Он сказал приветливо:
— Это просто дружеская маленькая беседа для того, чтобы познакомиться с вами. Вовсе неофициальная. Как вы устроились в классе?
Я отметила, что пробыла в классе всего лишь час. И было рано говорить о том, как я там устроилась.
— Это верно. — Он посмотрел на лист, лежащий на столе, и я поняла, что это было мое заявление-анкета, содержащее автобиографию. Наконец он проговорил: — Я узнал, что ваш отец — Грег Томпсон, написавший так много книг о путешествиях.
Этого не было первоначально в моем заявлении. Мистер Гаррисон должен был внести это после нашего первого разговора. Я ответила:
— Да, сэр.
— Вы довольно много путешествовали с отцом?
— Да, сэр.
— Я читал его книгу о Бразилии несколько лет назад.
По-моему, она превосходна. Вы были вместе с ним в Бразилии?
— Нет, сэр. В Бразилии отец умер.
— Вам нравится путешествовать.
Это не был вопрос: это было утверждение. Я сказала:
— Да.
— И конечно, работая в «Магна интернэшнл эйрлайнз», вы сможете путешествовать так же много.
Это было еще одно утверждение, и не слишком оригинальное.
— Я надеюсь на это.
— Расскажите мне кое-что, мисс Томпсон. В тот день, когда вы прибыли сюда, в понедельник, в Токийском аэропорту произошла катастрофа. Вы слышали об этом, я полагаю.
Он так внезапно изменил тему, что я была поражена.
— Да, сэр.
— Это вас как-то напугало?
Он так дружески наблюдал за мной, а я была напугана им. Он обладал своего рода черной магией, которой обладают психиатры, вероятно, он мог просто читать мои мысли, и не было никакого смысла даже пытаться скрыть правду от него. Я сказала:
— Доктор Дьюер, признаюсь, это меня встревожило.
— О-о!
Он не спросил меня, как или почему: он ожидал, чтобы я сама рассказала ему.
— Я не имею в виду, что это встревожило меня, — уточнила я. — Просто мне это снилось, вот и все.
— Вы можете вспомнить свои сны?
— Они были обычными и бессвязными. Я была внутри самолета и вне его в одно и. то же время — вы знаете, как такое случается.
— Что вы делали вне самолета?
— Лишь наблюдала. Это было не очень приятно.