— Работа на Небесных Механиков не на одном патриотизме держится, — кивнул муж. — Денежное жалованье у капитана «Исхода-13» вполне позволяет купить семейное гнездышко. Что еще, Анди? Что еще из брачных обязанностей я не выполнил?
— В горе и в радости. В богатстве и в бедности. В болезни и здравии. Пока смерть не разлучит нас, — с улыбкой ответила я.
— Надеюсь, это «пока» не будет сильно торопиться.
С этими словами Гойт прижал меня к себе.
Не знаю, задумывалась ли я когда-либо о таком будущем. Я всегда была занята работой и старалась не отвлекаться на мелочи. Брак казался мне чем-то далеким и неважным. В конце концов, я была вполне самодостаточной.
Реальность, о которой я не подозревала, ворвалась в мою жизнь, словно клин. Пока я не узнала настоящего Гойта, моей единственной целью было сохранить собственную жизнь. Когда я поняла, что Гойт оказался моим мужем, который ждал и надеялся встретить меня вновь, эта реальность для меня преобразилась. Она обернулась спасением в виде сильных и заботливых рук, любящих голубых глаз и теплых мягких губ. Она затопила меня своей искренностью и правдивостью. Теперь я боялась, что могу все это потерять.
— Ты плачешь, — удивленно заметил Гойт, разглядывая мое лицо. — А я так хотел, чтобы ты больше не плакала.
— Это от счастья. — Я смахнула слезы с глаз и подняла руки к шее мужа. — От самого большого счастья.
— Тогда не надо больше плакать, — попросил он меня, целуя появившиеся на щеках мокрые дорожки. — Мне очень хочется, чтобы на моих картинах больше не было дождя.
Стоило нашим губам соприкоснуться, как слезы были позабыты. Странное притяжение, которое возникало между нами, дало о себе знать и на этот раз. Гойт крепче сжал меня, отрывая от пола. Я обняла его бедрами, ухватилась за шею мужа и пылко ответила на поцелуй. Мы не спеша направились к спальне, не боясь потерять ни минуты. Это время делало наш союз глубже и основательнее. Оно прошлось разрядом тока по оголенным нервам, рисуя на них следы неразрушимого счастья. Въелось в память, стирая все прошлые негативные воспоминания.
Наше с Гойтом чувство укоренялось на дне самом души и освещало изнутри даже ее темные закоулки.
Гойт принес в мою жизнь ясность и покой.
Но еще вместе с Гойтом ко мне пришла настоящая любовь.
Осторожно поддержав меня, он дождался, когда я коснусь ногами пола. В спальне я успела заметить только широкую застеленную кровать. Все мое внимание было отдано Гойту. Я хотела любить мужа целиком. Я хотела показать ему, насколько я счастлива оттого, что мы вместе.
Мы аккуратно избавились от верхней одежды, и я сомлела от поцелуев мужа. У Гойта были очень мягкие губы. Мне нравилось, как они прикасались ко мне. Нравилось, как он исследовал ими мое тело, освобождая от рубашки и белья. А еще — как втягивал ноздрями мой запах.
— Ты пахнешь домом, Анди, — глухо шептал он, опускаясь передо мной на колени и помогая снять джинсы. — Сколько бы ни существовало Вселенных, каждая из них приведет меня к тебе.
Слышать от него подобные признания было выше всяких сил. Нервы, напряженные до предела, отказывались меня слушаться, и я зарывалась пальцами в волосы мужа, наклоняясь и целуя его. Если кто-то когда-то говорил, что настоящая любовь стоила того, чтобы ее дождаться, он был бесконечно прав. Моя любовь к Гойту в тот момент парила под облаками.
— Люблю тебя, — шептал он почти все время, что мы были вместе.
— И я… — тихо ответила я.
Мы были переполнены любовью и нежностью. В каждом нашем взгляде, в каждом объятии сквозила страсть и желание. С каждым мгновением рассудок покидал меня. Пламенные ласки Гойта, его горячие взгляды, его глубокие поцелуи сводили меня с ума.
Он шептал мне на ухо, насколько я желанна и любима. Раз за разом заставлял взлетать все выше и выше. Если бы я могла кричать от счастья, я бы сделала это. Но я боялась, что так могу спугнуть это трогательное чувство. Зато я могла передать свое отношение через объятия. Я не выпускала Гойта из них ни на миг.
Когда дурман страсти начал потихоньку развеиваться, я положила подбородок на плечо мужа.
— Гойт, сколько же времени мы с тобой потеряли понапрасну.
В глазах мужа плясали озорные бесенята.
— Если ты продолжишь в том же духе, мы быстро наверстаем упущенное.
Он был чертовски прав.
Я проснулась под утро на груди Гойта. Его спокойное дыхание и размеренный стук сердца были лучшей музыкой для слуха. Осторожно приподнявшись и устраиваясь рядом, я некоторое время разглядывала расслабленное лицо мужа. Как я допустила мысль, что этот человек может быть злым, хладнокровным и грубым? Как случилось, что именно Гойта я поначалу боялась больше всех?
Сейчас мне хотелось сделать его самым счастливым на свете человеком. Кажется, кое-чем я могла отплатить мужу уже с утра.
Неслышно выскользнув из кровати, я не обнаружила в комнате сменной одежды. Что-что, а это обстоятельство Гойт учесть забыл. Хотя, возможно, он думал, что дома вполне может полюбоваться видом моего полуобнаженного тела. Кто знает этого человека с неиссякаемой фантазией? Натянув белье и накинув сверху его рубашку, я на цыпочках отправилась на кухню. Я мысленно благодарила Генри за то, что предоставил нам свой потрясающий дом.
Овощи и мясо на кухне нашлись легко. Я подумала и решила добавить к этому печенье, поскольку на полках обнаружила банки с кофе и какао. Недолго думая, я принялась за завтрак. И пока на плите готовилась его основная часть, замешивала тесто и быстро вырезала веселые песочные фигурки. Когда я загрузила все в духовку, меня схватил Гойт, и, весело засмеявшись, я повернулась, чтобы пожелать ему доброго утра. Из одежды на нем было только белье, так что обниматься оказалось вдвойне приятно. А спутанные волосы так и тянули взъерошить их еще больше.