Моей целью было твое согласие. Ты должна была отправиться со мной в стан Потребителей и стать равной мне перед всеми моими подчиненными. Ты должна была добровольно согласиться. Но ты с завидным упрямством каждый раз продолжала выбирать его! Каждый из двадцати четырех долбаных раз!
Линии на его лице вспыхнули так ярко, что я вздрогнула. Если Макс меня удивил, то я, похоже, вывела его из себя. Пока бывший боролся с приступом агрессии, я осознала страшную истину.
— Макс, ты хочешь сказать, что двадцать пять реальностей Земли были созданы из-за того, что ты не мог получить моего согласия? И традиционная Индия Земли-6? И… красные ежи на Земле-13?
Я стояла, ошеломленная этими выводами. Макс же, взяв себя в руки, успокоился и снизошел до объяснений:
— С твоими ежами вообще забавно вышло. Вот уж точно — логика землян никогда не поддастся нашему пониманию, сколько бы мы вас ни ели. Но случай — вот настоящий венец вашей уникальности. Видишь ли, тут свою роль сыграла твоя любовь к музыке. Хочешь знать, откуда она появилась?
Твоя мать в той реальности, где ты родилась, в детстве сходила в театр и услышала оперу, которая захватила ее. Она решила отдать своего ребенка в музыкальную школу. Ты выучилась, стала известной певицей и на одном из творческих вечеров повстречала Гойта. Естественно, мне это было совершенно не на руку, и я откатил события в прошлое. Угадай, что я сделал?
— Отнял у мамы билет? — догадалась я.
— Да, примерно так — она его потеряла, — подтвердил Макс. — Соответственно, и музыкой не увлеклась. Но твоя память момент занятий все равно сохранила, хоть ты и родилась у человека, который никогда в жизни не позволял себе петь. Однако в музыку ты не пошла. Я добился результата.
Однако ты уже должна знать, насколько дотошны Небесные Механики. Они ведь воспроизводят все вероятности, которые порождаем мы. Таким образом, на Земле-13 твоя мама все же пошла на концерт. Зато на него не попал другой человек, который к тому времени в музыку был по-настоящему влюблен. Ты не поверишь, но он был настолько развитым творческим гением, что за недолгое время сколотил мощнейшую террористическую группировку, которая — догадайся, что сделала?
— Взорвала атомные электростанции… — выдохнула я.
— Безумие — обратная сторона гениальности. Это мы тоже уяснили на примере землян, — согласился Макс. — Он мог просто купить билет на следующий концерт, но был настолько скрупулезен, что испытал шок невиданных размеров. Такой сильный, что это побудило его к действиям. Знаешь, чем он аргументировал свои поступки, когда брал ответственность за теракты на себя?
Я неуверенно покачала головой.
— Сказал, что наконец-то сотворил то, что гораздо мощнее и основательнее концерта, на который так и не попал. Справедливости ради стоит заметить, что после той оперы умер один из главных актеров. Представление потеряло для нашего террориста всю привлекательность. В общем, ты меня поняла? Твоя мама, кстати, в результате последствий ядерного взрыва стала бесплодной. Но ты ведь этого не знала. Ты спокойно продолжила жить на Земле-1. И кто, как ты думаешь, после этого чудовище? Я, который просто не дал твоей матери увлечься нотами, или Виктор, который намеренно допустил появление красных ежей и многочисленные смерти?
— Но люди преуспели в медицине и вышли на качественно новый уровень, — возразила я.
— Эти люди, — припечатал Макс, — содержатся в отдельных научных боксах на окраинах городов. Им запрещено выходить на свет, потому что у них изуродованная кожа и частенько недостает конечностей.
Я прикрыла рот ладонью. Макс сложил руки на груди:
— Может быть, уже хватит? Может быть, ты хотя бы сейчас согласишься на мои условия? Я не делаю ничего предосудительного. Я просто меняю реальность так, чтобы мы могли быть вместе!
Он двинулся на меня, но я выставила вперед ладонь, пытаясь защититься. Я видела, как дернулась голова Макса, а в следующее мгновение он сорвал с моего пальца обручальное кольцо. Когда он прочел надпись на внутренней стороне, его лицо вспыхнуло неоновым светом.
— Не дома, так здесь с ним! — впервые он повысил голос в моем присутствии.
Когда ярость улеглась, а свечение лица Макса успокоилось, я увидела, что он отбросил кольцо в сторону и гневно посмотрел на меня:
— Я ведь сделал абсолютно все! Все, чтобы ты никогда о нем не вспомнила! Но двадцать четвертый раз вышел фатальным, и моим преобразованиям воспротивилась сама планета! Что? Что это, черт возьми, такое? Почему вы с ним продолжаете встречаться снова и снова?
Я побоялась отвечать: такой Макс пугал меня не просто до дрожи в коленках, а до седых волос. Я начала отступать к входу в кафе, но меня схватили за руку и с силой швырнули за землю:
— Каков твой окончательный ответ, Анди? Говори сейчас же! Ты согласна пойти со мной к Потребителям?
— Нет. Я остаюсь с Гойтом.
И пусть я боялась Макса больше всего на свете, на то, что он предлагал, я не могла согласиться. Видимо, понял это и он.
— Что ж, значит, мне придется начинать все снова, — в его голосе прозвучало что-то, похожее на обреченность.
Подняв вверх руку с закатанным до локтя рукавом, он нажал кнопку на часах, исчезнув с моих глаз.
Потом вокруг меня начался конец света.
Земля задрожала, на ней появились трещины, и здание кафе начало разрушаться прямо на глазах. Я застыла в оцепенении, не в силах сделать ни шагу, с ужасом наблюдая, как исчезает реальность Земли-2.
Подо мной начал проваливаться асфальт. Сначала туда угодила нога, и я, вскрикнув, попыталась ее освободить. Но трещина расширилась, и я полностью ушла под землю, успев зацепиться за край пока еще целого дорожного покрытия. Не помню, сколько я кричала о помощи, пока вокруг продолжалось светопреставление. Земля дрожала, слышался металлический скрежет рушившихся опор, а я не могла даже ухватиться за выступ в земле, чтобы найти путь наверх.