— Я звоню вам в отношении некоей миссис Коры Лэйси. Она ваша невестка, насколько я понимаю.
— Да, это так. Что-нибудь случилось?
— Можно сказать и так, мадам. Мы были бы вам чрезвычайно признательны, если бы вы сию же минуту явились в полицейский участок Бутля.
— Зачем? — раздраженно поинтересовалась Элис и тут же пожалела об этом. Может быть, с Корой случилось что-нибудь ужасное.
— Потому что упомянутая леди была задержана и назвала вас в качестве своей ближайшей родственницы.
— Задержана! За что?
— Вы получите все объяснения в участке, мадам.
Кора сидела в камере, закутавшись в свое пальто из верблюжьей шерсти, словно в одеяло. На ее маленьком землистом лице отсутствовало всякое выражение. По словам дежурного сержанта, ее поймали, когда она пыталась вынести два шерстяных жилета из магазина на Стрэнд-роуд. Поскольку это был ее первый привод в полицию, наказание, вероятнее всего, будет условным, но на будущее ей лучше всего держать руки при себе, предупредил полицейский, в противном случае она окажется за решеткой.
— Кора! — с упреком воскликнула Элис, когда женщины остались вдвоем. — Бога ради, что на тебя нашло?
— Мне ведь нужны жилеты на зиму, так ведь? — Кора неприязненно пожала плечами. — Мои старые совсем износились. Последний я купила себе, наверное, лет двадцать назад.
— Я бы купила тебе жилеты, Кора.
Кора фыркнула:
— О да, конечно, конечно.
— В любом случае это лучше, чем воровать. Послушай, мы можем поехать домой? Мне здесь как-то неуютно. — Элис обвела взглядом зарешеченное окно, жесткую скамью, на которой полагалось спать заключенным. — Я приехала на автомобиле, не своем, школы вождения. Инструктор как раз пришел дать мне урок вождения, когда мне позвонили. — Одному Богу известно, что подумал инструктор, кстати такой милый молодой человек, когда она попросила его отвезти ее в полицейский участок.
Всю дорогу домой Кора хранила молчание. Когда они остановились на Гарибальди-роуд, Элис вышла из машины: в полиции Кора назвала ее имя, и она чувствовала себя обязанной убедиться, что с ее невесткой все в порядке. Она также хотела разобраться в причинах, которые толкнули Кору на воровство.
Оказавшись дома, Кора как будто лишилась последних сил.
— Мне нужно в туалет, — едва слышно пробормотала она.
Элис поняла, что события сегодняшнего утра подействовали на ее невестку сильнее, чем та старалась показать. Она прошла в сияющую чистотой кухню и была поражена, найдя полки буфета пустыми: там не было ни чая, ни сахара, ни капли молока. Неужели Кора настолько обнищала, что не могла позволить себе купить даже продукты первой необходимости? Попозже она купит ей что-нибудь поесть. Уже много лет Элис не вспоминала о Коре — кто-то видел ее возле церкви, в которой венчалась Лулу, вот и все.
Вошла Кора. Похоже, она немного пришла в себя.
— Ты можешь идти, — с вызовом заявила она. — С самого начала не было никакой необходимости приходить сюда.
Элис отнюдь не собиралась уходить просто так.
— Почему у тебя так мало денег, что ты пошла на воровство? Я всегда думала, что у тебя есть средства к существованию — и зарплата Билли.
— Средства к существованию, как ты выражаешься, иссякли некоторое время назад. А Билли никогда не давал мне больше нескольких шиллингов в неделю.
— А почему не попросить у него больше?
Пожелтевшее лицо Коры скривилось в злобной гримасе.
— Он редко бывает здесь, так что у меня не было возможности сделать это. Теперь большую часть времени Билли проводит на Браунинг-стрит с Морисом и его семьей. Вместо пива он нынче тратит почти все свои деньги на это безнадежное дело Мориса.
— Так на что же ты живешь? — встревоженно спросила Элис. Теперь, после того как Кора сняла свое древнее пальто, она увидела, что от ее невестки, которая всегда была худой, вообще остались одни кожа да кости.
— Ни на что, если тебе так уж хочется знать.
— Но человеку нужно на что-то жить, Кора! — вскричала Элис.
Кора сердито повернулась к ней.