даже тебе.
- Тебе не известно ничего, что помогло бы мне найти ключ к разгадке всех этих историй?
- По правде говоря, мне кажется, что я гораздо меньше информирована, чем ты.