Дневник 1939–1945: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Восхитительная самовлюбленность, удивительный субъективный идеализм способствовали тому, что в борАеле мне не было дела до других, всех тех, кто был с женщиной до меня и будет с нею после. Она жила только в моих руках и в моих глазах. Цвет ее чувств, взращенный моими ласками, моими заклинаниями, моей нежной сентиментальной обильной болтовней, распускался лишь в моем сознании.

На полчаса я вырывал ее из объятий мрачной судьбы, отдавая другой — немыслимой, бесполезной, излишней, абсурдной, в которой она изгорала, как свеча.

Она меня не забывала. Я шагал по улицам Парижа и в памяти сотни женщин. Сотни теней, сотни трепещущих колонн, сотни огоньков. Мое состояние исчезло в кружках нищих.

1) Германию разделить невозможно, нет ничего, что могло бы этому содействовать. Благодаря войне нацистская революция довершит разрушение или обесценивание династий, аристократии и дворянства, буржуазии, церкви и духовенства, интеллигенции. Упадок культуры, беспорядочное смешение людей доведут дело до конца.

2) Победы Германии не будут подлежать пересмотру. В своем продвижении на Восток Гитлер стремится Установить различия между германцами и славянами, которые уже нельзя будет изменить, разве что в мирное время предпринять массовые переселения. Во всяком случае, сильное решение проблемы меньшинств Через переселение остается за ним.

3) Расширение войны покажет, что малые нации НеЖизнеспособны. Их нейтралитету грош цена из-за Их неспособности оплачивать современное вооружение (самолеты, танки, артиллерия). Или же им надо фор. мировать блоки — балтийский и балканский. Швейцария и голландская Бельгия должны будут примкнуть к франко-английскому блоку.

Это было бы не так уж плохо, хотя следует опасаться, что эти блоки, которые еще не окрепли бы, даже сплотись они как следует, так и не появятся.

Нынешние колебания Швеции и Норвегии окажутся фатальными. Равно как Румыния и Венгрия жизнью заплатят за неспособность договориться между собой, с Болгарией и Югославией.

Италия после пагубных событий в Эфиопии и Испании с головой увязла в своих хитростях и страхах, как во времена Борджиа.

— Германия должна с облегчением вздохнуть при виде того, как Россию сдерживают, с одной стороны, скандинавы, с другой — балканцы при поддержке Италии, не говоря уже о Турции и мусульманских государствах. Пусть даже эти преграды просуществуют недолго. Все равно они докажут слабость СССР.

И чем слабее будет себя чувствовать Россия, тем сильнее она будет стремиться к союзу с Германией.

С нетерпением ожидаю результатов русского вторжения в Финляндию. Не определятся ли наконец русско-германские отношения?

В первые месяцы войны я был совершенно убежден в двурушничестве России по отношению к Германии. Теперь я склонен думать, что между ними существует тайный сговор. Пертинаксу[94], по-видимому, все труднее защищать так или иначе свой тезис о неминуемом повороте в политике России.

Теперь русских должна страшить не победа Германии, а ее поражение. Волнения в США в защиту скандинавов и голландцев, волнения в Италии показывают им готовность их общих врагов вступить в коалицию!?).

До Испании, Германии и России куда меньше дела, чем Италии.

Не произойдет ли большевистский путч в рядах фашистской партии?

Не будут ли нейтральные страны поглощены Германией под действием механизма двойной блокады, родственных нацистам партий, страха перед еще более разрушительным варварством русских, боязни войны?

Гитлер, становясь все более полновластным хозяином континента, будет иметь в своих руках иные, нежели Наполеон, средства его объединения против Англии. У него будут социализм, антисемитизм, сокровенное стремление к единству, к европейской атараксии.

Любопытно было бы знать, не симпатизируют ли уже коммунисты нацистам. В этом плане характерна книга Раушенинга, как, впрочем, и новость о отъезде Тиссена[95] и Хугенберга[96].

Уже давно я мечтаю о том, чтобы франкмасонство сцепилось с Церковью!

Тем не менее, во Франции существует русская партия. Однако буржуа находятся в ней из-за ненависти к Германии. Думаю, что они будут против русских. А коммунисты в душе станут гитлеровцами, из трусости — германофилами, совсем как их старшие братья в Киентале[97] и пломбированном вагоне. Занятно, как сегодня Фланден[98] и Торез играют с победой Гитлера.

Теперь точно доказано, что русская армия ни на что не годна, о чем все и твердили. И это тоже подтолкнет Сталина под каблук Гитлера.

Все мы словно крысы на линии Мажино. Надо было сразу атаковать Муссолини. Если он не с нами, уже ничего не поделаешь. Гитлер оставит нас плесневеть в нашем уголке.

Понятно теперь, почему он напал на Голландию, Продолжение блокады задушит нейтральные страны, которые и так уже в идиотском положении.

Приближаюсь к плачевной легкости пера взрослого человека; в восемнадцать лет, в том возрасте, когда Рембо уже почти перестал быть поэтом, я с превеликим трудом мог написать пару страниц, теперь же я без устали, ну разве что от скуки, мараю страницы дюжинами.

Закончил первый набросок «Шарлотты». Все время меня губит эта лень довести мысль до конца, я пишу на скорую руку. Работая над черновиком, я даю себе клятву не быть во власти написанного, переделать все от начала до конца, но из-за лени исправляю лишь мелочи, оставляя нетронутой случайную композицию.

В каждом из своих произведений я чувствую, что из-за этой первоначальной лени от меня ушло что-то важное.

И при всей этой лени я мог бы быть поэтом. Но поэт — это самый сосредоточенный, самый работящий человек.

Достанет ли у меня мужества сделать из «Шарлотты» совершенно несценическую пьесу? Мне не следовало бы ни в чем себе отказывать в расширении и углублении замысла, поскольку у меня все равно не будет этой обеспечивающей быстрый успех сноровки.

Я знаю все свои недостатки, но дорожу ими.

[94] Пертинакс — литературный псевдоним французского публициста Андре Жиро, который вел отдел внешней политики в ряде изданий правого толка.

[95] Фриц Тиссен (1873–1951) — немецкий промышленный магнат, покинувший Германию в начале войны и укрывшийся во Франции.

[96] Альфред Хугенберг (1865–1951) — немецкий политический деятель, один из основателей «Шталхельма», влиятельной организации ветеранов первой мировой войны, способствовавшей приходу Гитлера к власти, впоследствии оказался не у дел.

[97] Киенталь — небольшой городок в Швейцарии, где в апреле 1916 г. состоялся съезд представителей социалистических партий Европы, выступавших против войны.

[98] Пьер Этьен Фланден (1889–1958) — французский политический деятель, один из лидеров правых сил, министр иностранных дел в 1940–1941 гг.