Весеннее равноденствие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Андрей Алексеевич и Кичигин остановились возле ближайшей колонны, подпиравшей тяжелые, явно не современных форм, перекрытия старенького цеха.

Пожилой расточник и его молодой, плакатно-круглолицый подручный выстанавливали на ближнем станке очередную заготовку.

— Ну и тяжеленная же бандура, — хрипло, изо всех сил наваливаясь на лом, пожаловался подручный. — Аж пупок развязывается, пока такую фиговину выставишь на меру.

— В войну не такие штуки ворочали вручную. Вот тогда действительно пупки развязывались… Вправо чуть скантуй… Так. И еще малость… Те времена с нонешними не сравнишь. Харч теперь другой.

— Разве дело в еде?

— И в еде тоже, когда ломиком ворочаешь. При такой работе, Женя, харч имеет первостатейное значение. Тебе такое не понять, да и слава богу.

— Автоматику нужно… Я недавно в журнале читал про станки с программным управлением. Мы здесь ломиками горбатимся, а там кнопку нажал — и будь здоров!

— Кнопки, Женя, разные бывают, — откликнулся расточник. — Иную нажмешь — и у тебя спина мокрая… На торец теперь будем перекатывать. Навались, чего стесняешься.

— Вот, любуйся, Андрей Алексеевич, на местный вариант малой механизации, — сказал Кичигин и вышел из-за колонны. — Верно твой подручный говорит, Леонтий Михайлович. На одних харчах не уедешь, автоматику к ним надо прибавить.

С расточником директор поздоровался уважительно, за руку, и представил своего попутчика.

— Начальству наше почтение, — откликнулся расточник и отложил в сторону ломик. — И об автоматизации у нас разговоры случаются. Вот с ним, с Женькой… С товарищем Махоткиным, точнее сказать. Слух прошел, что ты, Виктор Валентинович, хочешь навести на нашем участке полную автоматизацию.

— Есть такая задумка.

— Тогда вопрос имеется. Поставят здесь, к примеру, автоматизацию и останется тогда мне нажимать кнопки? Так кнопки ведь нажать сумеет и пэтэушник… Куда же ты тогда нас, старых работяг, денешь? Метлой на заслуженный отдых?

— Дела хватит.

— Дел, конечно, хватит. Была бы, говорят, шея, а хомут найдется… Ладно, не в том вопрос. Будет, допустим, мой Женька, сидеть у пульта и нажимать кнопки, а дело как пойдет?

— Так пойдет, Леонтий Михайлович, что обработка на станке будет производиться в заданных технологических режимах без участия человеческих рук. Это исключит ошибки и повысит точность. Умеет твой подручный сотки брать?

— Пока нет. Всего семь месяцев у него стажу. Пока еще над десятками исходит потом… Ты, Женя, молчи. Не встревай, когда старшие разговаривают… Я же сказал: пока…

— А станок с автоматическим управлением осилит сотки.

— Вишь как, — удивился расточник. — Так понимать, что он сразу Женьку поднимет до моей квалификации?

— Поднимет, Леонтий Михайлович.

— А гордость нашу, мастерскую, твоя автоматика, Виктор Валентинович, размажет киселем по тарелке. Что же мне останется, если при такой машине я буду стоять вровень с Женькой? И зачем тебе, Виктор Валентинович, тогда со мной здороваться за ручку, если в передовиках будут станки ходить, а не люди. На доску Почета тогда фотографии станков станете вешать? Победитель соревнования расточный номер такой-то?

Кичигин явно замешкался с ответом.

— Ладно, Виктор Валентинович, ты меня не успокаивай. Я со своего мастерства довольно поимел и славы, и почета. Чего мне, как индюку, надуваться, если автоматика даст Женьке высшую рабочую категорию. Ему ведь вперед жить.

Когда отошли от станка, Кичигин сказал, что разговаривали они с заводской знаменитостью.

— Наш ас по расточному делу… Не только сотки, а надо — и микроны изловит. Золотые руки у человека.

— А ты надумал его автоматикой заменять.

— Надумал, — твердо ответил Кичигин. — Таких, как Леонтий Михайлович у нас на расточном только двое. Не вытяну я техническую революцию на двух рекордсменах… Слышишь, какой гуд в цехе? Сила у станков есть, а ума им не хватает. Прибавить бы им электронные мозги.

Услышав привычное словосочетание, Готовцев невольно улыбнулся:

— Электронные мозги прибавить не просто… Как бы тебе это, Виктор Валентинович, понагляднее объяснить…

Глаза высмотрели на ближайшей инструментальной тумбочке латунную шайбу. Андрей Алексеевич взял ее, с силой сжал в кулаке и подержал минуты две в живом человеческом тепле. Затем выставил шайбу на ладони.