— Что изменилось?
— Тирн…стал увлекаться. А мне это перестало нравиться. Последней каплей оказалось то, что меня решили выставить против тебя.
— Мне этот факт тоже кажется странным. Как будто они…
— Знали, какой во мне потенциал, — закончила я мысль Гаэрдина. — И знал именно мэр, а не Тирн.
— Может, у него свои каналы связи в Вэй-тауне?
— Все может быть, — я пожала плечами. — Но ты не зря запасся амарином — госпожа Ори накануне праздника действительно приобрела у меня флакон с приворотным зельем. Они целенаправленно хотели свести тебя со следа.
— Приворот на меня не действовал. С мэром было очень тяжело общаться, когда я не мог отделаться от мысли, что где-то по залу бродишь ты. А потом младший Берделл пошел за тобой на балкон, и миссия под названием «вывести мэра на чистую воду» оказалась под угрозой.
— Ты успел? — хихикнула я, не заботясь о том, как сейчас выгляжу. Но Гаю, похоже, мой настрой пришелся по душе.
— Почти. За ним давно уже присматривают. Король надеялся, что Фетид все же возьмет себя в руки. Но с каждым годом из Амрон-сити приходит все больше и больше плохих новостей.
— Он ворует?
— Если бы это казалось только золота, Лойс, все проблемы можно было бы решить, позвав мага-кладоискателя. Ты же понимаешь, что корона просто так не отправляет своих магов якобы с проверками.
Его улыбка вышла невеселой. Я потерлась щекой о мягкую ткань куртки, а потом получила сигнал от защитного духа.
— Что? — Гай почувствовал мое напряжение.
— Тирн пожаловал. Я ведь ясно дала понять, что не хочу видеть его.
— Это твой сторож сообщил? — развеселился Гаэрдин.
— Да, это один из плюсов верховной магии. Я без труда поддерживаю охранное заклинание, обладающее некоторой долей разума.
— Уникальный волчонок, — я ощутила поцелуй в макушку, а потом Гаэрдин спросил:
— Избавиться от него?
— Его не пропустят дальше калитки, — мстительно улыбнулась я. — Не люблю, когда пренебрегают моими словами.
Я слезла с колен Гаэрдина и подошла к окну, не открывая занавески. Красный от усердия Тирн пытался пройти сквозь невидимый барьер, созданный моим стражем. И чем больше Тирн пытался, тем краснее и недовольнее становилось его лицо. Наконец, поняв, что ничего не получится, он развернулся и поплелся восвояси.
— Суровая ты женщина, Лойс, — мягко пожурил Гаэрдин.
— Ты к нам надолго, волк? — перевела я тему разговора, поворачиваясь к Гаю. Не хотелось больше обсуждать неудачливого женишка.
— Надеюсь, что навсегда, — ответил мой волк, медленно поднимаясь с кресла. — Как ты на это смотришь?
— Надо подумать, — я оценивающе посмотрела на мужчину. — Так-то ты, конечно, ничего, в хозяйстве пригодишься. Только вот верховный маг и по королевским поручениям носишься неизвестно сколько времени.
За то время, что я делилась впечатлениями, Гаэрдин успел подойти ко мне и заключить в объятия.
— Лойс, ты сейчас слишком много разговариваешь. Я зря спрашивал твоего мнения. Надо было сразу сказать, что я уже все решил.
Такой вариант мне понравился гораздо больше. Поэтому я благосклонно разрешила себя целовать. Ох, уж это прекрасное ощущение сильного плеча рядом. Похоже, мне действительно давно его не хватало.
— Мне пора, Лойс. Сегодня есть несколько дел, которые непременно нужно завершить. Увидимся…вечером? — он пытливо посмотрел на меня, будто пытался просчитать реакцию.
— Я подумаю. До встречи, господин Росс.
— До встречи, госпожа Гамильтон.