Пятью минутами раньше Уиллоус извлек сигарету из Черриной пачки «Плейерз лайтс», щелкнул его зажигалкой и сунул сигарету в рот парню. Горящий ее кончик был всего в какой-то четверти дюйма от бандитских усов Черри, но похоже, это не производило на него никакого впечатления. Дым струился прямо ему в глаза уже пять минут. Черри еще ни разу не моргнул.
Через некоторое время послышалось шипение, запахло паленым волосом.
– Доволен, Джек? Или еще что-нибудь попробуем – прижжем его спичкой, выдернем ногти плоскогубцами?
Было всего два вероятных свидетеля убийства – Черри Нго и его младший брат Джоуи.
Уиллоус и Паркер спустились в нижний этаж. В комнате Джоуи Нго места было ровно столько, чтобы поместились стол, узкая койка, сам Джоуи и двое полицейских.
Уиллоусу пришлось пригнуться в дверях. Пружины кровати скрипнули, Джоуи сел. Отвернулся, вытер слезы.
Паркер сказала:
– Мы понимаем, каково тебе сейчас, Джоуи, но нам нужно поговорить с тобой. Откладывать нельзя.
Возраст неопределенный. Вероятно, лет двадцать. Коротко подстрижен. Маленький, тщедушный. Лицо гладкое и круглое, неоформившееся, словно пустая маска. Одет в черную футболку, выцветшие джинсы. Босой. На левой пятке пластырь.
– Несколько вопросов. – Паркер улыбнулась. – Это недолго.
– Как мой брат?
Уиллоус сказал:
– Он в шоке, но скоро оправится. Расскажи нам, что произошло.
Джоуи высморкался в мятую простыню. Закурил. Та же марка, что у старшего брата. Окно было закрашено черной краской. Уиллоус открыл его.
– Я уже говорил другим полицейским – я был здесь, когда это случилось. Спал.
– Как было дело? Ты услышал выстрелы? Выстрелы тебя разбудили?
– Первое, что я помню, – Черри заорал как резаный.
Паркер сказала:
– А что потом?
– Я оделся, побежал наверх.
Уиллоус спросил:
– Ты был одет так же, как и сейчас?
– Да.
– Ты работаешь, Джоуи?
– Работаю. Автозапчасти на Восточной Восьмой.
– Ты вьетнамец, Джоуи?
– Канадец.
– Когда ты эмигрировал?
– В семьдесят шестом. Паркер спросила:
– С родителями?