— Ш-ш, Морган.
— Она не слышит, сержант, эти дети так орут!
— Как ты думаешь, эти дети тоже напрашивались на взбучку?
— Возможно. Я до сих пор таскаю своих за уши. Иногда детям — и женщинам — нужно показать, кто в доме хозяин.
Сержант Джерри Мак-Кеон бросил взгляд через плечо на женщину на заднем сиденье, которая пыталась одновременно успокоить грудного младенца у себя на руках и угомонить еще двух малышей, сидевших рядом. Лицо ее было залито кровью.
— Ты когда-нибудь ставил собственной жене синяк под глазом или разбивал ей губы? — язвительно спросил он.
— Ну, нет, сержант. Конечно, нет.
— Именно это случилось с Конни Маллигэн, которая сейчас сидит сзади. Так что двигай, Морган. Ей срочно нужен врач, а потом тихое безопасное место, где она сможет отдохнуть.
— Женщина, которая командует этим приютом для женщин, почти наверняка старая чокнутая корова, — презрительно сплюнул Морган. — Держу пари, там полно и феминисток, и лесбиянок. Все, на что они способны, это поливать нас, мужиков, грязью, потому что сами они настолько страшные, что не могут подцепить себе парня.
— Морган, ты просто кладезь премудрости. Вот этот дом, вон там. Я думаю, будет неплохо, если мы выйдем и доставим наших пассажиров в целости и сохранности в дом, а не просто высадим их на тротуаре.
— Как скажете, сержант.
Автомобиль остановился. Джерри Мак-Кеон выскочил из машины и бережно помог выйти насмерть перепуганным детишкам и женщине.
— Здесь вы будете в безопасности, — успокоил он их. Женщина отпрянула, когда он прикоснулся к ней, и ничего не сказала.
Прыгая через две ступеньки, Джерри поднялся по каменной лестнице и постучал в переднюю дверь. Почти мгновенно она открылась. На пороге стояла высокая женщина в черных джинсах и футболке. Ее роскошные волосы были собраны в пучок на затылке, волнистым каскадом обрамляя лицо и ниспадая на плечи. У нее были большие красивые глаза, сильный прямой нос и хорошо очерченный рот. Женщина заботливо обняла Конни Маллигэн своими длинными красивыми руками и увлекла ее в дом.
— Пойдемте, милая. Я ждала вас. Мне позвонили из полиции и сообщили, что вы уже едете. Для вас приготовлен чай, и в вашем распоряжении теплая уютная комната. Врач скоро придет — это женщина. — Джерри Мак-Кеон еще никогда не видел столько доброты.
Женщина мельком глянула на сержанта и сделала шаг к двери, чтобы закрыть ее.
— Благодарю вас, офицер, — коротко бросила она.
— Могу я войти внутрь и посмотреть, как она устроилась? — Вообще-то он не собирался входить в дом, но теперь ему захотелось побольше узнать об этой женщине.
— Мне очень жаль, но мужчинам вход сюда воспрещен. Это правило. Не так давно мне пришлось попросить съехать своего брата, и ему пришлось снять комнату неподалеку от своей работы. — Появилась другая женщина и повела пострадавшую и ее детей куда-то в глубь дома. Высокая женщина снова попыталась закрыть дверь, но Джерри просунул ногу в щель.
— Могу я узнать ваше имя? Это для отчета.
— Я думала, у вас в картотеке уже есть мое имя, ну да ладно. Меня зовут миссис Литтлмор. Миссис Фионнуала Литтлмор.
— Спасибо.
Джерри Мак-Кеон вернулся к своей машине.
— Тебе, может, будет интересно узнать, Морган, что женщина, которая командует здесь, вовсе не стара, отнюдь не корова и определенно не уродина. Я пробыл там совсем недолго, посему не могу с уверенностью судить, феминистка она или нет. — Что касается того, была ли Фионнуала Литтлмор лесбиянкой, он от всей души надеялся, что это не так.
На следующий день рано утром он вернулся к дому. На нем была штатская одежда. Дверь ему открыл мальчуган лет десяти с серьезным, взрослым выражением лица.
— Мне показалось, миссис Литтлмор сказала, что мужчинам закрыт доступ на территорию, — с улыбкой заметил Джерри.
— Я — ее сын, так что для меня сделано исключение. — Мальчик не улыбнулся в ответ.
— Как тебя зовут?
— Колин.
— Ну что же, Колин, а для твоего отца мама тоже сделала исключение, как и для тебя?